Почему именно ты?..

– Уродина обнаглела, – это сказала подруга Релив. Она посмотрела на меня и скривилась будто от чего-то мерзкого. – Видно, мозгов у нее точно нет.
– Да ты не говори! Тяжело с такой дурой, – пятикурсница цыкнула. – Воспитанию не поддается.
– Релив, у тебя, случайно, еще не началась чесотка из-за той грязи, которую ты разводишь в своей комнате? – спросила у девушки с сарказмом. Я-то знала, что ее кожа из-за того порошка до сих пор должна зудеть. И да, я заметила, как Релив покраснела. Нет, не от смущения. От гнева.
– Ничего себе. Релив, а тебе попалась безмозглая первокурсница. Места своего не знает, – это уже сказал один из парней. Я посмотрела на него и почти сразу узнала. Карл Глем. Старший сын одного из самых знатных лордов нашего королевства. Когда-то была с ним знакома. На балах Карл настойчиво приглашал меня танцевать, а я тогда не могла отказать, так как у меня еще не было титула, а Карл из высших слоев знати. Не нравился он мне, и теперь понимала, что не зря.
– Видите, она не поддается воспитанию, – с Карлом Релив разговаривала учтиво. Видно, его титул все же имел вес, ведь я бы в жизни не поверила, что этот тучный парень с козлиной бородкой без своего титула хоть что-то представлял. – Я ее и в конюшню отправляла и еды лишила на несколько дней. А толку нет.
– Лишила еды? Релив, нужно ее, наоборот, накормить, – сказал Карл, после чего встал с кресла.
Он подошел к столу, который находился неподалеку. Там как раз одна из первокурсниц убрала в тарелку ошметки недоеденной еды, которая теперь напоминала неприглядное месиво. Карл взял ее и сверху насыпал земли из массивного горшка с цветами.
– Вот, отличная еда для твоей безмозглой первокурсницы. Хотя… – Карл плюнул в тарелку. – Теперь лучше.
– Вы отлично придумали, – Релив восхищено хлопнула в ладони. – Может, это ее чему-то научит.
В это время уже все, кто присутствовал в этом зале, смотрели на нас. Карл, чувствуя внимание и будучи задобренным восхищением Релив, поставил тарелку на пол и сказал мне:
– Давай жри.
– Не буду, – я отрицательно качнула головой, потом посмотрела на его круглый, выпирающий живот и сказала. – Твои предпочтения в еде не разделяю.
Многие, кто был в комнате, стали перешептываться, а Карл помрачнел. Зашипел и прищурил взгляд.
– Ты у меня все сожрешь.
Он несколькими быстрыми шагами подошел ко мне и схватил за предплечье, после чего дернул на себя, заставляя идти за ним. И никто, совершенно никто ему и слова не сказал. Все просто смотрели. Наблюдали словно за спектаклем. Все еще перешептывались.
– Отпусти, – вскрикнула от боли и гнева. А также от горечи и грязи, которые начали налипать на меня от осознания, какими все же мерзкими могут быть люди. Хуже животных.
– Давай жри, – Карл толкнул меня на пол, и я упала рядом с тарелкой. И внутри все забурлило. Обожгло от всех этих взглядов. Далеко не сочувствующих, а с безмолвными нотками ожидания позора другого человека.
– Да пошел ты, – я попыталась встать на ноги, но он опять толкнул меня на пол. Унизительно.
– Ты вообще слышишь, что я говорю? Жри! – Карл рыкнул. Я на него в этот момент не смотрела, но услышала, как он неожиданно вскрикнул и рухнул на пол словно туша.
Все притихли, и в зале воцарилась мертвая тишина. Я обернулась и увидела, что Карл лежал на полу. Согнутый и дрожащий словно от невыносимой боли, он обхватил живот руками и хрипел. Над ним стоял Арон.
– Встань, – сказал он Карлу. И даже у меня от голоса Арона по спине скользнул холодок.
– Зачем… ты это сделал?.. –  с лихорадочной опаской прохрипел Карл. Да, он боялся Арона. Парню  больно. Это было видно даже по тому, как он пытался встать на ноги. Ему это удалось с огромным трудом и далеко не с первой попытки.
Но, когда Карл все же оказался в вертикальном положении, Арон, проигнорировав его вопрос, вновь ударил парня в живот, и тот опять рухнул. Страшный удар. Даже мне стало как-то не по себе. Слишком много мощи. Так можно кости сломать или очень сильно навредить.
Карл валялся на полу и корчился от боли, а Арон, положив руки в карманы брюк, ногой пододвинул к парню ту самую тарелку.
 
– Давай жри, – сказал Арон Карлу. Говорил спокойно и холодно, но одно его присутствие давило. Не только на Карла. На всех. Даже на меня. Почему-то сейчас он казался действительно страшным.
– Зачем?.. Ты ее защищаешь?.. Наглую первокурсницу?.. Она сама виновата… Грубила… – хрипел Карл. Боялся Арона. Кажется, не смел даже пошевелиться, но словесно пытался защититься.
– Бесишь, – парень сказал ему лишь одно слово, и Карл сжался. Арон повернулся ко мне и произнес. – Пошла прочь.
Сказано грубо, но я послушалась. Встала на ноги и, больше не оборачиваясь, вышла из зала.
Сердце стучало быстро и прерывисто. Почти лихорадило, а я не понимала почему. Пыталась успокоиться и взять себя в руки, но не могла.
Ближе к вечеру услышала от первокурсниц, которые присутствовали в том зале, что Карл все съел. Даже вылизал тарелку. Арон поставил на нем клеймо униженного и сделал знатного человека новым предметом для издевок.
Никто не считал, что Арон защищал меня. Так и говорили. Ему нет дела до замухрышной первокурсницы, и так парень поступил потому, что ему просто не нравился Карл Глем. А я не знала, что думать, но ощущала сильное желание просто сказать ему спасибо. Поэтому искала Арона. Ходила по академии и вот встретила его в пустом коридоре.
К счастью, Арон был один, и я, почему-то чувствуя себя жутко неуверенно, пошла ему навстречу. Оказавшись к парню совсем близко, сказала:
– Привет, – не зная, как начать разговор, запнулась. Все же рядом с Ароном было тяжело находиться. Он давил на сознание одним своим присутствием. – Ты мне сегодня помог. Спасибо тебе за это. Может, я могу сделать для тебя что-то в знак благодарности?
Так меня учила мама, еще когда была жива. На доброе дело отвечать так же добрым делом.
Парень слегка обернул голову и посмотрел на меня. Вновь прямо в глаза. Еле заметно сдвинул брови, но уже вскоре отвернулся и пошел дальше, бросив мне лишь одно слово:
– Исчезни.
Разговаривать со мной он явно не собирался, и ему точно ничего от меня не нужно. Наверное, для Арона я была пустым местом.
Оставаясь стоять в коридоре, смотрела на отдаляющуюся спину парня, совершенно забыв, что приближался комендантский час, а, значит, скоро сработает призыв.
 
Глава 14
 
Благодаря плану здания, который я украла из архива, уже неплохо ориентировалась в академии и могла правильно выбирать коридоры. Сейчас украдкой пробежала по одному из них и, услышав чужие шаги, быстро скользнула за каменную колону. Когда шаги приблизились, я прижалась спиной к стене и затаила дыхание. Уже вскоре увидела мужчину в форме смотрящего. Держа в руках фонарь, он неторопливо шел вдоль стены, и лишь когда мужчина исчез за поворотом и шаги стихли, я смогла спокойно выдохнуть.
Уже наступил комендантский час и смотрящие бродили по коридорам. Проверяли, разошлись ли все студенты по своим комнатам. А мне нельзя к себе. Мою соседку уже выписали из госпиталя, и ей лучше не видеть, как ночью ко мне из дыма явится два парня. Если честно, сама с удовольствием этого не видела бы.
Я вышла из своего укрытия и опять побежала. Поднялась по лестнице и, преодолев еще небольшое расстояние, скользнула в уже хорошо знакомую библиотеку, после чего закрыла за собою дверь.
Слыша звук собственных шагов, эхом разносящихся по огромному помещению, я немного побродила около множества столов и пошла к одному из  подоконников. Села на него и начала ждать. Прошло буквально минут пятнадцать, как библиотеку заполнил дым и уже ожидаемо из него возникло два силуэта. Мерад Кад и незнакомец.
– Рада вас видеть, – саркастично пробормотала. Мы с Мерадом обменялись кислыми взглядами. Незнакомец же, как всегда, не проявил ни одной эмоции. Разве что вновь посмотрел на меня. На Када он не обращал никакого внимания.