Неучтённые миры (СИ)

— Как перешла, так и вернулась, — бойко отозвалась я. — Все контракты разорвались, когда снялось проклятье.
— Нет. — Он еще не понял. Мужчина напряженно искал подвох. Но факты на лицо: моя магия при мне. — Та, кто снимает, жертвует собой во благо исполнения пророчества.
— Ага, — подтвердила я. — Но я не снимала проклятье богини.
Ох, это прекрасное мгновение, когда Враг начал осознавать, что произошло. Я почувствовала дрожь удовлетворения, когда темные глаза расширились в изумлении. Это стоило половины моих страданий в Деополисе.
— Невозможно… — Он сжал зубы, посылая Аматри лучи ненависти. — Вот же крысеныш!
— Квиты, — вздернул бровь белобрысый, стойко встречая взгляд Врага.
— Кстати о мелочах, — шепнула Клавдия, но акустика зала донесла ее слова до нас, — а чем там именно я пожертвовала?
Аматри задумчиво перевел взгляд на потолок. Враг же продолжал отрицать реальность, в которой я его обошла.
— Эм… — Ведь знала же, что какой-то момент упустила! Я продолжила: — Магия вернулась обратно. Все встало на свои места. Я — Избранная. В Лэйтарии нет места той, кто не прошла процесс отречения. Тебе меня не забрать. Это Диа разбудила Луноликого визиря поцелуем любви. — Я сделала девушке отмашку рукой. Та мгновенно покраснела.
— Анна! — воскликнула она. — Я же просила!
— Ой, да повзрослей.
— Ты тянула время, — наконец дошло до Тинхе. — Ты позволила забрать свою магию, чтобы я был уверен в своей победе. Чтобы я желал завершить твое отречение сильнее, чем заполучить мир или осуществить месть богине. Что ты пообещала Аматри за предательство?
— Нет никакого предательства. Он ничего не знал о моем плане. Он лежал под галлюциногенами. — Не скажу, что мне хотелось защищать Аматри или лезть на амбразуру, но слегка достает, когда твои гениальные идеи присваивают кому попало. У меня не так много этих идей! — Это ты, а не Аматри все испортил. За все время, что в Цезерине, что в Деополисе, я раз пятнадцать готова была сдаться. — Я ухватилась за каменный шип, чтобы не потерять равновесие. Это сильно подпортило мою позу победительницы, где я скрещиваю руки и высокомерно задираю подбородок. — Еще час назад я согласилась бы на все, что ты предложишь. Да десять минут назад, когда только-только проснулась, сдалась бы с радостью и искренней благодарностью. Но ты этого не хотел, так? Не тот уровень отчаянья. Ты каждый раз доводил меня до края пропасти, а потом отступал назад, давая передохнуть, чтобы нанести удар еще больнее. Я столько раз плакала и жалела себя, сколько, наверное, не делала в переходном возрасте. А он у меня был очень тяжелый! Ты провел меня через ад и преисподнюю пустых сожалений. Напустил монстров, связал контрактом, напугал до чертиков, отправил туда, где моя магия не имеет возможности проявить себя. Не знаю, планировал ли ты нападение тех мужиков или в принципе ожидал агрессивного настроя от мира, но ужасов я натерпелась. Да и фиг бы с ними. Но такая сжирающая заживо беспомощность… И вот Аматри объясняет мне, какая я дура, и как меня ловко обвели вокруг пальца. Изощренная и гениальная стратегия, где в основе лежит моя собственная концепция любви, смутившая тебя в прошлый раз. Ты все извратил до неузнаваемости и пустил против меня. Взял мою тактику! И это стало главной ошибкой. Избранные не в силах победить Врага. Когда ты взял мою идею, все что мне осталось, это взять твою. А твои планы лучше моих. Шаблоны, по которым ты нас отлавливаешь идеальны! Мы все такие одинаковые, такие абсолютно взаимозаменяемые, что нет разницы, какая Избранная какого Визиря поцелует. _К_н_и_г_о_е_д_._н_е_т_
Я замолчала, ожидая аплодисментов. Аплодисментов не последовало. Я не сильно расстроилась. Богиня еще не установила контроль над Деополисом, чтобы тот работал, как следует. Враг же выглядел так, будто вообще меня не слушал. А я, между прочим, рассчитывала на вопросы! Но нет, Враг как всегда, оставался на своей волне.
— Зачем ты поцеловала меня?
— Ты тоже повзрослей, — легкомысленно отмахнулась я. — Я свободная одинокая женщина со своими потребностями. Такими, как например, отвлечь внимание, пока Диа помогает Аматри прийти в себя и исполнить пророчество. Не позволить помешать возродиться богине. Не дать понять, что все идет не так, как ты рассчитывал. Я действительно понятия не имела, что богиня в человеческом теле, где-то бродит и возрождается в мире, где находится ее тело. Ох, надеюсь ты не сильно расстроился, что у нас не было поцелуя любви?
 
Повисла наряженная тишина. Где-то на периферии потрескивала божественная магия, латавшая дыры купола. Враг стоял абсолютно серьезный. Вместо надменного спокойствия — арктический холод. Знай я его чуть хуже, решила бы, что дело в том, что я посмеялась над его чувствами. Но он лэйтарец. А еще Странник. Я только что разрушила что-то, что он создал и продумал до мелочей. Недели? Месяцы? Я взяла и обыграла его. А мужчинам очень сильно не нравится, когда его обыгрывает женщина. Особенно, если у него за спиной годы интриг, а она только что научилась врать и не краснеть. Еще хуже, если он Враг, а она Избранная. Да, один раз я его обошла, что легко можно списать на случайность (кстати, все именно так и было!), а вот теперь настал второй раз и… В Лэйтарию он меня не заберет, но что собственно мешает ему обрушить на меня потолок? Проклясть чем-нибудь мерзким. Превратить в ледяную глыбу.
— Надо же, — прервал затянувшееся молчание мужчина.
Мрак будто ждал этих слов, чтобы стянуться к его фигуре. Тени сгустились на безупречном лице. Казалось невозможным, но форма Странника стала еще темнее, чем была. Более глубокие оттенки черного. Я потянулась к магии. Если Тинхе ответит вспышкой злости, я должна быть готова. Впрочем, Враг или умел проигрывать, или я чего-то не понимала.
Он рассмеялся. И смех звучал раскаленным золотом. Аматри вздрогнул от странного звука. Богиня заинтересованно склонила голову, будто услышала то, что недоступно смертным. Я едва ли не схватила сердечный приступ. Враг и смех не могли существовать в одной реальности. Это как парадокс. Столкновение материи и антиматерии. Хорошим такое не заканчивается.
— Ты обыграла меня моими же фигурами.
Я с трудом подавила желание извиниться.
— Меньшего я и не должен был от тебя ожидать, так?
— К чему ты ведешь?
— Женщина, которую я мог бы полюбить, не досталась бы мне легко. Ценится то, что дорого достается.
Забытые боги и богиня, он опять!
— Я почти уверена, что любовь строится не только на этом, — возразила я.
— Да, не только.
Я напряглась, когда Враг поравнялся со мной. Черный костюм давно перестал вызывать у меня смех своим театральным антуражем. А к груди Врага я прижималась уже столько раз, что становилось как-то неловко. Гипнотический взгляд Тинхе вовсе сминал все мои возражения. Но не смотреть на мужчину было большим безумием, чем позволить его мощной ауре заполонить пространство вокруг нас.
— Ты победила, — бархатный баритон пополз по моей коже, вызывая мурашки. В темных глазах мелькнуло что-то похожее на гордость. Черт, он гордился мной! — И мне это нравится. Теперь никому меня не переубедить, что ты не достойна моего внимания. Моего восхищения.
— Мне не нужно ни того ни другого.
— Но оно у тебя есть. И ты можешь получить больше, гораздо больше. Ты можешь иметь все.
— Что «все»? — нервно усмехнулась я, нуждаясь в срочной смене темы. — Все — слишком расплывчато. Ты мне еще звезду с неба пообещай. Я таким подкатам с института не верю. Предоставь сначала нотариально заверенный список «всего» с четко прописанными сроками исполнения.
— Продолжаешь прятать желания, которых страшишься, за шутками, — цокнул он. — Тебе от меня не деться. — Враг потянулся ко мне, и я не рискнула препятствовать, когда костяшки его пальцев погладили мою скулу. — Ты зря считаешь, что все исчезнет. Тебя тянет ко мне. Без всей этой магии и проклятия. А значит, ты придешь. — Он опустил руку, и я задрожала. — Сделай это раньше, чем мне надоест ждать. Я не отступаюсь от своих целей, моя непослушная Дробь.