Неостывший лед (СИ)

— Значит, мы заслужили это. Придет время, и все поменяется.
Я посмотрела на Роя, как на сумасшедшего. Уж лучше бы пел песню про старину Ларри… Но что я за подруга такая, которая не может поддержать идеи своего друга, пусть, для меня они и были неправильными.
— Ты действительно хочешь отречься ото всех благ?
— Да, — с упрямством произнес Рой.
— Тогда я рада за тебя, что ты нашел что-то свое.
— А я рад, что ты не хочешь за меня замуж.
Мы улыбнулись друг другу.
— Испугалась, когда я встал на колени? Думала, что я дарю тебе кольцо, да?
— Да ну тебя! — брызнула я в лицо Роя водой. — Издевался над бедной девушкой!
— У тебя было такое лицо, — хмыкнул мой друг и тут же виноватым тоном спросил: — Хочешь я сорву вон те цветы для тебя, чтобы загладить свою вину?
Я проследила за его взглядом и увидела нежно розовые лилии, расположившиеся на холме в метрах тридцати от нас.
— Да, хочу!
— Будет исполнено! А ты плыви на берег, солнце уже заходит за горизонт.
Я взглянула на небо, и действительно, солнце покидало нас, оставляя после себя огненные всполохи. Я доплыла до берега и скрылась за кустами шиповника. Мокрое белье пришлось снять и надеть платье на голое тело. Я не видела Экберта и Ренату, но по негромкому разговору, смысл которого я не могла разобрать, я понимала, что они стояли за ивой. Я провела рукой по качающейся листве, даже успела разглядеть гнездо птиц у самой кроны, прежде чем обошла дерево и увидела Экберта и Ренату целующимися.
Первым меня заметил Экберт и отодвинулся на шаг от Ренаты. Та, не понимая, что происходит, не сразу обернулась в мою сторону. А я просто застыла от такого зрелища. Еще никогда я не думала о брате и подруге в таком ключе. В моей голове они были в разных категориях.
— Леона, ты… — начал было Экберт и запнулся.
— И давно? — только и спросила я.
Экберт нервно пригладил свои волосы и пошел прочь отсюда. Я вопросительно посмотрела на Ренату.
— Я сама не знаю. Да ничего и нет. Просто поцелуй. — Она пожала плечами и тайком, думая, что я не заметила, смахнула слезинки у глаз. — А где Рой?
— Он наказан и рвет цветы для своей дамы вон на том берегу.
— На том берегу? А где именно? Что-то я его не вижу…
Я посмотрела на то место, где росли лилии, и не обнаружила там своего друга. Потом мой взгляд закономерно охватил мерцающую в закатных красках воду. И — ничего. По спине пробежал холодок.
— Я тоже его не вижу.
Я подошла к кромке воды и громко позвала Роя. Ответом мне была тишина, и лишь легкое шуршание платья Ренаты, подошедшей ко мне, нарушало ее. Я опять прокричала имя своего друга, пристально смотря на противоположный берег, но там никого не было. Рой пропал.
  
Глава 4
 
Сумерки сгущались над рекой, а Роя нигде не было. Экберт вновь переплывал реку, чтобы вести поиски с противоположного берега. Рената пошла вдоль берега направо, я — налево. Мыслей о том, что с Роем что-то случилось в воде, я даже не допускала. Он был отличным пловцом, уступая в этом мастерстве разве что мне и Экберту. Он даже шутил, что в прошлой жизни мы с братом были рыбами, настолько хорошо мы чувствовали себя в воде. Внезапно я остановилась, вспомнив наши местные байки про то, что в нашей реке водятся чудовища, утягивающие купальщиков на дно. Но… Я столько раз плавала в этой реке и никаких чудовищ не встречала. Да и мы должны были услышать крики Роя, если бы что-то произошло. Банды разбойников я тоже отмела сразу, потому что тихо вести они себя не умели, да и разбойничали не в этих местах. Но что же тогда случилось? Где же ты, Рой? Я сделала изрядное количество шагов, добравшись до деревянного мостика через реку, который вел на знакомую мне поляну, за которой следовал Лес. Я остановилась в нерешительности. Идти дальше вдоль реки не имело смысла, но и идти ближе к Лесу мне было нельзя. Но что если Рой находился где-то там?
Вокруг все темнело, и Лес был виден лишь в своих очертаниях. Ни красоты его красок, ни свечения от древних деревьев, уже нельзя было различить. Я прошла через мост и уже почти одолела расстояние до Леса, как впереди, перед пушистой елью, я заметила силуэт мужчины. Я замерла, не зная, что делать дальше. Может, это Рой… Отдаленно похож на него. А если не он, то кто же? Мужчина начал приближаться ко мне странной качающейся походкой. Он что-то держал перед собой, и я никак не могла разглядеть, что это.
 
— Рой, это ты? — взволнованно спросила я, потому что если это не он, то я еще смогла бы убежать от незнакомца.
— А кто еще это может быть?
Я с облегчением вздохнула. Голос Роя успокоил сердце, готовое выпрыгнуть из груди. Я двинулась ему навстречу.
— Как ты здесь оказался? Мы беспокоились.
— Сейчас увидишь…
Как только мы дошли друг до друга, я, наконец, увидела, что он держал в руках. Точнее, кого. Ру, дергая своим львиным хвостом из стороны в сторону, сидел у моего друга на руках.
— Ах, ты проказник! Гулял в Лесу, да?
— Забери его, — сказал Рой, передавая мне моего питомца. — Я бежал за ним от самой реки. Все ноги разодрал в кровь…
— Рой, извини. Сильно болят?
— Терпимо, — проговорил мой друг и присел прямо на траву.
Только сейчас я поняла, что на Рое почти не было одежды, а без солнца становилось холодно. Ру положил мне на плечо свою голову и что-то пытался рассказать на своем непонятном языке.
— Пойдем к остальным. Мы все тебя потеряли. Ребята до сих пор ищут.
— Дай мне минутку. Больше не буду за тобой бегать! — обратился он к Ру.
Грифон внезапно зарычал, громко и страшно, а его хвост начал бить меня по животу.
— Ну что ты, Рой пошутил. Мы всегда будем бегать за тобо… — с насмешкой начала я, но мое последнее слово прервалось криком боли.
Ру внезапно вырвался из моих рук, поцарапав когтями шею, и рванул в Лес. Что за несносный зверь! Я побежала за ним, забыв, что совсем недавно хотела отпустить его на все четыре стороны.
— Ру, вернись! — кричала я своему питомцу, которого уже не могла разглядеть в темноте.
— Лео, подожди! — кричал мне Рой где-то позади.
Я стремительно ворвалась в Лес, где деревья были уже не так гостеприимны ко мне, как днем. Ветки хлестали по рукам и ногам, корни деревьев не давали быстро бежать.
— Ру, где ты? — закричала я и тут же споткнулась о лежащую на пути ветку.
Каким-то чудом я не упала, сохранив равновесие с помощью рук. Бежать больше не было смысла, потому что я не понимала, в каком направлении двигаться. Ру я не видела. Рой был где-то в перелеске, и я пошла обратно к нему, уже осторожной походкой и выставив руки перед собой, чтобы не наткнуться на дерево.
— Лео!
— Я иду к тебе, — я произнесла фразу намного тише, чем выкрикнул мне Рой.
Почему-то вспомнилось, что в Лесу нельзя кричать, чтобы не потревожить Духов, живущих в деревьях. Опять сказки и легенды… Но в темноте они казались намного реалистичнее, чем при свете солнца. Тогда, любуясь его бликами на разноцветных листьях, я ничего не боялась. А теперь было страшно.
— Рой, где ты? — прошептала я, пройдя с десяток метров по направлению к нему.
Я уже должна была встретиться с другом, но этого не произошло.
— Лео, я здесь! — услышала я справа от меня и так отдаленно, как будто шла в неверном направлении, но была уверена, что выбрала его правильно.
Я остановилась, ничего не понимая. Ругала ли я себя за сумасбродную идею догнать Ру? Еще как! Я перебирала в уме все не слишком хорошие слова, которыми владели южане, а уж мы знали их много! Я пошла на голос Роя, который вновь выкрикнул мое имя. И опять, пройдя несколько десятков метров, я никого не обнаружила. Его голос звучал уже далеко позади меня.
Чувство бессилия охватило меня. Я почти никогда не плакала за исключением особенно страшного эпизода из моего детства, когда я сломала ногу и плечо, катаясь на тарзанке, и всего, что было связано с отъездом папы на Край. Мне хотелось бы сказать, что сейчас я тоже не плакала, но одинокая слеза покатилась по моей щеке. Даже чудовища из моих кошмаров не были так страшны, как чувство бессилия перед неизбежным — папа всегда был далеко от меня. Так и сейчас, Рой тоже был далеко от меня, а я находилась в темноте.