Тайна Верховного шамана (СИ)

— Предки! — прошептал Бычий Хвост, сложив руки крест-накрест на своей груди. — Я отомстил за Вождя Вождей!
Молодой орк повернулся к тотему и добавил:
— Великий Дух! Прости, что приношу тебе бескровную жертву, прими моё подношение и надели моё тело силой и яростью, достойной великих воинов.
Бычий хвост торжественно поклонился тотему и принялся за дело. Ему следовало представить всё так, будто старый орк свернул себе шею самостоятельно.
Для этого вождь подхватил и перенёс ко входу большую колоду, служившую шаману табуретом, потом уложил её поперёк входа.
Следом перенёс тело Верховного шамана, уложил за колодой, отошёл и, крякнув, немного изменил положение рук старика.
Не удовлетворившись полученным результатом, Бычий Хвост осмотрелся по сторонам.
«Ага! Мешок с каким-то барахлом подходит идеально»
Молодой вождь уложил находку рядом с телом, поправил голову верховного шамана, затем поправил положение его тела и улыбнулся.
«Выглядит правдоподобно!»
Он уже повернулся к выходу, собираясь тихо покинуть шалаш, как вдруг совсем рядом, за перегородкой послышался тихий и короткий чих. Бычий хвост насторожился.
«В шалаше кто есть, и этот кто-то прятался там всё это время!»
Молодой вождь потянул ятаганы за рукояти, тихо высвобождая острые лезвия, и осторожно направился к оленьим шкурам, которые закрывали вход во вторую половину шалаша.
Оказавшись у занавески, он отодвинул её ятаганом и запрыгнул внутрь, в сторону метнулась быстрая тень, но Бычий Хвост успел преградить ей дорогу, выставив перед собой оружие.
— Стой, где стоишь! — приказал молодой вождь, разглядывая, притаившийся в полумраке, силуэт орчанки. Та стояла, протянув руку перед собой, в шею Бычьего Хвоста упирался холодный и острый наконечник стрелы, которую она держала в вытянутой руке.
Тут же послышался знакомый изумлённый голос:
— Братец?! Что ты здесь делаешь?!
  
ЧАСТЬ IV. ОСТРАЯ СТРЕЛА
   
Глава 13. Семейные дела
 
— Сестра!? — Брови Бычьего Хвоста взметнулись.
Он всмотрелся в знакомые черты лица, глаз зацепился за кожаную куртку из грубой кожи. Воротник из белого меха указывал на то, что перед ним действительно Острая Стрела. Бычий Хвост прекрасно помнил эту куртку, которую сестре подарил отец. Со дня его смерти орчанка не расставалась с подарком, не снимая, подолгу носила кожаную куртку. Лишь мать могла заставить своенравную девушку сменить свой наряд.
Вообще, Острая Стрела была пятым ребёнком в их семье. Девушка была непоседливой и очень впечатлительной, поэтому она с детства участвовала в играх, которые устраивали орки-мальчишки. Вот и сейчас у неё из-за спины торчал лук, а на поясе висел деревянный колчан со стрелами.
Орчанка убрала стрелу, которую держала в правой руке на манер копья, и спросила:
— Так ты ответишь мне, братец?
Молодой орк тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Однако улыбчивое лицо орчанки никуда не делось. Тогда воин поджал губы и задрал нос.
— Вообще-то я — твой вождь, и поэтому вопросы задавать буду я! — пробасил Бычий Хвост и тут же озадачил сестру: — Как ты оказалась в шатре Верховного шамана?
— Кстати о нём! Нужно быстрее бежать отсюда, пока он не вернулся с Совета Вождей! — протараторила орчанка, склонила голову и прислушалась. — Тут было так тихо, пока ты не вломился сюда, опрокидывая всё на своём пути!
Молодой орк тоже не стоял на месте, осмотрелся и заметил сундук, окованный латунными полосами по краям. Его крышка была отброшена, внутри было пусто. Брови Бычьего Хвоста взметнулись вверх, и он с неудовольствием заметил:
— С каких пор ты промышляешь воровством, сестра!?
— Когда-нибудь я расскажу тебе об этом. А сейчас нам нужно выбираться с болот!
Она направилась к выходу, мимо брата.
— Проклятье! — воскликнул Бычий Хвост, внимательно разглядывая сундук.
Красивая крышка древнего деревянного вместилища была варварски сломана и искорёжена сразу в нескольких местах. Он подобрал сундучок размером с большую овальную дыню и осмотрел его. Внутри остались лишь мягкие розовые подушечки из старой выцветшей ткани. На подушечках ещё осталась ямка, в которой прежде лежало что-то овальное, размером с индюшиное яйцо. Вождь ощупал ямку толстыми пальцами и подумал, что предмет был всё же побольше яйца, но примерно такой же вытянутой округлой формы.
 
Из-за перегородки тихо пискнула сестра, уже через миг она вернулась и прошипела:
— Ты убил Верховного шамана!?!
— Тише.
Бычий Хвост подхватил сундучок, взял сестру под локоть и потащил прочь. Они вмиг оказались рядом с неподвижным телом:
— Ничего не трогай! — приказал орк.
— Зачем тебе сундук? — удивилась Острая Стрела.
— Если оставить его там, то никто не поверит, что Верховный шаман оступился и сломал себе шею самостоятельно! Из-за твоего воровства возникнут подозрения…
Бычий Хвост схватил какую-то тряпку и завернул сундучок в неё.
— Сейчас мы вместе пойдём наружу, — настойчиво проговорил молодой вождь, — затем найдём Наставника и моих воинов, а потом отправимся домой!
— Нет, брат! — возразила орчанка, помотав головой. — Мы пришли порознь и нас не должны видеть вместе! Кроме того, у меня другие планы, меня ждут у северного моста.
Бычий Хвост не обратил внимания на её слова, схватил её за руку и добавил:
— Мы поступим по-моему, а затем ты мне расскажешь, что делала в шалаше и что было в сундуке, который ты обчистила!
Острая Стрела закусила нижнюю губу и отвела взгляд своих серых глаз. Бычий Хвост потащил сестру из шалаша. Едва они выбрались наружу, он принюхался и прошептал:
— Костры почти погасли, все вожди уже спят! Лишь прислуга и охрана ходит по острову в такой час!
— Светает! — Острая Стрела легонько подтолкнула брата в спину. — Надо поторапливаться!
Они направились в обход, намереваясь обогнуть с севера оживлённые и освещённые факелами места. Где-то недалеко послышались шаги, брат и сестра успели скрыться за одним из шалашей и увидели, как отряд красномордых охранников прошёл совсем рядом.
Бычий Хвост указал на сундук и прошептал:
— Если нас поймают с этим, то заживо скормят Кровавому Дереву!
— Нужно бросить его в воду, — предложила орчанка.
Молодой вождь кивнул и указал пальцем на большой камень, валявшийся у ног сестры, та понятливо кивнула и подобрала тяжёлый предмет, бросила его внутрь небольшого сундучка, мягкие подушечки безропотно приняли его, не издав при этом ни звука.
Через какое-то время они уже стояли у воды, на северной оконечности острова. Рядом плескалась рыба в тихой реке, вода в ней, как и на всём болоте вокруг, испарялась, образуя над землёй густой молочно-белый туман.
— А вот ещё один! — прошептала Острая Стрела и пинком ноги отвернула очередной камень, застрявший в земле.
Орчанка уложила камень в сундук, который теперь был заполнен камнями наполовину, а затем с удовлетворением сказала:
— Теперь он не всплывёт!
— Ага, — согласился Бычий Хвост и уже собирался бросить потяжелевший сундук в реку, но сестра не позволила.
— Погоди! Не надо шуметь! Дай мне!
Она выхватила сундук из рук брата и осторожно вошла в воду. Шаг, ещё шаг, затем ещё несколько и вот так, постепенно, она оказалась по грудь в воде. Бычий Хвост нетерпеливо топтался на берегу.
«Хорошо, что над рекой и островом стоит густой утренний туман, скрывающий нас от взглядов случайных прохожих».
Орчанка повернулась к брату и бросила:
— Прощай брат! Я должна идти!
— Вернись! — настойчиво зашипел Бычий Хвост, но Острая Стрела отвернулась и нырнула вместе с сундуком.
 
Молодой вождь изрыгнул несколько нелицеприятных проклятий, и стал следить за поверхностью реки. Сестры в густом тумане не было видно, зато где-то у противоположного берега послышался тихий всплеск, затем ещё один и, наконец, всё окончательно стихло.