Уйди с дороги, Грейнджер! (СИ)

Утянул Грейнджер за угол и, круто развернувшись, выплюнул ей в лицо:
— Грейнджер. Уизли это тоже касается, — Малфой тяжело дышал, а в глазах плескалась ярость, — Я не хочу видеть рядом с тобой никого больше. Если этот недоумок не понимает, я могу объяснить. Но тебе вряд ли понравится.
Во тьме, окружавшей их, раздавался гул из песни сверчков и кваканья лягушек. Где-то кудахтали курицы, и слышался слабый плеск от протекающей неподалёку речки.
А она смотрела на него, широко распахнув глаза.
Свои ебучие прекрасные глаза.
Издавала эти ароматы, от которых хотелось забыться навсегда и раствориться на мелкие частицы. Смотрела, а он таял. Злость испарялась. Окружение исчезало. И, казалось, везде, где он был до этого, и что бы не делал, то просто терял зря своё время.
— Грейнджер, — промурлыкал он. Низко склонился к ней и схватил прядь волос, поднося её к носу и вдыхая, — Не испытывай моё терпение. Очень тебя прошу.
Гриффиндорка прерывисто вздохнула и закрыла глаза. Обвила его вокруг шеи и притянула к себе. Её запах полностью наполнил лёгкие. Захотелось распрощаться с реальностью. Нежные локоны трепали по лицу, но было приятно. Разве может быть по-другому, когда она так близко? Когда она тянется у нему? Когда она соглашается? Позволяет?
Нет, конечно.
— Я скучал.
Он падал. Падал вниз и не хотел возвращаться.
Падал и понимал.
Моменты, которые проносились рядом с ней, были не сравнимы ни с чем.
Они, как драгоценные камни, падали в неизвестность и терялись в небытие. Их хотелось сразу же найти, но они были утеряны навсегда.
И оставалось только одно. Упиваться, наслаждаться новыми. Полностью впитывать их в свою память. Сжимать, охватывать, не отпускать настолько, насколько это было вообще возможным.
Но время, моменты, всегда проходили безвозвратно. И это было самым печальным.
Остановить бы весь мир и наслаждаться!
Её дыханием, запахом, просто тем, что она рядом…
— Я тоже скучала, Малфой.
Одна фраза взорвала всё нутро. Одна фраза поставила на места все вопросы, недомолвки и всю ту хрень, что терзала его.
И он почувствовал себя счастливым.
Снова.
Он нежно повернул её лицо к своему. Глаза полуоткрыты, а губы так и просили прильнуть ко рту.
Долго раздумывать было не нужно.
Просто незачем.
Малфой нежно провёл языком по приоткрытым губам.
Таким желанным губам.
Зарылся руками в шёлковые волосы. Притянул её к себе крепко. Сжал рукой ягодицу. Даже под слоями одежды она была упругой и соблазнительно-желанной. И начал выводить языком, полностью пробираясь в её горячий рот, круговые узоры. Подхватил своим языком её язык и прикусил нижнюю губу.
— Гермиона?
Да чтоб тебя!
Долбанный Поттер когда-нибудь оставит их в покое?
  
Часть 21
 
Недели пролетели незаметно. На патрулирование она больше не ходила с Малфоем, вместо себя отправляла Джинни. Та хоть и побурчала, но согласилась подменить на время. Хотелось разобраться во всём на холодную голову. Когда Малфой не зажимает её по углам и не выплёскивает тонну негатива.
После случая в Хогсмиде, когда Гарри застукал Гермиону с Малфоем, она совсем закрылась ото всех.
Неловкость ситуации удручала. Она элементарно не знала, что сказать другу. Её выручила Джинни, так вовремя подоспевшая к ним. Быстро увела Гарри оттуда, тем самым позволяя Гермионе не объясняться. Да даже при всём желании ничего не смогла бы объяснить.
Она самой себе-то толком ничего сказать не могла. Отношения с Малфоем не двигались с мёртвой точки. Постоянные угрозы, злость. А после этого жаркие поцелуи, и не только…
Безумно хотелось наплевать на всех и просто быть рядом с ним. Всегда и везде. Но недосказанность просто сбивала с ног.
Вдруг он не хочет того же, чего мучительно желала она? А если он оттолкнёт её, скажет, что она просто наивная дура? Начнёт насмехаться? Это же Малфой, от него всего можно ожидать. А если всё же их мысли и желания совпадают, то почему он не делает шаги навстречу?
Джинни шепнула ей, когда они были в Трёх Мётлах, что Малфой расстался с Пэнси. Мол, та ходит по замку и постоянно ревёт. Подруга так уверенно сообщила эту новость, что не было ни малейшего сомнения в правдивости её слов. Сердце радостно ухнуло в тот момент. Но вскоре Гермиона задумалась над тем, как протекали их с Паркинсон отношения.
 
Она не видела в его глазах нежности, или заинтересованности. Интересно, он со всеми так себя ведёт, с кем встречается? Если да, то такого отношения к себе она не хотела. Но глубоко внутри что-то подсказывало, что так и не будет. Должно быть лучше в разы, в тысячи раз.
Потому что его взгляд такой, каким она его успевала замечать в те короткие мгновения, когда они встречались, он дарил только ей одной. Возможно кому-то ещё, но бурю эмоций в его глазах она видела только тогда, когда он смотрел на неё.
Он в принципе на всех смотрел, как на дерьмо, так что различить изменения было не сложно.
И как он её обнимал. Держал крепко, твёрдо, будто она его собственность.
Просто его.
Как-то Малфой проронил фразу, что Грейнджер его. Только спустя дни она вспомнила про это. Это было во время драки со Смитом.
И вот что делать со всем этим? Непонятно.
Гарри не задавал вопросов, за что Гермиона была ему очень благодарна. Скорее всего Джинни постаралась. Рон тоже ходил и молчал, наверняка ему было просто стыдно. Наговорил ей тогда слишком много по пьяни. Даже вспоминать не хотелось, отчего-то становилось противно на душе. Если так будет дальше продолжаться, то придётся просто перестать с ним общаться.
Гермиона лежала на кровати и писала текст для праздника в честь Хэллоуина. Строчки давались легко и почти за один вечер она написала полностью речь от и до. Нужно ещё придумать, во что одеться.
Она встала и подошла к своему шкафу. Перебирая платья один за другим поняла, что ничего подходящего в её гардеробе не было. Совсем. Нужно что-то красивое, элегантное. Ведь ей выпала роль ведущей. Облачаться в страшные костюмы монстров не было никакого желания. Да и Макгонагалл ничего не говорила про то, что все обязаны быть в костюмах.
— Ты куда-то собралась? — Джинни делала домашнее задание, откинувшись на подушки.
— Нет. Через неделю уже Хэллоуин, нужно купить платье. Вот только вряд ли я найду в Хогсмиде что-то подходящее. Там больше продаются повседневные вещи.
Джинни задумчиво прикусила кончик пера:
— Можно выбрать в каталоге, но это муторно, вдруг не подойдёт и снова нужно будет ждать посылку. В косом переулке есть магазинчик, но придётся отпрашиваться у Макгонагалл.
Гермиона закатила глаза:
— Я тебя умоляю. С Макгонагалл я решу этот вопрос за минуту. Сопроводишь меня? Думаю, тебе тоже захочется что-нибудь прикупить.
Джинни радостно подпрыгнула:
— Конечно! О, Мерлин, давай отправимся туда завтра же? Нужно сказать Гарри, а то у меня закончились деньги. Даже не помню, на что их потратила…
— Да без проблем. У меня нет никаких планов на завтра. Только у тебя планы, и то на вечер. Патрулирование с Малфоем, — хмыкнула Гермиона, озабоченно подсчитывая оставшиеся деньги, — Надеюсь, мне хватит на платье, я потратила почти все свои сбережения на шмотки в прошлый раз.
— Хочешь, я тебе займу? Мне завтра даст Гарри, а ты рассчитаешься, когда закончишь Хогвартс, — улыбнулась Джинни, — И начнёшь зарабатывать.
Гермиона укоризненно взглянула на неё:
— Я не собираюсь брать от тебя денег! Тем более это деньги Гарри!
Джинни вздохнула:
— Ладно, завтра разберёмся. Хотя подожди…
Подруга задумалась и вдруг выпалила, пряча глаза:
— Давай не завтра, а послезавтра сгоняем в этот магазинчик? Совсем забыла, мы с Гарри будем заняты днём.
Гермиона с минуту помолчала, но в итоге кивнула:
— Ну ладно. Время есть ещё.
Пока Гриффиндорки болтали без умолки, время подходило ко сну.