Дверь в мансарду
И я возвратился, не сказав никому ни слова о смерти этой женщины. Хозяйка, должно быть, обнаружила ее лишь поздно вечером в понедельник. Скорее всего, случайно. Дайте-ка мне еще сигарету.
Эллери молча протянул ему сигарету.
— В Нью-Йорк я приехал в понедельник, далеко за полдень, зная, что Карен договорилась о встрече с сыщиком из Главного управления и тот придет к ней в пять часов. Она сама меня об этом известила — в воскресенье, по телефону — и отказалась от моих услуг. Ну, тогда я и заключил: похоже, история с блондинкой ее чем-то напугала, уж если она предпочла иметь дело с полицией, о которой раньше и слышать не хотела. Позвонил ей по пути из аптеки на Юниверсити-Плейс. Но телефон не отвечал. Я не сомневался: таких сведений, как у меня, ни у кого еще нет, а раз тут пахнет жареным, то почему бы мне не урвать кусочек. Сами понимаете, как бывает в нашей профессии, — виновато пробормотал он.
— И никто не подошел к телефону, — задумчиво произнес Эллери. — Иными словами, Карен Лейт умерла, не узнав, что ее сестры тоже нет в живых.
— Да, думаю, так оно и было. Что ж, я ворвался в дом и нашел там Эву. — Терри снова нахмурился. — И после того, как помог детке, сам угодил в эту ловушку. Уж я-то знал, что Эстер никак не могла зарезать свою сестру. Ведь она умерла на два дня раньше ее. Тогда у меня возник план — дать девочке шанс подольше потянуть время. Я очень хотел ей помочь. Труп в Филадельфии был моим козырным тузом, и я тоже не торопился. Но если бы детку как следует прижали, я пустил бы в ход эту карту и рассказал бы о трупе блондинки. Тогда бы потребовалось дополнительное время для его опознания, ну и тому подобное. В общем, я медлил и медлил, и вот мы дошли до последней черты. До мертвой точки. А когда ваш старик разузнал о запертой двери, то испортил мне всю игру.
— И это все, Терри? Вы уверены? Может быть, вы о чем-то умолчали?
Терри посмотрел ему прямо в глаза:
— Повторяю, я все выложил начистоту, Квин. Больше я ничего не знаю, и да поможет мне Бог.
— О, Терри! — воскликнула Эва.
Он приблизился к ней, и они долго смотрели друг я; друга. Затем Терри застенчиво и довольно неуклюже обнял девушку, и она прильнула к нему.
Эллери лихорадочно курил сигарету за сигаретой и о чем-то напряженно размышлял.
* * *Минут через пятнадцать Эллери вдруг окликнул ее:
— Эва?
Она подняла голову и нехотя высвободилась из объятий Терри. Эллери встал.
— Эва, пока вы лежали на кушетке в гостиной, — еще до того, как обнаружили труп вашей тетки, — вы не слышали никаких звуков из спальни?
— Ваш отец уже спрашивал меня об этом в понедельник. Нет, не слышала.
— А вы в этом твердо убеждены? Твердо убеждены? — механически повторил он. — Подумайте, Эва, сосредоточьтесь. Какое-нибудь движение, шум борьбы, выкрики или обрывки разговора?
Эва сдвинула брови. Движение, борьба…
— Возможно, здесь ключ к разгадке, — пробормотал Эллери. — Упущенная маленькая подробность. Если бы я раньше догадался… Ну, подумайте, Эва.
В ее ушах, словно эхо, вдруг разнесся резкий, сиплый клекот, не поддававшийся описанию, или, вернее, причудливая звуковая волна. Этот отзвук балансировал на грани воспоминания, но точно припомнить его ей никак не удавалось. Что же это было? Когда она читала книгу…
— Я знаю! — воскликнула Эва. — Птица!
— Птица? — пробормотал Терри.
— Да, птица. Она заклекотала. Громко и хрипло.
— О боже, — проговорил Эллери и дрожащими пальцами поднес ко рту сигарету. — Лу-чуанская сойка!
— Я о ней совсем забыла и лишь теперь вспомнила Тогда я подумала, как она мерзко и душераздирающе сипит.
— Лу-чуанская сойка, — изумленно повторил Эллери. — Вот как, значит, это было!
— О чем вы? — торопливо спросил Терри — Что «было»?
Он и Эва не отрывали глаз от Эллери.
— Ключ ко всему делу. Наконец-то он найден! — заявил Эллери, расхаживая по комнате как одержимый и дымя сигаретой. — Если только это возможно! Разве кто-то из вас не говорил мне, — я уже не помню, кто именно, — что клетка была пуста, когда вы вошли в комнату, сразу после убийства?
— Конечно, она была пуста, — начал Терри, но тут же осекся и озадаченно посмотрел на девушку. — Постойте, а как же Эва могла услышать птичий клекот, если этой проклятой твари там не было? — Он схватил Эву за плечи. — Или она там была? Отвечайте, была птица в спальне, когда вы вошли? Я ее там не видел!
Эва наморщила лоб.
— Я совершенно уверена, что ее не было. Я бы запомнила, пролети она мимо меня или вылети из окна. Теперь, когда я об этом думаю, то не сомневаюсь — ее не было в клетке. Нет, не было.
— Будь я проклят, если мне хоть что-нибудь ясно!
— Конечно, — вполголоса пробормотал Эллери. — Вполне возможно, что птицы в комнате не было. Вполне возможно, что она находилась снаружи, за окном, и Эва слышала ее крик из сада… Подождите минутку.
Он побежал в спальню.
— Эва, какой номер вашего телефона?
Девушка продиктовала. Они слышали, как Квин набрал номер.
— Алло, будьте добры, попросите доктора Макклура.
Эва и Терри стояли в дверях и недоуменно наблюдали за ним, ощущая напряженность атмосферы, тягостную неопределенность и робкую надежду, ускользающую с каждой секундой.
— Доктор Макклур. Это Эллери Квин.
— Вы нашли ее, Квин? — хриплым голосом спросил доктор.
— А вы один?
— Здесь только моя чернокожая служанка Венеция и Кинумэ. Ну как, нашли?
— Да, она у меня в квартире и в настоящий момент в полной безопасности.
— Слава богу.
— Разрешите мне поговорить с… — начал Эллери.
Но доктор Макклур взволнованно перебил его:
— Одну секунду. Кто-то звонит в дверь. Если я вскоре не вернусь, повесьте трубку. Это может быть ваш отец или кто-то еще из полиции. Квин, умоляю вас, позаботьтесь об Эве!
Эллери подождал, барабаня пальцами по телефонному столику. Терри и Эва плотнее прижались друг к другу.
— Все в порядке, — с облегчением сообщил доктор Макклур. — Это всего-навсего служанка О'Мара. Инспектор отпустил ее, и она пришла ко мне за деньгами. Я ведь обещал ей заплатить.
Эллери явно обрадовался:
— Я же говорил, что нам повезет! Задержите ее, доктор. А пока позовите к телефону Кинумэ. — Он подождал и торопливо обратился к Терри и Эве: — А вы оба молитесь. Что-то подсказывает мне…
Из трубки донесся тоненький голосок Кинумэ:
— Ло. Ло. Эва у вас?
— Да. Слушайте, Кинумэ. Вы бы хотели помочь Эве, не правда ли?
— Я ей помогу, — просто отозвалась японка.
— Хорошо. Тогда вы должны ответить на несколько вопросов.
— Я отвечу.
— Слушайте внимательно и хорошенько подумайте. — Эллери говорил нарочито медленно и как будто подчеркивал каждое слово. — Когда вы принесли почтовую бумагу мисс Карен в понедельник, прямо перед приходом Эвы, где находилась птица с Лу-Чу? Была ли она в клетке, в спальне? Понимаете, каши-дори с островов Лу-Чу? Она была в клетке?
— Каши-дори в клетке. Да.
Эллери воодушевился, точно Кинумэ пообещала ему в награду райское блаженство. Его глаза загорелись от радости.
— Кинумэ, еще один вопрос. Вы знаете, во что была одета мисс Карен, когда ее нашли убитой в спальне?
— В кимоно. Она иногда носила кимоно.
— Хорошо. Но мне бы хотелось выяснить и другое. Во что она была одета, когда вы вошли в спальню с почтовой бумагой?
— Так зе. В кимоно.
Он не мог скрыть разочарования.
— А как она была одета до того, как послала вас вниз за почтовой бумагой?
— Ои. Тогда она была в платье. Американском платье.
— Ага. Так я и думал, — пробормотал Эллери. — Переоделась. И очень быстро. Всего за несколько минут. — Он поспешно проговорил в трубку: — Вы мне очень помогли, Кинумэ, и Эва вас благодарит. А сейчас позовите, пожалуйста, к телефону доктора Макклура… Доктор?
— Да, да. В чем дело, Квин? Что вы еще обнаружили?
— Очень многое. Дай бог счастья Кинумэ! Но это не телефонный разговор. Я хочу, чтобы вы взяли с собой Кинумэ и эту девушку О'Мара и приехали ко мне. Вы меня поняли?