Чародейка. Ходящая по грани (СИ)

Пленных, включая корхов, переодетых в имперских воинов отправили в камеру для ожидания допроса. Допрос предполагал быть жестоким, с использованием пыточных орудий. Обдумывая это, Отторион скривился — среди пленных были еще совсем юные чародейки. Жалко их, хоть они были предполагаемыми врагами. Благо дочь императора теперь находилась при дворце. И вроде как все положительно складывалось, если бы не одно большое но— император и правда связался с обитателями теневой стороны. Глаза Отториону не лгали, никогда он не жаловался на зрение или галлюцинации. Да и от советника несло чем — то потусторонним. В дрожь бросало при виде его колючего взгляда. Генералу даже показалось, что в зрачках советника танцевала тьма. При таком раскладе выходило, что Саян Кохар — отступник, предатель империи. Конечно, в кругах высшего общества беспрестанно плелись интриги, убивались конкуренты. Однако, связь с теневой стороной — перебор. О каких таких наградах мог мечтать генерал, если совет чародеев, который обладал влиянием меж мирового масштаба, в любой момент мог снять императора с его поста? И если он будет служить злодею — отступнику, сговорившемуся с тенями, то ждет его прискорбная судьба. Чародеи никогда не отличались милостивым отношением к врагам. Они уничтожали их на корню вместе со всем прилагающимся. А кто прилагался к императору Таймарра? Все верно. Армия во главе с генералом. Генерал Отторион резко сбавил шаг. Офицер, служивший правой рукой генерала и выполнявший все его указы, в том числе тайные, выжидающе смотрел на своего командира. Он — то уж знал наверняка, генерал снова плел интриги, мысленно воплощая свои мысли и прикидывая все за и против. Офицеру оставалось только ждать решения. Мысли в голове генерала кипели. Один неверный шаг — провал. С другой стороны, исчадия хаоса — нешуточные враги для чародеев, особенно если на стороне императора никто иной как хранитель. Наверняка, так и есть, иначе бы Саян Кохар не ввязался в данное противостояние. Глупо было бы идти на войну, заранее зная о своем поражении. Значит, императору что — то пообещали. Например, защиту, могущество Таймарра, увеличение его чаро — потенциала на фоне других измерений, долголетие или вечное правление нынешнего императора. Тот, кто прикрывал спину Кохара, возможно, затеял уничтожить Совет чародеев или более глобальные планы? Кто знает этих жрецов?
— Офицер Саюрр, — Отторион был задумчив, — стали ли вы воевать за императора, связавшегося с силами тьмы?
Офицер остановился, разинув в ужасе глаза — так вот о чем размышлял генерал Отторион:
— Нет, генерал!
— Я так и думал, — решительно кивнул командующий, — идем, потолкуем со стражем.
***
— Ваш план заключался в том, чтобы нас поймали и заперли? — стенала Джинна, красноречиво сверля дырку глазами в страже, — я против!
— Если наши живы, то они где — то тут, — выдал Свирк, всматриваясь в темноту. Когда их вели в тюремное помещение, корх заметил длинный коридор из камер. Но тогда у имперцев было освещение, а сейчас приходилось находиться в кромешной тьме. Даже со временем глаза не привыкли.
— Они тут, — недовольно буркнула Джинна. Исчадие тьмы в темноте отлично ориентировалось, в отличие от остальных.
— А ты откуда знаешь? — включился недовольный Крейг.
— Я чувствую… — ответила Джинна, — запахи эти… не удивительно, что стражи пытались через хаос сбежать. Уж лучше там подохнуть.
— Нууу, посмотрим, как ты благоухать станешь, недельку тут побывав, — ехидно заметил Свирк.
— Я не собираюсь задерживаться, — упрямо добавила Джинна, — впрочем, вы, как хотите. Меня только Эмис интересует, остальные могут сгнить в камере. Правда, я крепко сомневаюсь, что вам дадут дожить до рассвета.
— А как же я? — обиженно напомнил о себе Якоб.
— Так и быть, — вздохнула чародейка, — и тебя прихвачу.
— Тише, — умерил всеобщий гомон Ренольд, — сюда кто — то идет.
И правда, через краткое время мы услышали шаги, чуть позднее показался свет. К нам направлялись две массивные фигуры, держа перед собой подобие лампы, обильно раздающей свет. Находящиеся в камерах невольно щурились, а кто — то и вовсе отворачивался, предпочитая лицезреть тюремную стену. Когда фигуры приблизились к нашей камере, нам удалось рассмотреть генерала Отториона и офицера, имя которого мы не знали.
 
— Имперские камеры выполнены из особого металла, — начал разговор Отторион, брякнув чем — то металлическим по решетке, — он зачарован. Ни один чародей не способен задействовать здесь свои способности.
— Вы пришли поговорить о свойствах металла, из коего выполнены ваши камеры? — Ренольд приблизился вплотную к решетке, там, где стоял Отторион. — Или, все же, причина в ином?
— Я заметил некую странность, — хмуро посмотрев на стража, продолжил генерал, — не без вашей помощи, Ренольд Франт. Во дворце есть персона, занимающая далеко не последнюю должность. И она не отбрасывает тень. К слову, сначала я придал сомнению ваш рассказ о исчадиях тьмы в имперском войске, но теперь мои сомнения рушатся. Коли таковые есть во дворце, стало быть, они могут быть где угодно.
— Вы о советнике императора? — дождавшись реакцию генерала, страж улыбнулся. — Простите за оскорбления. Мерзкий тип. В дрожь от него бросает.
— Значит, и вы заметили, — задумчиво проговорил Отторион, — причина моего появления тут исключительно из любопытства.
— Вам любопытно к чему приведет общение императора с исчадием теневой стороны, так?
— Любопытно, — кивнул генерал, колко посмотрев на стража.
— Война между миром теней и живых возможна только при нарушении договора, некогда заключенного хранителями и правящими представителями смертных. Если так произошло, то нужно искать причину, а точнее того, кому выгодны эти самые нарушения. Сначала пропал хранитель светлой стороны, тем самым обрекая атрибут на постепенное исчезновение из него созидательной энергии. Затем император Таймарра расставил капканы на теневой стороне при помощи подвластных империи стражей. И что мы видим? Энергия хаоса начала восполнять утрату, заполоняя опустевший кристалл. Потенциал Таймарра резко возрос на фоне остальных. Ведь другие правители, в отличие от Саяна Кохара, поостереглись нарушать договор. Зато теперь исчадия тьмы в полном праве объявить нам войну, посчитав его расторгнутым. Кто теперь им указ? Они вольны разгуливать где угодно в отличие от светлых, практически потерявших связь с миром живых. Безусловно, самый большой вклад в это внес Темный хранитель, ныне действующий, а ваш император у него исполнительная фигура. — Страж сделал паузу, картинно задумавшись. — Ах, да. Совсем забыл. К чему это все приведет? Что бы там не думал себе Саян Кохар, а исчезновение светлой энергии приведет к нарушению баланса. Тьма — энергия агрессии, разрушительная. Полагаю, мир, наполненный такой силой, превратится в хаос рано или поздно. Но сможете ли вы жить там, генерал? В бескрайней пустыне, наполненной вечно голодными тварями… И само собой, Совет чародеев сделает все, чтобы такого не произошло. Это их обязанность. Но напомнить вам, что чародеи живут в пространственном кармане? Мы же с легкостью можем наблюдать, как рушатся старые и миры, а на их месте постепенно возникают новые. Светлой и темной стороне, по сути, тоже нет дела до смертных. Для них война — это лишь игра. Кто кого сделает. А для вас верная погибель?
— Не хотите ли вы сказать, что император предал империю? Разве он не должен быть дальновидным, выбирая сторону тьмы?
— Предал или нет — вам решать. Мое дело — предотвратить грядущие перемены. Насчет дальновидности, я не знаю, что было обещано императору. Уничтожить совет чародеев ему не под силу. Вечное правление? Он будет править руинами тогда. Спасение? Вряд ли он, в таком случае, побеспокоился о своих подчиненных. Скоро бездонные просторы хаоса поглотят существующие миры, если нам не предпринять попытку их спасти.
— Складно говоришь, страж, — насупился Отторион, — вот только неохотно верится мне, что император пошел на это. К тому же, если все пойдет по — вашему, то кто встанет во главе Таймарра? Своего поставите? Народ будет против властвующего чародея.