Дверь в мансарду
— Нет, она не лжет. Я же последний болван! И скажу вам прямо — с ней все в порядке. Она говорит правду. Я не могу ошибиться. Черт побери, уж я-то женщин видел сотни раз и во всяких переделках!
— Порой люди совершают нелепые поступки, чтобы спасти свою шкуру.
— Значит, по-вашему, она убила эту фальшивую куклу?
Какое-то время Эллери молчал. Золотая рыбка всплыла и опять нырнула, оставив широкие круги на водной глади.
— Есть еще одна возможность, — внезапно произнес он. — Но она до того фантастична, что я и сам в нее не верю.
— Какая возможность? Что такое? — встрепенулся Терри и приблизился к нему. — Мне плевать, фантастична она или нет. Ну, не тяните, ответьте, что это?
— Тут, так или иначе, затронута Эва. Вполне возможно, что она говорит правду и в то же время… — Квин-младший покачал годовой.
— Ну, отвечайте же, чертова обезьяна!
Однако в эту минуту Риттер прижал к окну гостиной свое покрасневшее лицо и крикнул:
— Эй, мистер Квин! Макклуры уже здесь и спрашивают вас. Мистер Квин!
— Не орите! Мы вас слышим. — Эллери кивнул Рингу: — Идемте, Терри. Это я их пригласил! — Он подмигнул. — Быть может, после этой встречи одной загадкой станет меньше.
* * *Но когда они вошли в дом, то увидели там не только доктора Макклура с Эвой, но и доктора Скотта. Сегодня у Эвы был более спокойный вид, вероятно, ночью ей удалось как следует выспаться. Да и доктор Макклур сумел побороть нервное напряжение — краснота под его глазами исчезла, хотя в самих глазах улавливалась обреченность. Эллери сразу понял, что доктору успели рассказать о таинственной блондинке, жившей в мансарде у Карен Лейт.
«Но какое отношение имеет ко всей этой истории молодой доктор Скотт? — подумал он. — И что его так взволновало? Неужели у него традиционная неприязнь к «скелетам в шкафу» и прочим семейным тайнам?»
— Хэлло! — поздоровался он с чуть наигранным оживлением. — Сегодня вы все гораздо лучше выглядите.
— А что случилось? — поинтересовался доктор Макклур. — Судя по нашему телефонному разговору…
— Знаю, знаю, — вздохнул Эллери. — Это и правда очень важно, доктор. — Он посторонился и пропустил Кинумэ. — Я должен сообщить вам… потрясающую и трагическую новость. Могу ли я говорить в присутствии доктора Скотта?
— А почему бы и нет? — сердито откликнулся молодой врач. — Уж если вы готовы откровенничать при этом малом, — он указал пальцем на Терри, — то отчего вас не устраиваю я? Как-никак у меня побольше прав, чем у него. Я…
— Зря вы так пыжитесь. Не стоит, — заявил Терри, повернувшись на каблуках. — Я все равно сейчас уйду.
— Нет, погодите, — остановил его Эллери. — Я хочу, чтобы вы остались, Терри. И пожалуйста, поберегите эмоции, не ввязывайтесь в перепалки. Дело слишком серьезное и мрачное, чтобы ссориться по пустякам.
— Вчера вечером я обо всем рассказала Дику, — спокойно пояснила Эва.
— Ну что ж. Это ваше право, мисс Макклур. Вам лучше знать. Прошу всех наверх.
Эллери направился к лестнице и, дойдя до верхней ступеньки, что-то сказал Риттеру. Когда они вошли в гостиную, Риттер закрыл за ними дверь. Терри, по обыкновению, замыкал процессию, а доктор Скотт через каждые несколько ступенек оглядывался назад.
— Давайте поднимемся в мансарду, — предложил Эллери. — Я с минуты на минуту жду издателя Карен Лейт. И мы пока посидим там.
— Бьюшера? — нахмурился доктор Макклур. — А зачем он вам понадобился? И в какой связи?
— Мне нужно подтвердить ряд выводов, и без него я никак не обойдусь.
Эллери молча провел их по лестнице в мансарду. Не успели они войти в комнату с покатым потолком, как снизу донесся голос Риттера:
— Эй, мистер Квин. К вам пришел мистер Бьюшер.
— Входите, мистер Бьюшер, — пригласил гостя Эллери. — А вы все устраиваетесь поудобнее. А, мистер Бьюшер! Здравствуйте! Вы, конечно, знакомы с Макклурами? А это доктор Скотт, жених мисс Макклур. И мистер Ринг, частный детектив.
Издатель Карен Лейт протянул потную руку двоим молодым людям, но тут же обратился к доктору Макклуру:
— Примите мои искренние соболезнования, доктор. Я уже послал вам телеграмму. Конечно, это тяжелейший удар. И гнусное преступление. Если я могу чем-нибудь помочь…
— Хорошо, мистер Бьюшер, спасибо, — любезно ответил доктор Макклур. Он подошел к окну и встал, заложив руки за спину.
Бьюшер был невысоким, худеньким человеком с умным лицом, хотя в его облике чувствовалось что-то шутовское. Однако все, знавшие издателя, по достоинству ценили его интуицию, образование и деловые способности. Он, можно сказать, создал крупное издательство из воздуха, не имея ничего, кроме плана и надежд. Теперь там выпускали свои книги семь знаменитых американских писателей и множество «мелких рыбешек». Бьюшер осторожно присел на край венского стула и положил руки на худые, костлявые колени. Взгляд его больших и несколько наивных глаз переходил с одного лица на другое и, наконец, остановился на Эллери.
— Чем могу служить, мистер Квин?
— Мистер Бьюшер, мне хорошо известна ваша репутация, — проговорил Эллери. — Вы очень умны. Но умеете ли вы хранить тайны?
Издатель улыбнулся:
— Человек в моем положении должен научиться держать язык за зубами. Но конечно, если речь идет о чем-нибудь незаконном…
— Инспектор Квин уже в курсе дела. Я сообщил ему сегодня утром.
— В таком случае… естественно.
— Какого дела, Квин? Что он знает? — принялся допытываться доктор Макклур. — О чем вы?
— Я предупредил мистера Бьюшера, — пояснил Эллери, — потому что для издателя подобная информация может стать непреодолимым соблазном. Великолепное паблисити!
Бьюшер недоуменно развел руками.
— По-моему, — сухо заметил он, — если дело касается Карен Лейт, то за последние дни «паблисити» было столько, что и пресса с трудом это выдержала.
— Но есть новость и поважнее, чем смерть Карен Лейт.
— Поважнее, чем… — начал доктор и сразу осекся.
Эллери вздохнул:
— Доктор Макклур, к моему глубокому удовлетворению, я сумел доказать, что в этой комнате жила Эстер Лейт Макклур.
Спина доктора Макклура вздрогнула. Бьюшер молчал.
— Мисс Макклур, вчера вы ошиблись. Эстер Лейт Макклур — абсолютно нормальный человек. Такой же, как вы и я. А отсюда следует, — Эллери прищелкнул зубами, — отсюда следует, что Карен Лейт — злодейка.
— Мистер Квин, что вы обнаружили?! — воскликнула Эва.
Эллери подошел к письменному столу, выдвинул верхний ящик и достал пачку старых писем, перевязанную красной ленточкой. Ту самую, которую инспектор Квин уже показывал им днем раньше. Он положил письма на стол. А затем указал на аккуратную стопку бумаг с машинописным текстом.
— Вы хорошо знакомы с произведениями мисс Лейт, мистер Бьюшер?
— Конечно. Очень хорошо, — без особой уверенности ответил издатель.
— В каком виде она обычно отправляла в издательство свои романы?
— Они были напечатаны на машинке.
— И вы читали эти машинописные экземпляры?
— Естественно.
— Все это, разумеется, относится и к «Восьмому облаку», последней книге, получившей премию?
— В особенности к «Восьмому облаку». Я сразу понял, что это замечательный роман. Мы все были от него просто без ума.
— Вы помните, что в экземпляре имелись исправления, сделанные от руки? Я имею в виду перечеркнутые машинописные слова и фразы и карандашные поправки.
— Да, кажется, там было несколько исправлений.
— Как по-вашему, это подлинник рукописи «Восьмое облако»? — Эллери передал издателю отпечатанные на машинке страницы.
Бьюшер надел очки в золотой оправе и просмотрел текст.
— Да, — наконец сказал он, вернув бумаги Эллери. — Мистер Квин, позвольте мне поинтересоваться, в чем смысл этого… необычного допроса?
Эллери отложил рукопись в сторону и взял со стола несколько листов бумаги.
— У меня есть образцы почерка Карен Лейт. И Морел подтвердил, что это было написано ею. Доктор Макклур, будьте любезны, взгляните на эти письма и подкрепите заявление адвоката.