Пламя смерти (СИ)

— А ты? — Илонна требовательно посмотрела на бывшего монаха. — Ты веришь, что Дилль жив?
Герон кашлянул и отвёл взгляд в сторону. От необходимости соврать его спас возглас одного из дозорных.
— Разведчики возвращаются. Их кто-то преследует.
Герон бросился к коню. Послышались крики командиров, воины начали выстраиваться в боевой порядок. Тележку с Илонной и всех врачевателей тут же упрятали в самую середину строя. Но вскоре стало ясно, что хотя верховые разведчики и возвращаются бешеным галопом, никто их не преследует.
Когда разведчики рассказали, что увидели впереди, мастера клинка коротко посовещались и пошли к Илонне.
— Впереди орда зомби, — мрачно сказал Фиррис, которому остальные мастера делегировали полномочия сообщить эту неприятную весть главе клана. — Похоже, те самые, что вынудили хиваши отступить и уйти в свои пески.
Илонна закусила губу. Да что же это такое?!! Теперь, когда она смогла переломить сопротивление врачевателей и старейшин, судьба подбрасывает ей новое препятствие. И оно куда серьёзнее, чем всё остальное. Илонне уже рассказали, как проходило сражение с хиваши, как со стороны Запретного предела появилась огромная толпа старых зомби, и как мертвяки напали на пустынников. Этих зомби прислал Единый — именно из-за них хиваши прекратили осаду Григота и ушли в свои земли. И теперь эти неупокоенные стоят между ней и драконами.
— Сколько их?
— Примерно тысяч десять, — мрачно сказал мастер Нугейр. — Похоже на то, что Единый не хочет твоего свидания с драконами.
— Почему вы так решили, мастер?
— Зомби не нападают. Они даже не двигаются. Просто стоят у нас на пути.
В глазах Илонны засверкали злые огни. Она положила руку на меч и так сжала рукоять, что пальцы у неё побелели. Когда Илонна наполовину достала меч, мастера увидели, что лезвие его засветилось. Ну, вот, глава клана в ярости, и теперь никакие разумные доводы на неё не повлияют.
— Даже Единый не сможет остановить меня. Прикажите построиться клином и… — Илонна вдруг замолкла.
Мастера клинка озадаченно переглянулись. Как они и ожидали, вспыльчивая девчонка, которой они принесли клятву верности, хочет отправить их в безнадёжный бой. Но что с ней случилось? Почему Илонна вдруг замолчала и сидит с таким видом, словно её огрели по затылку дубиной?
— Отставить, — тихо сказала девушка. — Вышлите вперёд разведчиков — пусть они докладывают обо всех движениях армии зомби. Остальным — отдыхать, но быть готовыми к бою. А теперь оставьте меня наедине с архимагом Фролом.
Мастера клинка удивлённые странным поведением Илонны, ушли, остался только архимаг.
— Хочу узнать у вас, — не сводя неподвижного взгляда с врачевателя, спросила Илонна, — может ли считаться нормальным вампир, у которого в голове раздаются посторонние голоса?
* * *
Дилля вышвырнуло из Лабиринта Миров. Невидимый вихрь прекратился столь же внезапно, как и начался. Миг краткого затмения прошёл, и Дилль увидел перед собой Азру, оскалившуюся в злобной ухмылке, а по обеим сторонам от неё сидели, взявшись за руки, главные ведьмы Ковена.
— Сёстры, Великая Госпожа благословила эту жертву! — торжествующе возвестила Азра. — Ну, ситгарец, сейчас ты испытаешь всё, что я тебе обещала.
Дилль спокойно смотрел на беснующуюся старуху. По-видимому, она из-за собственного радостного визга не расслышала последних слов безликой госпожи. Что ж, тем ей хуже.
— Ничего не замечаешь, ведьма? — спросил он, воздвигая вокруг себя магический щит.
Высшая колдунья не поняла, что к пленнику вдруг вернулись магические силы.
— О чём ты, щенок? — над ладонями Азры заплясали зелёные огни. — Знаешь, что это? Это печать смерти. Это заклинание, если оно одобрено Великой Госпожой, свалит с ног даже дракона. Испробуй на себе его силу.
С этими словами старуха протянула руки в сторону пленника, от её пальцев к Диллю протянулись зелёные шевелящиеся нити и взорвались колючими синими огоньками. Натыкаясь на его магический щит, огоньки взрывались, освещая синими сполохами окружающее. Дилль хладнокровно устранял нарушения в структуре щита, вызванные мощными ударами. Мощными, но не настолько, чтобы пробить его защиту.
 
— Что такое? — нахмурилась Азра и посмотрела сначала на свои ладони, затем обвела взглядом колдуний. — Сёстры, где ваша концентрация? Почему с ним щит?
— Потому что надо было слушать, что говорит Великая Госпожа, — сказал Дилль, призывая младших примусов и переходя в атаку.
Драконья ярость зажгла кровь, примусы увеличили мощь заклинаний, а проснувшиеся муары подмешали к его атаке собственное уникальное умение. Огненный выдох, полетевший в сторону Азры, был способен расплавить даже крепчайший камень. Но, как убедился Дилль, он совершенно не повредил вредной старухе. Когда волна пламени растаяла, ведьма по-прежнему стояла невредимая, правда, судя по выражению её лица — весьма удивлённая.
Впрочем, её удивление длилось недолго. Азра быстро затараторила какую-то тарабарщину, схватившись одной рукой за руку соседки слева, а другой ухватив за плечо правую. Воздух перед Диллем замерцал, и его щит потряс сильнейший удар. Громыхнуло так, что Дилль оглох. Даже драконьей энергии не хватило, чтобы удержать щит, и на какое-то время Дилль был ничем не прикрыт от хивашского колдовства. К счастью для него, главной ведьме потребовалось несколько секунд на сбор новой порции энергии, и Дилль успел восстановить щит. Второй удар был слабее, а последний и вовсе оказался не сильнее обычного воздушного сгустка третьей степени одиночного урона.
Дилль отдался на волю драконьей ярости. Он перестал быть магом и превратился в дракона в человеческом обличье. Теперь имело значение лишь одно — он должен уничтожить врагов. Окружающее подёрнулось кровавой дымкой, разум Дилля пылал от нечеловеческой ярости, а всё его существо требовало схватки.
— Великая Госпожа, спасибо, что разрешила мне погибнуть в бою! — закричал он, взрываясь огненным дыханием.
Вокруг Дилля заполыхало кроваво-жёлтое пламя. Оно билось о колдовскую стену, не причиняя вреда старухам. Но Дилль видел, как им приходится нелегко. Лица ведьм от сверхусилий побагровели, двое из колдуний упали и не двигались, остальные перестали держаться за руки и активно формировали вокруг себя сиреневые облака. Азра стояла, раскинув руки в стороны и закрыв глаза — колдовские облака стекались к ней. Либо старуха укрепляла свой щит, либо готовила новый удар — в любом случае, надо достать её.
— Мастер, убей их всех! — раздался в его голове кровожадный хор.
— Непременно, — процедил он сквозь сжатые зубы. — Я сказал Великой Госпоже неправду — от убийства этих мразей я получу истинное удовольствие.
Со всех сторон на него посыпались магические удары. Колдуньи в панике швыряли в него молнии, сгустки биомагии, превращающие в гнилую плесень всё живое, били ледяными заклятьями и даже взрывали под ним землю. Часть ударов сдержал щит, часть из них растворила антимагия. Грохот и яркие разноцветные вспышки заполнили шатёр Ковена, а затем и вовсе уничтожили его. Ярко вспыхнув, ткань шатра, ранее защищённая какими-то заклинаниями, исчезла, явив взорам собравшихся шаманов и колдуний картину магического боя.
— А теперь моя очередь, — захохотал Дилль, полубезумный от драконьей ярости.
Он поднял над головой чёрный посох, чувствуя, как через него приходит нечеловеческая мощь. Дилль не понимал, что входит в него, он чувствовал только одно — эта сила была намного древнее даже драконьей магии. По сравнению с ней драконья ярость, сжигавшая его несколько мгновений назад, казалась лишь крохотной искоркой. Когда Дилль переполнился неведомой мощью, он понял, что это — всего лишь лёгкое касание Великой Госпожи. От её краткого прикосновения он превратился в квинтэссенцию смерти, заключённую в человеческое тело.
Воздух стал густым и обжигающе-морозным — Дилль с великим трудом сделал вдох, чувствуя, как леденеют лёгкие. Кровь в его жилах застыла — а ведь недавно она была подобна жидкому огню. Драконья ярость ушла, элементали исчезли, и даже муары поспешили стать незаметными. Дилль остался один на один с той, которая слегка прикоснулась к нему, и теперь незримо присутствовала на поле магического боя.