Жена (не) подарок (СИ)

Приглушенные стоны сводили с ума, и я еле сдерживался, ощущая, как ее мягкие пальчики исследуют мое тело.
— Артур, я больше не могу... — судорожно взмолилась она вскоре, задрожав всем телом, и лишь тогда я позволил себе нависнуть над ней и одним плавным движением заполнить собой.
— А-ах!
Она рвано выдохнула и обхватила меня руками, лаская мою обнаженную спину. В следующую секунду я почувствовал на себе и ее ноги, и... неожиданно для себя от ее нехитрых движений и ощущения полного погружения полностью потерял контроль, отдался на волю инстинктов.
Резкие движения перемежались с более плавными, легкие поцелуи с более чувственными. Вскоре очертания комнаты и вовсе смазались — остались лишь мы и бегущие по телу электрические импульсы.
Не знаю, сколько прошло времени, когда мы оба, тяжело дыша, откинулись на спину. Мила прильнула ко мне, положив голову на мою грудь, и начала игриво водить по ней пальчиком.
Мы молчали — впрочем, любые слова казались тут совершенно лишними.
Через какое-то время она приподнялась на локте и начала легко, практически невесомо покрывать мое лицо, губы и грудь поцелуями.
— Что ты творишь, женщина? — шутливо зарычал я, чувствуя, как к низу живота приливает кровь, и снова подмял ее под себя.
* * *
Я проснулся и резко распахнул глаза. Электронные часы на прикроватной тумбе показывали два ночи.
Мила лежала справа — она подперла голову левой рукой и молча на меня смотрела. Ее силуэт словно светился, озаряемый светом луны из окна.
Так вот почему проснулся — от ее взгляда.
— Что такое? — нахмурился я, повернулся набок и положил ладонь на ее талию.
— Ничего, просто не спится, — пожала плечами она, протянула руку и нежным жестом убрала с моего лица прядь волос.
Я поймал ее ладонь своей, поднес к лицу и поцеловал, снова чувствуя просыпающееся желание. Черт, когда же я смогу ею вдоволь насытиться?
— Выходи за меня, — ляпнул совершенно внезапно даже для самого себя. Тут же мысленно себя линчевал.
«Идиот... Все испортил!»
Не раз слышал рассказы о том, как у мужчин после жаркого соития словно отключается мозг, и они несут всякую ерунду, даже в любви признаются, которой нет. Но чтобы такое произошло со мной?
Я похолодел. Если и в этот раз откажет, боюсь, больше и предлагать не стоит.
Думай, Артур, думай!
— Мила, — спешно заговорил я, — понимаю, это неожиданно, но к чему тянуть?
Ее рука, до этого гладившая мою грудь, вдруг застыла.
— Подумай сама, — торопливо продолжил я, не давая ей сказать ни слова, — тебе и нашему ребенку нужна стабильность, в том числе на законном уровне. К тому же так у меня будет больше возможностей защитить тебя, оградить от Ремезова и его посягательств...
— Я согласна.
— Он ведь может пытаться искать какие-то лазейки, и будет проще, если стану законным мужем, а не мимо проходящим... — Я вдруг оцепенел и недоверчиво помотал головой, осознав, что именно только что произнесла Мила. Переспросил: — Подожди, что ты сказала?
— Я согласна, — с готовностью повторила она.
«Согласна». Всего восемь букв, а какой ошеломительный эффект!
Так вот оно какое, чувство победы, радости и тотального удовлетворения. Весь этот коктейль мгновенно разлился в груди эйфорией. Эмоции переполняли, требовали выхода наружу, и я не стал себя сдерживать: обнял Милу так крепко, что она пискнула.
Вот что значит грамотно подобрать слова. Я расправил плечи, будто наяву ощущая, как гнетущий до этого груз стал во сто крат легче.
Кто тут у нас баловень судьбы? Определенно я.
  
Глава 48
 
Малиновый салат. Я и не подозревала о его существовании до того, как Анна Валерьевна назвала его среди прочих любимых блюд Артура.
«Экстравагантненько», — вынесла я первый вердикт.
«М-м-м!» — это уже когда попробовала.
Подумать только, всего несколько ингредиентов, а рецепторы во рту словно с ума сошли от необычного сочетания ягод и мяса, и я прикрыла глаза в полном блаженстве. После третьей ложки хлопнула себя по рукам: надо же что-то оставить Артуру.
 
Вообще, на кухне как будто ураган пронесся. Ураган по имени Мила. Да, каюсь: это я насвинячила, пока готовила. Решила устроить сюрприз жениху — заранее выпросила у Анны Валерьевны список и рецепты, чтобы приготовить пир, когда она будет на выходном. И вот этот день настал.
Прошло уже две недели с тех пор, как Артур сделал мне предложение, а я все никак не могла разгадать его поведение. Такое ощущение, будто что-то делала не так, но что? Все попытки невзначай его расспросить приводили только к одному: он закрывался еще больше.
Вот я и решила воспользоваться старой, как мир, уловкой: путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Салат, мясо, овощи на гарнир, десерт, хорошее вино — это не может не сработать, так?
Я надеялась, что сработает. Потому что мои идеи, как еще умаслить будущего мужа, иссякли.
Артур то был самым замечательным мужчиной на свете — обаятельным, смешным, умным и отзывчивым, то мрачнел не хуже грозовой тучи и отталкивал меня. Предсказать его настрой оказалось не под силу даже Анне Валерьевне.
Можно подумать, это он у нас ходил беременный, а не я.
Ох уж эти богатеи с тонкой душевной организацией, не поймешь, какая вожжа им под хвост попадет в ту или иную минуту.
Еще полчаса ушло на загрузку посудомойки и приведение кухни в божеский вид.
Я с любовью оглядела приготовленную еду и помчалась приводить в порядок себя: Артур вернется через час-полтора, а я больше походила на растрепанную ворону, чем на невесту статусного мужчины.
* * *
Я замерла, глядя, как Артур нес ко рту вилку с салатом.
Затаила дыхание, ожидая, пока прожует. Ну же, ну? Скажи, что вкусно!
— М-м-м, божественно, — отдал должное моим стараниям Артур. — И стейк выше всяческих похвал. В каком ресторане заказывала? Надо запомнить на будущее.
— Сама готовила, — расплылась в улыбке я и мысленно захлопала в ладоши: угодила!
Брови Арчи поползли вверх, он недоверчиво посмотрел в тарелку, а потом на меня.
Не верит, что ли?
— Правда сама, — поторопилась убедить его я. — И стейки сама.
Артур метнул взгляд на порционное желе с фруктами.
— И его тоже.
— Да-а? Понятно.
Он преспокойно отправил в рот кусочек говядины, а потом закопошился, полез во внутренний карман пиджака, будто его содержимое было важнее комплимента невесте.
Что? Понятно?
«Арчин, я официально объявляю тебя свиньей!» — запыхтела я про себя. От обиды на глаза навернулись злые слезы.
Я вскочила с места, с силой бросила белоснежную салфетку на стол и бросилась вон из столовой.
Вот же скотина! Я так старалась, а он даже гребаного спасибо не сказал.
Влетела в кухню злая, как сто чертей, и залпом выпила стакан воды. Вот ни за что в столовую не вернусь, и убирает пусть все сам! И фильмы с ним смотреть не пойду, хотя пару часов потратила на подборку, которая уж точно придется ему по душе. Как ни странно, вкусы у нас совпадали, поэтому я попросту составила список из кинолент, которые давно хотела посмотреть сама, но все руки не доходили.
За спиной вдруг раздались шаги, и через мгновение мне на плечи легли теплые ладони.
— Мил, ну ты чего? — шепнул он мне в ухо. Горячее дыхание тут же спровоцировало мурашки, что побежали по телу, а низ живота сладко запульсировал.
Я грешила на гормоны, но мне хотелось Артура каждый день. И не раз. Слава богу, он не возражал. Пожалуй, это единственная сфера нашей жизни, где все было просто волшебно.
Он мягко нажал на мои плечи, разворачивая к себе.
— Артур, ты свинтус! — не сдержалась я, скрестила руки на груди и надула губы. Мне стало решительно все равно на его реакцию. Пусть злится, пусть мрачнеет, но так со мной нельзя.
— Почему? — явно опешил он.
— Ты еще спрашиваешь? — округлила глаза я. — Я так старалась, готовила для тебя, а все, что получила в ответ, — «понятно».