Интриган. Новый Петербург (СИ)
— У Земских тринадцать шахт в окрестных горах. Какие именно вас интересуют?
— С драгоценными камнями, — ответил я.
— Хм… Насколько я знаю, Олег добывает корунд. А в нем иногда встречаются рубины и сапфиры. Но ничего такого мы никогда не возили — золото, серебро и тому подобное подлежит казенной инкассации. Но если вычесть из общего числа рудников уголь и черные металлы, останутся пять шахт. В них, скорее всего, и добывают камни.
— Слишком много… — в задумчивости побарабанил пальцами по столешнице. — В каждую с обыском не полезешь. Если поймают — лавочку быстро прикроют.
— Попробуйте поговорить с женой, — Генрих начеркал на визитке адрес. — У Агаты Петровны — самый большой ювелирный салон в городе. Не знаю, что с ним сейчас, но, возможно, получится выудить что-нибудь полезное. Агата — жуткая болтушка и, по моему скромному и сугубо личному мнению, не шибко умна. Золото и бриллианты — все, что ее заботит. Затронете любимую тему — и узнаете немало такого, о чем лучше не болтать. Так что лучше поезжайте вдвоем, — старик ухмыльнулся и подмигнул. — Если понимаете, о чем я.
— Пап… — смущенно проворчала Рита.
— А что? — хозяин развел руками, не прекращая улыбаться. — Вы же теперь вроде частных детективов. Значит, придется добывать данные самыми разными способами. В том числе и лицедейством.
Я же не предлагаю вам жениться взаправду. Просто сделайте вид, что выбираете обручальные кольца. Сплетни пьянят Агату сильней вина. Старцевы и Кросс-Ландау решили породниться!
Как только голубушка поймет, какой слушок пустит на очередных посиделках, у нее язык до пупа отвиснет. Так что дерзайте. И оденьтесь соответственно, а то выглядите так, словно собрались на Фронтир бить янки.
— Спасибо за напутствие…
— Кстати, уже поздно. Гектор — можете оставаться, если хотите. Чаю у меня много, занятных баек — еще больше. Скрасите вечер одинокому старику, о котором забыли даже родные дети.
— Пап! Никто о тебе не забыл!
— Если бы не забыли, я сейчас бы нянчил двух чудесных внуков, а не ввязывался в твою очередную авантюру.
Волшебница тихо зашипела и сжала кулаки.
— С радостью принимаю ваше приглашение, — не отказываться же от возможности немного побесить рыжую бестию своим присутствием. — И если можно — обращайтесь ко мне на «ты», как и раньше.
— С превеликим удовольствием, — адмирал заметно оживился и наполнил опустевшие чашки. — Скажи, Гектор, ты когда-нибудь встречал призрачные корабли?
* * *Мы разошлись поздней ночью с чувством глубочайшего удовлетворения. Генрих излил душу, я узнал много нового, так что вечер прошел более чем плодотворно.
Утром служанка принесла мой костюм — вычищенный и выглаженный так, что хоть сейчас на прием к императору. Рита же спустилась в столовую в привычном снаряжении: кожаных штанах, блузке и корсете. И наотрез отказалась реагировать на немые укоры отца.
— Уже взрослая, а ведешь себя, как в пятнадцать, — проворчал Кросс-Ландау.
Девушка снова ничего не ответила — то ли не хотела распалять ссору, то ли оскорбилась из-за быстрого и решительного перехода отца на мою сторону. Не удивлюсь, если вскоре после примирения старик вновь заведет речь о внуках. Хотя о чем это я — он упоминал их еще вчера.
Перекусив овсянкой и вареными яйцами, сели в авто и отправились по указанному адресу. Салон, как и положено элитному заведению, находился в центре, вот только прежде благополучный район не спас его от гнева толпы. И если сперва я хотел предложить спутнице заехать и купить платье, то еще на подъезде понял — это заведомо невыполнимая идея.
Абсолютно все магазины и бутики вынесли подчистую. Тащили все — от золота до занавесок, и салон со скромным название «Агата» не избежал этой участи, несмотря на бронированные двери и решетки на окнах.
Здесь сработал тот же принцип, что и в подвале Хмельницкой винокурни. Дверь можно поставить любую, а вот стена останется из того же кирпича.
И кладку легко разбить ломом и кувалдой — особенно, когда работает бригада в несколько десятков человек. Особенно когда они замотивированы крайне дорогой добычей. Особенно когда им никто не мешает, и нет никаких временных ограничений.
Вот и дверь салона не только выколупали из стены, но и утащили на чермет. После погрома внутри навели какой-никакой порядок и даже пригнали охрану из хмурых карабинеров в широкополых шляпах, однако новую дверь ставить не спешили. А зачем, если самое ценное в магазине — это разбитые витрины.
— Закрыто, — пробасил наемник, когда мы подошли.
— Госпожа Агата здесь? — уточнил на всякий случай, глядя небритому пропахшему виски дуболому прямо в глаза.
— А кто спрашивает?
— Не спрашивает, а интересуется, — ответил спокойным и уверенным тоном, который внушал больше угрозы, чем крики и бычьи наезды. — Передайте, что прибыли Гектор Старцев и Рита Кросс-Ландау. По личному и важному вопросу.
— Благородные, стало быть, — вояка сбавил обороты. — А докажете? Не сочтите за дерзость, но обстановка нынче… сами видите.
Девушка протянула ладонь и зажгла над ней огненный сгусток. Я повторил эту своеобразную идентификацию титула. Стрелок кивнул и скрылся в помещении, откуда секунды спустя выбежала хозяйка собственной персоной.
Единственного взгляда хватило, чтобы понять — Генрих в оценке не ошибся. Агата как минимум вдвое моложе мужа и выглядела ровесницей Риты. Правда, пяток лишних лет добавлял десяток лишних килограммов, неумело скрытых красным платьем с глубоким вырезом.
Явно хотелось подчеркнуть внушительную грудь и не менее солидную корму, но как тогда скрыть почти неразличимую на общем фоне талию? И женщина, похоже, решила отвлечь внимание от боков россыпями страз, нашитых на сетку золотых нитей.
Хотя из-под такой груди, как говорится, живота не видно, чего не скажешь о пухлых губках и не менее пухлых щеках. Первые накрасили так, что хоть в цирке выступай, а вторые щедро замазали румянами.
И вкупе с густо подведенными ресницами и черными тенями на веках, госпожа Земкая выглядела, как мисс Пигги из " Шоу Маппетов«.
Особого сходства придавали волосы цвета «термоядерный блонд», игривыми завитушками ниспадающие на прикрытые меховым манто плечи. Если вкратце — жуткий колхоз, но кто я такой, чтобы осуждать чужие вкусы?
— Доброе утро! — радостно выпалила хозяйка, ничуть не переживая из-за разгромленного салона. Ну а чего переживать — чужого не жалко, а муж потом еще добудет. — Входите, не стесняйтесь. Только у нас тут небольшой беспорядок. Проклятые бандиты утащили все до последнего колечка.
Тут она немного лукавила, ведь в магазине были кольца — причем самые разные, вплоть до массивных перстней с гербовыми печатями. И все — на пальцах хозяйки, порой по два, отчего руки выглядели, как переносная витрина.
— Какая жалость, — с напускным сочувствием произнес я. — А мы как раз подбирали что-нибудь для…
— Свадьбы?! — с ходу озвучила Агата и сложила пальцы перед грудью, как на молитве. — Вы женитесь?! Ничего себе, вот так новость! А знаете, я смогу вам помочь. Одну минутку!
Женщина вынесла из подсобки то, что лет пятьдесят спустя назовут глянцевым каталогом. Сейчас же это был просто увесистый буклет из фотографий разномастных ювелирных изделий.
— Давайте сделаем так, — хозяйка открыла страницу с кольцами. — Выберете, что понравится, а я закажу их на ювелирном заводе. И через два-три дня получите эксклюзивную работу от нашего лучшего мастера. Если вы, конечно, не спешите. А то мало ли, — Земская подалась вперед и приставила ладонь ко рту, — вдруг вы венчаетесь тайно, вопреки воле отцов?
Ух, хитрая лиса.
— Ну что вы, как можно, — не слишком уверенно произнес в ответ, чтобы подбросить дровишек. — Разумеется, все одобрено и согласовано.
Я перелистнул несколько страниц — сначала шли самые простые кольца, тонкие и без каких-либо украшений. Затем пошли печатки, за ними — с десяток фотографий бриллиантов, изумрудов и сапфиров.