Неучтённые миры (СИ)

— Почему ты говоришь «что-то»? Ты же знаешь, что. Я видел Избранную Клавдию. Она не могла не рассказать, о чем я ее просил.
Дважды объяснять не пришлось, я поняла, о чем речь.
— Шпилька! — вспомнила я. — Ты всерьез втираешь мне, что дело в шпильке? Она даже не золотая. Не нефритовая. Не с бриллиантами. На кой черт Тинхе женская невидимка? Не стал бы он половину миров перелопачивать ради трех граммов металла. Он, конечно, выходит за грани адеквата, но не настолько же.
Недоверие проскользнуло на лице, сменяясь искренним изумлением.
— О, ты не знаешь? Ты не поняла? Великая Избранная, ускользнувшая из лап Золотой оси, обхитрившая Незыблемый трон и разграбившая совет, ничего не поняла?
Я мотнула головой. Аматри улыбнулся, сверкая идеальными зубами:
— Все ради тебя, Не-лэй. Все это Тинхе устроил ради тебя.
  
— 16 —
 
Ликование на лице Аматри было сложно описать словами. Если бы во сне существовали естественные физические реакции, я бы покрылась холодным потом.
— О чем ты говоришь?
Светловолосый лэйтарец приподнял край шляпы рукоятью трости, позволяя увидеть блеск азарта светло-голубых глаз.
— Мелкий божок оставил на Тинхе один крохотный порез, и тот в ответ обрушил гнев на его любимое творение. А ты сорвала финальную часть мести, прошлась ураганом по его гордости, и думаешь, что он спустит все с рук?
— Он хочет забрать мою магию. — Я стиснула зубы, следя за реакцией Аматри. Лэйтарец не выглядел заинтересованным. — Разве это недостаточная месть?
— Слишком мелко, Не-лэй. Чем твой Дар может быть цене? Рынок магии обширен в Лэйтарии. — Аматри крутанул тросточкой, играясь с ней будто с игрушкой. — Чем таким ты владеешь, что смогло бы потушить гнев Странника, сброшенного с пьедестала Избранной?
Он не знал. Тинхе не рассказал, что во мне течет их магия. Учитывая, что все упоминания об уничтоженных богах Лэйтарии держаться под запретом, а лики и имена забыты, неудивительно, что Враг решил помалкивать. Наверное, и о том, кто такой Атрос рассказывать не стал. Вот и меня держит в секрете. Что ж, раскрывать эту тайну и я не намерена.
— Эта магия мне очень дорога.
— Даже если это правда, что крайне сомнительно, столько усилий…
— Каких усилий? Проникать в чужие сны так сложно?
Аматри склонил голову, прикрывая глаза ладонью. Плечи задрожали. Светловолосый эстет беззвучно смеялся.
— Ты не можешь говорить это всерьез, — наконец произнес он, утирая невидимые слезы. — Да причем тут сны. Оглянись! Ты же не думала, что по своей воле оказалась в таком необычном мире?
— Подумаешь, необычный, — пожала плечами, чувствуя холодок внутри. Мир, сотканный из антимагии и замкнутый сам на себя. Слишком хрупкий для моих рук. Избранные любят разрушать все на своем пути, но тут тронь любой камень, и вся система полетит к чертям вместе с тысячами жизней. И все же, я попала в него сама. — Наркота, грязный воздух и хамы. Обычный день в родном мире.
Аматри поморщившись махнул рукой.
— Да я не об этом выкидыше. Я о мире Избранной Клавдии. Ты попала туда по желанию Тинхе.
Ножки стула скрипнули. Это поднялась я.
— Хватит водить меня за нос и нести чепуху! Не знаю, что там у тебя за дела с Тинхе. Не знаю, что надо от меня. Мне все равно. Выставлять себя дурой не позволю. Я была все время в Центре. Не мог он повлиять на мой выбор в стерильном мире. Я сама приняла то решение. А теперь, верни меня обратно. — Я крутанулась, выискивая спуск с площадки. — Где тут выход?
Аматри ни на секунду не позволил улыбке себя покинуть. Он лишь откинулся на стул, блаженно прикрывая глаза.
— Конечно-конечно, Не-лэй. Как пожелаешь. Но прежде задай себе вопрос. Неужели Тинхе не знал, что Избранная, так долго мечтающая о любви станет искать способ получить ее? Что ты пойдешь в миры своего потока Избранных. Как думаешь, во многих были волшебные артефакты, которые могли исполнить твое желание? В скольких из них ты была? В скольких не подошел артефакт? И в каком мире все пошло наперекосяк, связав тебя с единственным существом, от которого ты хотела держаться подальше?
 
Из мира Блонди пропал схожий артефакт. Возможно его похитили люди Сонара. И там был Аматри.
Я мотнула головой.
— Нет. Зачем ему это? Откуда Тинхе знать, чего я хочу?
— Потому что он — Враг. Так вы его называете? Специалист по Избранным, который знает о вас больше, чем вы сами. Или ты считаешь себя особенной, чьих желаний никому не разгадать?
Оболочка сна дрогнула. Горизонт покрылся мелкими трещинами. Аматри чуть заметно поморщился.
— Глупости! — Я обнаружила себя крепко сжимающей спинку стула. Меня так трясло от переполняющих эмоций, что я не могла себя заставить ни сесть, ни уйти. — Голову морочишь. Тинхе двинутый, но, если бы хотел что-то мне сделать, уже бы сделал. Свернул голову еще во дворце. Запер в темнице. Отдал на растерзание фоморам. К чему столько сложностей?
— Тут ты права. Поэтому я и задаюсь вопросом, какую же месть он для тебя подготовил? Он потратил много ресурсов, чтобы пробиться в тот мир. И если не осуществил месть сразу, а рассчитал ее многоходовкой, значит подготовил что-то особенное.
Я скрестила руки, отгораживаясь от тонкого голоска, что все это время нашептывал все те же слова, что говорил Аматри. С Врагом не могло быть все просто.
— В любом случае, я разрушила его коварный план, отправившись в Деополис. Мир, где в воздухе гроф, и где таким как ты, сложно меня связать всякими договорами.
— Ой, ли? — склонил голову похищенный Визирь.
Тинхе знал, что я сбегу. Сам признался, что знал. Господи, он же прямым текстом все сказал!
Мои губы задрожали.
— Его целью было затащить меня в Деополис? Зачем?
Чтобы я страдала, размышляя, как спасти мир и не предать себя? Довести до отчаянья? Дать пройти все круги ада? Оставить на медленное затухание? Посадить в пробирку и пустить ягоды роа по венам, заперев в вечном сне? Он же знал про гроф. Знал, что не стану разбивать артефакт. Заранее знал! И хотел, чтобы я обратилась к нему за помощью.
— Это не имеет смысла, — продолжала я размышления вслух. — Он хотел сделать из меня лэй, забрать магию и заставить отречься от богов. Неужели для этого потребовалось вот это все? Утащил бы за шкирняк, что сложного? Пытал бы в своих катакомбах.
Или все же проблемы есть?
Я боялась стать лэй. Не так сильно, как долгой мучительной смерти или постоянной боли. Но став лэй, я бы точно до конца жизни не нашла бы себе спокойствия. А как Тинхе мог меня сделать лэй? Для того чтобы выйти из-под воли богов, Избранная проходит особый ритуал. Добровольно. Желая свободы всем сердцем. Только так ее могут принять в ряды Золотой империи. Именно это Враг проделывал с Избранными до меня. Превращал их жизни в кромешный ад, пока они не сдавались на милость псевдоспасителя. Именно на этот крючок Тинхе ловил меня сейчас.
Все это время меня вели по пути отречения от Предназначения.
А я даже не понимала этого!
— Я попалась на шаблон «Избранная — Враг»?
Слишком быстро моя жизнь покатилась под откос. Клуб, наркота, нападение, суд, лабораторный стол. Я раздавлена, как таракан под словарем Даля. И готова молить о помощи. Я ведь делаю именно то, что хочет Враг! Действую как все те бедняжки до меня. Он очаровывал их, заставлял себе поверить, а потом сбивал с верного пути и полностью уничтожал их, раскалывая цельные личности на приемлемые кусочки.
То же самое Тинхе проворачивал со мной, но немного под другим уклоном. Он понял, что не поверю в его мнимую влюбленность, а Дар защитит от флера, но, если вмешать в схему артефакт… Да тут любой поведется.
Что-то эта схема с артефактом мне сильно напоминает, да только сообразить не могу. Совсем рядом вертится!
— Допустим, — куда спокойней, чем позволяла ситуация, сказала я. — Тинхе злодей и безжалостный манипулятор. А что же ты? Добрый самаритянин?