Соколов. Дилогия (СИ)
– В бутылку лезть не буду. Извинения принимаются. Ситуация и правда весьма необычная. Но главное, что все закончилось.
Ирэн развернула Македонского и медленно поехала в сторону особняка. Машина подпрыгивала на ухабах – в этой части владений Штоффов дорога была так себе.
– Ты говорил о некоем человеке, которого я должна была помнить, – после долгого молчания спросила девушка. – Кто он?
– Тот, кто оказал на тебя ментальное воздействие. Тот, кто организовал нападение на дворянские семьи. Убил моего дядю и Шуваловых. И устроил теракт во время Смотра.
Ирэн ударила по тормозам.
– Что за бред ты несешь? Да как ты можешь…
– Это не бред, – перебил ее я. – Радамант – реальная личность. И он успел много всего натворить. Можешь спросить у Матильды, она в курсе.
Ирэн долго всматривалась мне в глаза и, видимо, убедившись, что я не лгал, закрыла лицо руками.
– Так ты знал обо всем этом… Все это время? – глухо спросила она.
То ли последствия ментальной работы так повлияли, то ли банальная усталость, но девчонка вопреки моим ожиданиям не расплакалась, не закатила новую истерику. Просто скорбно сгорбилась, глядя в одну точку.
– Да, знал.
– Но мне почему не сказал?
– А смысл? Что бы ты сделала, особенно находясь под воздействием Радаманта? Мы с Матильдой и так боялись, как бы ты не выкинула чего‑нибудь на почве измененного сознания. Кроме того, он ставил ловушки на свою работу. Когда Корф попытался снять ментальный блок с одного из приспешников этого сумасшедшего колдуна, беднягу мехом внутрь вывернуло. Помер в муках. Потому Матильда и не хотела, чтобы кто‑то пытался снять с тебя воздействие. И я не собирался. Просто старался быть рядом и присматривал за тобой.
– Радамант… Ты ведь у меня уже о нем спрашивал. Я рассказывала тебе миф.
– Ага.
– Значит. Все это время… Ох, боже мой.
Ирэн несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, пригладила волосы.
– Сперанские знают?
– Нет. Только мы с Матильдой.
Она кивнула.
– Хорошо. Пусть так будет и впредь.
– Поехали домой, – устало сказал я. – Завтра важный день.
Она покосилась на меня с недоверием.
– Понять не могу, Миш. Почему ты так спокоен после всего этого?
– Я не спокоен. Я задолбался, Ир! Задолбался ждать вступительных, задолбался готовиться, задолбался бояться за близких и ожидать очередного нападения от этого урода‑менталиста! И выносить перепады твоего настроения тоже задолбался. Я все понимаю – ты много чего проделала не по своей воле. Но, черт бы тебя побрал, соберись, Ир, и расставь уже приоритеты! Захочешь поговорить о Радаманте – расскажу что дозволено. Но потом. Дай сперва пройти испытание. Если я не поступлю в Аудиториум, мне хана. Моей семье хана. И возможностей прижучить этого криворожего колдуна тоже станет меньше. Поняла?
Я и сам не заметил, как перешел на ор. Все раздражение, вся злость, что копилась, излилась на Ирку. Девчонка слушала меня, распахнув глаза и приоткрыв рот от изумления.
– Поняла, – на удивление спокойно ответила она. – Ты выиграл в проблемном бинго. У тебя и правда полная жопа.
Она тронулась, и дальше мы поехали молча. Я сопел, пытаясь справиться с остатками гнева, а Ирэн, подозрительно притихшая, безмолвно вела машину. Лишь когда мы подъехали к гаражу, она обернулась.
– Прости, что психанула там, на мельнице. Я испугалась. Мне начало казаться, что я схожу с ума. Со мной никогда такого не делали, и я действительно сперва подумала на тебя. В конце концов ты сильнее меня, и… Сам понимаешь, мы не сразу поладили. Подумала, что ты решил надо мной поиздеваться.
– Делать мне больше нечего, – огрызнулся я.
– Ну сейчас‑то я это поняла. Короче, прими мои извинения.
– Рад, что ты пришла в себя.
Я вышел из машины и направился к дому.
– Миш, – окликнула меня девица.
Я обернулся.
– Чего?
– Насчет завтрашнего…
– Завтра будет завтра, Ирин. Жребий все решит. Но если нам суждено драться друг с другом, пощады не жди.
– Хотела сказать тебе то же самое, – печально улыбнулась она.
– Ага. Выше нос. И блузку застегни, – ухмыльнулся я. – Иначе до испытаний не доживем – Матильда прибьет нас раньше.
***
Место, которое я помнил как Дудергофский парк с памятниками войны, в этом мире оказалось закрытой территорией Полигона Аудиториума. Владения вуза были обнесены высоким крепким забором, причем явно зачарованным. Отсюда я не мог разглядеть ничего, кроме двух возвышавшихся гор – в моем мире они носили названия Ореховая и Воронья. Вдали высились башенки какого‑то здания – вероятно, административного корпуса.
Я заметил и университетских охранников, и полицейские патрули. Видимо, Аудиториум учел прошлый печальный опыт. Лишь бы в этот раз не повторилось.
Парковка перед воротами была заставлена по большей части автомобилями высокого класса, хотя встречались серийные модели куда проще. Видимо, не все абитуриенты происходили из самых богатых семей. Мое внимание привлек мотоцикл – роскошный круизер был единственным на всей парковке. Интересно, кто это так выпендривался?
– Выходим, господа ученики, – скомандовала Матильда.
Мы с Ирэн вышли. Из следовавшей за нами машины вывалились трое Сперанских – нервные, дерганые, на бледных лицах еще ярче выделялись веснушки.
– Документы с собой? – в пятый раз за поездку переспросила Матильда. – Все проверили?
Я кивнул.
– Тогда всем удачи.
Баронесса поманила всех нас к себе и обняла.
– Не посрамите мое имя, иначе гнев мой будет страшен, – она взглянула на нас с Ирэн. – Особенно вы, вундеркинды. А теперь вперед. Я буду ждать вас здесь.
Я улыбнулся на прощание.
– Спасибо, ваше благородие. Вы – замечательная наставница.
– Благодарить будешь, когда пройдешь, – проворчала она. – Если пройдешь.
Рядом с закрытыми воротами располагалась будка проходного пункта. Возле открытой двери выстроилась небольшая очередь из абитуриентов. Все с документами в руках. Мы встали в конец очереди, впрочем, продвигались довольно быстро.
Ирэн пошла первой. Когда дело дошло до нее, к ней обратилась высокая женщина в мундире, какой я видел на сотрудниках вуза. На поясе у нее висела большая сумка с множеством подписанных карманов.
– Ваши документы, пожалуйста, – протянула руку сотрудница.
Ирэн раскрыла паспорт. Женщина сверилась со списками, поставила галочку о явке, затем вытащила из одного из карманов сумки значок и протянула Ирэн.
– Благодарю. Прикрепите на видное место, ваше благородие, и проходите внутрь. Вас проводят к вашей команде, и вы сможете подготовиться.
Ирэн кивнула, оглянулась на нас со Сперанскими и шагнула на территорию Полигона.
Следом пошел я и сразу протянул раскрытый паспорт. Дама проделала ту же процедуру и вручила мне значок. Я рассмотрел на латунной поверхности символы “45‑В”.
– Прошу, ваше сиятельство, – женщина подбодрила меня улыбкой. Видимо, я выглядел совсем уж угрюмым. – Удачи на испытаниях.
– Благодарю.
Я тут же прикрепил значок на грудь. И едва прошел через КПП, как на выходе меня тут же поймал другой сотрудник.
– Добрый день, – поприветствовал он и взглянул на мою латунную брошку. – Группа “45‑В”. Прошу за мной.
Он выглядел совсем юным, всего на пару лет старше меня. Наверняка был студентом Аудиториума. Видимо, во всех мирах учащихся припахивали на дополнительные работы.
Студент повел меня сквозь обширный внутренний двор. Ничего волшебного здесь не было: обычная закатанная асфальтом площадка, окруженная невысокими двухэтажными зданиями. Во дворе царило столпотворение – люди в мундирах Аудиториума сновали туда‑сюда, выкрикивали фамилии абитуриентов. Возле туалета столпилась классическая очередь. Ветер откуда‑то принес запах сдобы. Видимо, работала кухня, чтобы дать перекус малахольным вчерашним школярам.
Я хотел было попросить студента подождать Колю, но вовремя прикусил язык: нельзя, чтобы кто‑то из них пронюхал о том, что мы узнали состав групп. Поэтому торопливо проследовал за сопровождающим.