Соколов. Дилогия (СИ)

— Благодарю вас, Зиновий Валерьянович, — Матильда вложила в его карман сложенные вдвое ассигнации.
— Всегда рад услужить вашим благородиям, — поклонился лекарь. — И вашим сиятельствам. Если что-то понадобится, звоните в любое время. Мой ассистент дежурит круглосуточно. Однако не думаю, что в этом будет необходимость.
— Можно к ним? — спросил я. — Ненадолго, просто проведать. Мы волнуемся.
Матильда бросила вопросительный взгляд на эскулапа. Тот кивнул.
— Но ненадолго. Девицам лучше как следует выспаться.
Лекарь попрощался, Матильда вышла проводить его, а мы со Сперанскими осторожно сунули носы за дверь.
Поля мерно посапывала, отвернувшись к стенке. На второй кровати сидела Ирэн, обхватив колени руками. Скорбная, как на похоронах. Половину лица закрывала повязка.
— Ты как? — Присел на краешек ее кровати.
— Как Квазимодо, не видно что ли? — огрызнулась она.
— Расслабься, до свадьбы заживет. Доктор говорит, даже шрамов не останется. Подумаешь, пару деньков дома пересидеть.
— Да я даже не об этом переживаю… — она улеглась и взяла мои руки в свои. — Мне стало страшно, Миш. Очень страшно, понимаешь? Кем бы ни были эти люди, они проникли в Аудиториум и устроили…
— Террористический акт, вот что они устроили, — сухо отозвался я. — И мне интересно, почему их никто не остановил.
— Ну не все же можно предусмотреть…
— Там император был, Ир. Если я все правильно понимаю, императора должны охранять тщательнее, чем любого другого человека в стране.
— Ты видел, что он может…
— И все же.
Ирэн неуверенно пожала плечами.
— Не знаю. Я столько слышала о могуществе Дома Романовых… Кажется, их и вовсе невозможно убить. Первый ранг, Миш. И столько силы… Ты чувствовал, там ведь даже воздух изменился, когда появился Алексей Константинович?
Я кивнул.
— Да, почувствовал. Он же немного меня подлечил. Ощущения непередаваемые.
— Я тебе немножко завидую, — отозвалась Ирэн. — Сам… Сам император обратил на тебя внимание.
— Просто похвалил.
— Иные и этого за всю жизнь не удостаиваются…
— Ладно, хватит об этом, — я осторожно пожал пальцы девушки. — Тебе чего-нибудь принести? Чаю, печенья…
Ирэн сладко зевнула.
— Ничего не хочу. Но поспать бы не отказалась. Впрочем… Можно попросить тебя принести кружечку травяного чая?
— Сейчас попрошу заварить.
Оставив Ирэн со Сперанскми, я спустился на первый этаж. Захотелось самому пройтись до кухни, да и слуг в этом особняке было гораздо меньше, чем в Лебяжьем. Матильда явно редко жила на Вознесенском.
В холле меня перехватила Матильда и протянула два конверта.
— Ты становишься популярен, — слабо улыбнулась она. — Почта на твое имя. Только что доставили.
Я вскрыл первый конверт.
Письмо с официальным приглашением на вступительные испытания. Формальность, но быстро они подсуетились — всего несколько часов прошло.
Второй конверт был интереснее. Матильда удивленно вытаращилась, узнав герб императорского дома.
— Что там?
— Самому интересно.
— Читай вслух.
Я быстро пробежался глазами по строкам короткого письма. Даже не письмо — записка. Но она определенно что-то значила.
— Письмо из канцелярии императора. Он выражает благодарность за мой сегодняшний поступок, — удивленно вытаращился я.
— И больше ничего? Никуда не приглашает?
— Нет… Матильда, как это понимать?
— Что вас, Михаил Николаевич, заметили. Тебе дали знак, что на тебя обратили внимание. Отметили твой поступок. Считай, это намек на то, что нужно продолжать в том же духе. И это хорошо: теперь твое имя будет на слуху во дворце. Если проявишь себя достойно и дальше, быть может, удостоишься представления его величеству. Но все же для этого нужны заслуги посерьезнее. Поэтому пока только письмо.
— Повешу в рамочку над кроватью.
— Не скоморошничай, Михаил, — посерьезнела наставница. — Это первый актив в твою копилку по восстановлению репутации своего рода. И это очень хороший актив.
— Понял. Благодарю.
Матильда кивнула и хотела было уже идти наверх, но я снова ее окликнул.
 
— Не знаете, где здесь ближайшая публичная библиотека?
— Это еще тебе зачем?
— Хочу взять пару книг почитать. Да и вообще пройтись немного хочется. Девчонки спят, а играть в карты со Сперанскими больше не буду — без штанов оставят.
Матильда улыбнулась.
— Есть одна, недалеко отсюда. На пересечении Екатерининского канала и Екатерингофского проспекта. Ярко-желтое трехэтажное здание. Не ошибешься, — баронесса взглянула на часы. — Только если собрался, иди сейчас. Через два часа она закроется, а тебе еще дойти надо.
— Спасибо.
Я зарулил на кухню, справился о чае, затем сменил одежду, проверил деньги и впервые за все пребывание в новом мире самостоятельно вышел в город.
* * *
Публичная библиотека нашлась без труда. Матильда довольно точно описала расположение, а мне помогли уроки истории города из прошлого мира. Оттуда я знал многие старые, еще дореволюционные, названия улиц. И уж точно разобрался, что Екатерининский канал — это знаменитый канал Грибоедова, а Екатерингофский проспект — проспект Римского-Корсакова.
Кто бы мне тогда сказал, что эти знания когда-нибудь пригодятся — плюнул бы тому в лицо. А оно вот как вышло.
Интересно, а в этом мире Грибоедов и Римский-Корсаков прославились?
Сверившись с вывеской, я потянул на себя массивную деревянную дверь. В нос тут же ударил запах старых книг. Тяжелый, бумажный, немного прелый. И гробовая тишина.
Стараясь не топать и не шаркать, я тщательно вытер ноги и поднялся по небольшой лесенке. Убранство здания было более чем скромным, и я немного приуныл. Отчего-то мне казалось, что всякая императорская библиотека непременно должна была напоминать дворец. Но здесь все было строго. Зато, как гласила вывеска, библиотека могла похвастаться огромным фондом.
— Доброго вечера, сударыня, — поздоровался я с сухой абсолютно седой дамой. Та приспустила очки на нос, скользнула по мне взглядом и, заметив на лацкане моего пальто графский герб, немного изменилась в лице.
— Добрый вечер, ваше сиятельство… Чем могу помочь?
— Михаил Николаевич Соколов, — представился я. — Уточните, пожалуйста, есть ли в вашем фонде подшивки газет?
Даму, казалось, очень удивил мой вопрос, но лицо она держала.
— Разумеется, ваше сиятельство. Какое издание вас интересует, Михаил Николаевич?
— «Вечерний Петрополь».
Дама едва заметно брезгливо скривилась.
— Да, такая подшивка у нас имеется. Какие годы издания вас интересуют?
— Я хотел бы начать с текущего года.
— Сию минуту устроим, ваше сиятельство. Однако для выдачи материалов мне понадобится оформить документы. Читательский билет… У вашего сиятельства есть при себе паспорт?
Я сунул руку во внутренний карман пальто и возблагодарил привычку еще с прошлого мира всегда носить с собой документы. Тогда вечно таскал военник на случай, если доблестные служители родины решат и меня приобщить к службе. А сейчас старая привычка пригодилась.
Достав паспорт, я протянул документы даме.
— Извольте ответить еще на один вопрос, — попросил я, пока она тщательно записывала мои данные.
— Разумеется, ваше сиятельство.
— Есть ли у вас в фонде книги или сборники, содержащие хроники заседаний Правительствующего Сената? Мне для подготовки по учебе нужно составить список комиссий и описать их деятельность…
Дама замялась.
— В чем дело, сударыня?
— Такая книга есть, ваше сиятельство. Однако в данный момент она на руках. В читальном зале. Экземпляр довольно старый, поэтому мы не можем выдавать книгу на дом.
 
Интересненько…
— Прямо сейчас? В читальном зале?
Библиотекарша кивнула.
— Да, ваше сиятельство. Боюсь, сегодня вы уже не успеете с ней ознакомиться, но если изволите прийти завтра с утра, она наверняка окажется в вашем распоряжении, — она понизила голос. — Только лучше приходить пораньше, до девяти. Чтобы наверняка успеть.