Истинная на двоих, или Краденая невинность (СИ)

Не буду я из-за жестокого мужлана реветь. Никогда! Пусть ведет меня домой, раз обещал, а сейчас…
Оглянулась, заметила повозку и махнула вознице рукой, останавливая.
— Доброго дня, — заулыбалась. — Подбросите к рынку?
— Десять серебряных, — беззубо заулыбался мужчина и поправил давно поредевший чуб.
— Плачу двадцать пять, если подождете меня там, а потом вернете обратно.
— Запрыгивай, девица, — он довольно нахохлился, подтянул вожжи. — Долетим с ветерком.
Рынок в этом городке сильно отличался от Ветроны. У нас нет стихийных базаров, еще дед Ронис упорядочил и построил площади для торговцев. Здесь же было тесно, шумно и по-настоящему весело. На одном повороте играли уличные музыканты, красиво играли, я даже задержалась послушать, но заметив на другой стороне улицы магазинчик «Зелья и травы», побежала туда.
Дородная женщина устало окинула меня взглядом и, услышав мой вопрос, покачала головой.
— Такого нет у нас, милочка. Король запретил уменьшать рождаемость, штрафует за такие эликсиры. И прикрыть может мою лавку, если попадусь. Так что я не рискую.
— Но… — я смутилась. — Ничего нельзя придумать? Я хорошо заплачу.
Она прищурила и без того узкие глаза и медленно окинула меня взглядом.
— Прогневишь богов, детка. Шла бы ты домой, к мужу.
— Нет у меня мужа, — я вскинула подбородок.
— Тогда поспеши оформить отношения, потому что позже с клеймом будешь ходить…
— Каким еще клеймом? — я отшатнулась, но женщина уставилась на меня, как на свихнувшуюся и больше ничего не сказала. — Дайте мне вот этот чайный сбор, — сдавшись, я показала на полку. — И вот эти сушеные фрукты. А что-нибудь заживляющее есть?
— Возьми мазь зверобоя, — хозяйка магазина, недовольно скривившись, протянула баночку, но увидев золотую крупную монету, расцвела и предложила мне еще несколько вкусностей и эликсиров. Некоторые я даже не запомнила от чего. Пригодятся. Ссыпала в кармашек сдачу, поблагодарила женщину и на выходе вспомнила кое-что:
— Не подскажете, где лавка с украшениями?
— Пройдешь вдоль рядов с фруктами, там будут еще орехи, дальше через арку и в глухом углу рынка заметишь небольшой подвальчик.
Я поспешила наружу, не хотелось задерживать извозчика, потому помчала в нужном направлении без раздумий. Не заметив впереди себя мужчину, врезалась в крупную спину и, потупив взгляд, извинилась и пошла дальше.
В лавке с украшениями было тихо, пахло нитками и плавленым стеклом. Да такого выбора бусин и бисера и в столице нет! Это же лурийские камни.
За прилавком стояла молодая девушка с пышной копной волос цвета золотой пшеницы. Она выложила передо мной варианты цветов, множество форм и я, склонившись, долго подбирала необходимое.
— Мне еще нужна черная шерстяная нить для вязания и крючок.
Мешок получился объемным, некоторые упаковки не влезли, я прикупила еще один и, перебросив все это через плечо, побежала назад, к повозке.
Вдохновленная даже забыла, что у меня нога болит. Но заметив, что извозчик меня не дождался, едва не рухнула от прострелившей голень рези. Присела на свободную лавку и огляделась. Народу было очень много, мужчины толкались, женщины визжали. Кто-то неловко врезался в меня и оттоптал ноги.
Заметив, что на меня таращится какой-то странный большой мужик, я поднялась и осторожно поспешила на другую сторону дороги. Там, под тенью высоких деревьев, стояли другие повозки, поменьше прошлой, но сойдут, чтобы вернуться к таверне.
Оставалось несколько метров до нужного места, но меня вдруг отпихнули в сторону и, прижав к горлу нож, потащили в темноту тупика.
Прижимая острую сталь к шее, мужчина затащил меня в переулок, где не было ни души. От страха, что он в любой момент может вспороть мне горло, будто парализовало. Взывая к магии, я хватала ртом воздух, как рыба выброшенная на сушу. Но она не откликнулась, будто сама испугалась и спряталась в уголок сознания.
Он потащил меня в какой-то вонючий заброшенный хлев, держа за волосы и сильнее прижимая к коже металл.
Сердце ухнуло в пятки, и в груди похолодело.
 
Я попыталась закричать, но ледяной ком в горле перекрыл дыхание.
— Пикнешь, зарежу, как свинью, — прорычал мне в ухо ублюдок и подтолкнул к стогу гнилого сена.
Обшарил свободной рукой мою талию, мацнул неприятно грудь и сдернул сумку. Швырнул ее в угол и развернул меня к себе лицом.
Противно оскалился, и уродливый шрам на его лице исказился, жутко пугая.
— Снимай штаны, сука! — приказал и, надавив на нож, вспорол кожу. 
Металлический запах крови показался ярким и отчетливым, сильнее, чем затхлый смрад вокруг.
Меня всю затрясло, а в его глазах напавшего загорелась похоть. Просто так он меня не отпустит, я понимала.
— Пожалуйста… — взмолилась я еле слышно. Голос никак не хотел возвращаться, его поглотил дикий, сковывающий все тело страх.
— Снимай шмотье! — мужик сдернул с меня пояс, причиняя боль нежной коже, и вслед за ним ткань брюк сама сползла с бедер.
Мерзавец хищно облизнулся и рванул кружево трусов. Они порвались с противным треском, а я еще больше обомлела.
Глаза наполнились слезами, губы задрожали. Сердце застучало так сильно, что заныло в груди, будто ее прибило тяжелой каменной глыбой.
На миг оторвав от горла нож, мужик швырнул меня на стог сена и припечатал собой сверху. Вернул оружие на шею и надавил. Кровь закапала на гнилую траву.
Мужчина потерся о мою промежность и судорожно стащил с себя штаны.
И тут ко мне вернулась способность двигаться. Дремлющая магия поднялась из глубин и прогнала скользкий ком во рту. Скопилась мощной силой на кончиках пальцев.
Я открыла рот, чтобы закричать во все горло, но нож неожиданно упал на сено, а тяжесть исчезла.
— Поганая тварь! — услышав еще один голос, я схватила окровавленный нож и перевернулась на спину. Мерзавец улетел в сторону, а на его месте вырос Арман.
С диким фосфорным блеском в глазах он набросился на мужика и одним движением свернул ему шею. После чего поднялся на ноги и посмотрел на меня с такой лютой злостью, что я выставила дрожащее острие перед собой и приготовилась дать сдачи.
— Дура! — выкрикнул оборотень, тряхнув головой и клацнув зубами.
Я поспешно натянула штаны, пока он осматривался и сплевывал свою ярость, и придерживала их одной рукой, второй же тыкала кинжалом в лицо Армана.
— Какого пса ты поперлась на рынок?! — подступив ко мне, зеленоглазый протянул руку. Она была в крови и соломе.
— Забыла отчитаться перед тобой! — вызверившись, бросила ему под ноги нож, потому что меня всю колотило от паники и ужаса. Туго затянула пояс, стараясь не смотреть на оборотня, и собрала упавшие в сено сумки. Прижала их к себе, как драгоценность. — Я бы и сама справилась, — вздернула подбородок и окинула Армана презренным взглядом. — Возвращайся к своей крикливой крале! Когда мне станет легче, — покривлялась, — обязательно тебя позову. А сейчас, — зашипела ему в лицо, стараясь не выдать жуткую дрожь и не цокать зубами, — уйди с дороги, плешивый пес!
— Совсем с ума сошла от ревности?! — Арман схватил меня за талию и вдруг прижал к себе. Сумки рухнули наземь.
Мужчина дрожал не меньше, чем я. Сминал мою рубашку на спине и задыхался. 
— С чего ты взяла, что я с кем-то был?
— Я слышала! — выкрикнула на надрыве. — Слышала! В коридоре зажимались! А потом в соседнем номере… кувыркались, — ударила его по плечу. — Еще соври, что это был не ты!
— Я сам с тобой скоро чокнусь, — сжав ладонями мое лицо, Арман посмотрел прямо в глаза. — Не было меня в этом номере! — прокричал. — Ты представляешь, что могло случиться, если бы я… — захлебнулся словами и пронзил острым взглядом. Снова вздрогнул.
Я оглянулась на мертвого мужчину, Арман тоже перевел на него взгляд, а я поджала губы и выплеснула из горла яд:
— Подумаешь, чуть не сделал то же, что и ты…
Оборотень окаменел, впился в меня диким взглядом и вмиг побледнел. Зеленые радужки затопила тьма. Долго молчал и смотрел на меня во все глаза.