Интриган. Новый Петербург (СИ)
Адмирал с улыбкой кивнул, Пушкин шумно выдохнул и отлип от стены, а полицмейстер покачал головой, но вынул саблю.
— Все это время мы защищались. Отступали, ставили заслоны, прятались за укрытия. Пришла пора показать зубы. Отдыхайте. Пишите письма. Наслаждайтесь моментом. И молитесь, чтобы снова встретиться на том свете.
Не став тратить драгоценное время, мы с помощью магии разобрали кладку позади Академии, и через образовавшийся черный ход вывели всех ополченцев.
Последней уходила Афина, придерживая под локоть раненого морпеха. Сестра взглянула на меня слезящимися глазами и на миг задержалась, несмотря на тяжесть в плечах и на сердце.
Я понимал — мое решение ей совсем не по нраву. Всего за несколько дней девушка лишилась дома и отца, а если нам не повезет — потеряет еще и братьев.
И все равно не сломалась, несмотря на горечь утрат и неясное будущее. Не забилась в угол, не упала в обморок, не зашлась в истерике — а встала в строй и приложила максимум стараний в борьбе за общее благо.
Боюсь представить, какое будущее ждет одинокую сироту в полуразрушенном городе, окунувшемся в хаос войны и безвластья. Участь хуже — только если Тесла добьется своих целей, но об этом старался вообще не думать.
Поравнявшись, Афина прошептала короткое:
— Удачи.
Я же приобнял ее за спину и ответил:
— Что бы ни случилось — я тобой горжусь. И отец, уверен, тоже.
Она всхлипнула и поспешила прочь, чтобы не разреветься у всех на виду. Я проводил исчезающую в подворотне вереницу и направился в холл, но на полпути был перехвачен Ритой, выглядящей так, словно в Академию пробрались враги.
— Что случилось? — спросил, глядя на бледную и хмурую мордашку.
— Надо поговорить. Наедине.
— Хорошо…
Поднялись на третий ярус, где находились кабинеты преподавателей. Спутница провела меня в свою комнату, после чего заперла дверь на ключ. И замерла, часто дыша и уткнувшись лбом в холодные доски.
— Да что стряслось? — волнение постепенно передалось и мне.
— Понимаю, сейчас не лучшее время — и уж тем более не самое подходящее место, но если я этого не сделаю, то буду жалеть до конца своих дней. А так как он может наступить в самое ближайшее время, то… А, плевать, что я как девочка перед первым танцем.
Рыжая бестия крутанулась на пятках, вцепилась в воротник и прильнула к губам. Нежное прикосновение быстро переросло в страстный поцелуй, и пусть за неимением кровати продолжать банкет пришлось на заваленном бумагами столе, это было самое мягкое и удобное ложе за всю мою жизнь.
Час пролетел как минута.
Приведя себя в порядок, мы взяли бутылку рома из личных запасов магистра, стопки и спустились в холл. Вручили стаканы вставшим в круг защитникам и разлили ароматный напиток.
— За победу, — иного тоста и быть не могло.
— За победу, — хором произнесли в ответ.
Выпив сто грамм «боевых», повел товарищей на последнюю битву. Замер на миг у порога, собирался с мыслями и рывком распахнул дверь.
И чуть не сшиб тощего паренька с измазанной синей краской лысиной и длинной палкой в руке.
— Ой! — шкет с раскосыми глазами отшатнулся.
— Ты еще кто? — с удивлением уставился на облаченного в лохмотья гостя.
— Это же Академия Нового Петербурга? — юнец с подозрением покосился на обломанный шпиль. — Меня прислали вам на помощь.
— Да неужели? Кто?
— Не знаю, но на телеграмме стоял штамп тайной канцелярии.
— Поберегись! — раздался с высоты высокий женский голос.
На крыльцо опустилась чопорная особа в униформе гувернантки, держа зонт подобно парашюту. Следом за ней примчала госпожа в роскошной черной мантии верхом на метле.
— Извините, я не опоздала?
— Маги никогда не опаздывают, — ответил старик с длинной седой бородой, взглянув на песочные часы.
Я отошел подальше от входа и обернулся. И едва не потерял дар речи — со всех сторон слетались колдуны: на крылатых единорогах, на коврах-самолетах, на метлах, в каретах и просто так — «своим ходом».
Светлеющее небо пестрело от мантий, фраков, пиджаков и плащей. Кто держал посохи, палочки, мечи и рапиры, кто прибыл с огнестрельным оружием. Но самое главное — я насчитал не меньше трех десятков чародеев: похоже, подкрепление собралось со всей колонии.
— А вот и кавалерия! — Генрих отсалютовал помощникам саблей.
— Ждать пришлось долго, — из здания вышел Юстас, попыхивая трубкой. — Но оно того стоило. Ваш отряд выстоял, не сдался, не струсил. Никто не знал, чем все обернется и стоит ли вообще вмешиваться. Битв много, а колдуны — наперечёт. Но вы вдохновили многих своим примером, своими мужеством, доблестью и несгибаемой волей даже пред лицом неминуемой смерти. И если прежде кто-то колебался, — особист обвел мундштуком выстроившихся перед кратером волшебников, — то теперь все сомнения исчезли. Ради вас и вашего дела однозначно стоит рискнуть.
— Понятно, почему прибыла подмога. Но почему вы все еще здесь?
— Разве я могу пропустить величайшее сражение в своей жизни?
— Что ж, — повернулся к сбившимся в кучку манородным и хрустнул пальцами. — Постараюсь превзойти ваши самые смелые надежды.
Глава 43
Мы выстроились друг напротив друга, разделенные залитым водой кратером.
Благородные традиции против шальной свободы.
Старая школа против бездарного модерна.
Стремление сохранить и приумножить против яростной нужды сломать и перестроить.
Светлое прошлое против безумного будущего.
Лига экстраординарных дам и джентльменов против одурманенной босоты.
Не знаю, чем все закончится, но убежден в одном — мирного решения не будет.
Взмах руки — и поднятые со дна обломки сложились в мосты. Плеск воды стал сигналом к атаке, и без малого полсотни чародеев ринулись на врагов.
Манородные поначалу скалились и бросали ехидные взгляды — мол, слетелась стая фокусников, еще бы клоунов с собой взяли.
Когда же на них единым порывом обрушился стихийный смерч, стало уже не до шуток. Ведь среди нас нашлись такие умельцы управлять силами природы, что подобные трюки и вообразить непросто, не то что воплотить в жизнь.
Хрупкая девушка во фраке и цилиндре скрестила перед грудью руки, добела сжав в музыкальных пальцах крестовины от марионеток.
Вместо нитей из них брызнули потоки маны, подхватывая и переплетая меж собой огненные сгустки.
Несколько нервных пассов — и вот перед красавицей-брюнеткой взвилась фигура из первородного пламени, похожая на гибрид диснеевского джинна и сатаны.
Изрыгая из пасти клубы дыма, рогатый элементаль рванул на противников, громя щиты громадными кулачищами.
Смуглый старик в тюрбане заиграл на свирели, и вся вода в кратере слилась в огромного змея с чешуей из пенных бурунов.
Не успело существо броситься в бой, как следом, словно терракотовая армия, полезли слепленные из грязи воины в каменных доспехах, которыми командовал низкорослый блондин с железным протезом.
И големы колошматили лапами с такой скоростью, что те сливались в полупрозрачный серый ореол. И это — лишь вершина айсберга: когда все чародеи разрядили свои арсеналы, пошла такая свистопляска, что я с трудом осознавал, что вообще происходит.
Смешались все — люди, кони, конструкты, фамильяры — и единым фронтом потеснили предателей. Те какое-то время отступали вниз по главной улице под прикрытием барьеров, а затем предприняли робкую попытку контратаковать.
Их снарядили новейшим представлением о магии — спору нет. Взять хотя бы молнии, которых я ни разу не видел у соратников.
Вот только в погоне за научным подходом Тесла позабыла снабдить прихвостней элементарными понятиями о законах физики.
И когда ребятки в кепках принялись долбить разрядами големов, ничего, кроме смеха, эти жалкие попытки не вызвали.
Когда же молнии полетели в водяного змея, стало еще веселее. Потому что в то самое время, как по воде пустили ток, змей как раз сжал в пасти одного манородного.