Рискуй, если любишь

Не сводя с него взгляда, Валери сняла с себя блузку, затем лифчик, скинула туфли и стянула юбку. Оставшись в одних трусиках, она шагнула к Эрику и обольстительно улыбнулась.
— Надеюсь, простыни чистые?
— Только вчера сменил, — ответил он спокойно.
— Превосходно! — сказала Валери и легла рядом с ним.
Он приник к ее обнаженной груди. Валери ощутила слабость и застонала, когда его язык коснулся по очереди ее сосков. Она запустила пальцы в пышную шевелюру Эрика и заставила его поднять голову.
— Надеюсь, сегодня ты не против? — спросила Валери.
— Если только ты не станешь предлагать мне деньги, как в прошлый раз, — улыбнулся он.
— Не стану. — Она прижалась к нему, укусила за мочку уха и прошептала: — Я отдала последние деньги твоему приятелю-официанту…
— Да, ты действительно неплох, — сказала Валери, откидываясь на подушки.
— Скажи уж, как есть: я великолепен.
— У тебя завышена самооценка.
— Не пытайся меня унизить, не получится.
Она повернула голову и посмотрела Эрику в глаза.
— Хорошо, раз уж ты так хочешь это услышать: у меня еще не было любовника лучше тебя. А у меня богатый сексуальный опыт.
— Изменяла своему мужу напропалую?
— И мне нисколечко за это не стыдно.
— Однако ты развелась с ним из-за его похождений.
— Да, потому что в отличие от меня он не был мастером конспирации.
— Бедняга, — ухмыльнулся Эрик. — Мне жаль этого парня.
— Желаю тебе никогда не оказаться на его месте.
— Ну я-то не женат.
— А что скажут твои многочисленные подружки, которые искренне верят в твою любовь, если узнают о том, что ты переспал со мной?
— Они не узнают.
Валери легонько провела пальцами по его груди, лишь пощекотав кожу своим прикосновением. Эрик облизал губы и потянулся к Валери, чтобы поцеловать ее, но она отстранилась.
— Никаких поцелуев после секса!
— Я запомню. — Он лег на бок и насмешливо на нее посмотрел. — Можно задать тебе один вопрос?
— Пожалуйста.
— Зачем ты это сделала?
— Сделала что? Пришла сюда? Переспала с тобой?
— И то, и другое.
— Тогда это уже два вопроса.
— Ты ответишь на оба?
— Отвечу, раз тебе неймется. Мне захотелось с тобой переспать, и поэтому я узнала твой адрес и приехала к тебе.
— И все?
— Что ты еще хочешь услышать?
— Правду.
— А это и есть правда.
— Неужели ты не преследовала тайные цели? Не верю!
— Какие цели, Эрик? — фыркнула она. — Мне просто нужен был секс, и я его получила. Кстати, учти, что теперь так будет всегда, пока мне не надоест развлекаться с тобой.
— А что я получу взамен?
— Мое искреннее к тебе отношение, друг мой, — с сарказмом произнесла она.
— Так не пойдет. — Он покачал головой. — Я стою дороже.
— Ты денег у меня просишь?
— Отнюдь.
— Тогда чего же?
— Придумай что-нибудь сама.
Валери сделала вид, что задумалась, хотя давно уже все обдумала, задолго до того, как вошла в эту квартиру.
— Мне кажется, мы могли бы дать друг другу очень многое… Ты мне — секс, а я тебе — связи полезные.
— И все это только ради получасового кувыркания в постели? — Его взгляд был полон скепсиса. — Неужели такой красивой женщине, как ты, трудно найти любовника?
— Нетрудно, — улыбнулась она и потрепала его по щеке. — Вот я и нашла.
— Но почему я?
— Потому, что ты доступен и от тебя не будет проблем. Мне не нужны серьезные отношения. Я нуждаюсь в кратковременных встречах пару раз в неделю. Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Кстати, ты выиграешь от него гораздо больше, чем я.
Эрик рассмеялся, поднялся с постели и надел шорты.
— Милая, я с удовольствием приму твое предложение, если ты объяснишь, какая мне от него выгода.
Валери прикрылась простыней, села скрестив ноги и откинула с лица волосы. Эрик набивал себе цену. Он не мог не понимать, что помощь Валери станет ему неоценимым подспорьем.
— Какие у тебя планы на будущее? — спросила она.
Он сел на стул и принялся натягивать носки.
— Жить.
— Жить как? В нищете, в квартире, провонявшей карри?
— Я люблю карри.
— Со специями нельзя перегибать палку.
 
— Ладно, что ты предлагаешь?
— Ну ты мог бы жениться на богатой женщине, потом развестись с ней и получить приличные отступные. Имея деньги, ты сам сможешь диктовать судьбе условия.
— Так вот для чего ты выходила замуж, — пошутил Эрик.
— Отчасти ты прав, — серьезно сказала она. — Я из богатой семьи, но меня перестали баловать, когда мне исполнилось двадцать. Мои родители считали, что в этом возрасте человек становится полностью самостоятельным, даже если к независимости его никогда не готовили. Мне выделили определенную сумму, которой должно было хватить на год, и вытурили из дома. Единственным выходом из сложившейся ситуации считалось замужество. Но я долго продержалась. Прежде чем я встретила идеального кандидата в мужья, прошло девять лет.
— Чем же ты занималась все это время?
— Старалась жить по средствам.
— Каким образом?
— Переехала в маленький коттедж на самой окраине Чикаго, доставшийся мне в наследство от бабушки, и вложила все деньги в бизнес одного своего приятеля. Мне повезло. Алекс оказался предприимчивым парнем. Сейчас ему принадлежит сеть чикагских ресторанов. Он до сих пор поминает меня добрым словом при каждом удобном случае и говорит всем, что это я помогла ему выбиться в люди. Однако на самом деле это Алекс мне помог. Прогори он — и я бы тоже пошла ко дну.
— Так он отдавал тебе часть прибыли?
— Да, все девять лет. Зато я стала независимой.
— Значит, ты ни разу в жизни не работала?
— Я слышу в твоем голосе насмешку? Зря ты так. Если под работой ты подразумеваешь шатание от столика к столику с подносами или подметание полов, то да, я совершенно ничем не занималась. Однако я все же умудрялась получать неплохую прибыль от того, что умела думать и анализировать.
— Но тебе не приходилось считать каждый цент и браться за самую грязную работу из страха оказаться на улице.
— Быть богатым не порок, мой милый. Не пытайся воззвать к моей совести. Я не собираюсь тебе сочувствовать. Мне никогда не будет стыдно за то, что у меня много денег.
— Я и не пытаюсь тебя пристыдить. — Он равнодушно пожал плечами. — Мы из разных социальных слоев. Нас нельзя сравнивать.
— Вот и хорошо! Давай поговорим о чем-нибудь другом. К примеру, вернемся к вопросу о твоем будущем…
— Ты серьезно считаешь, что за меня кто-нибудь выйдет замуж? Как кандидат на роль мужа я не привлекаю даже местных куртизанок.
— Если правильно себя подать — можно добиться многого.
— Неужели?
— Объясню простым языком. Допустим, ты — это картофельное пюре. Если мы выложим картошку на некрасивую дешевую тарелку, то у кого же проснется аппетит? Только у голодного, которому наплевать на эстетику. Ну а если мы подадим картофельное пюре на фарфоровой тарелке, украсим его веточками укропа и польем сверху подливкой? Держу пари, на это блюдо соблазнится даже самый придирчивый гурман, привыкший ужинать в дорогих ресторанах. Понимаешь мои аллегории?
— Я не тупой.
— Кстати, в каком колледже ты учился?
— А с чего ты взяла, что я вообще где-то учился кроме школы?
— Ты говоришь на хорошем английском языке, знаешь слово «аллегория» и умеешь поддерживать любую беседу — на вечеринке Клариссы я слышала, как ты рассуждал о политике. Согласна, болтологии можно научиться не только в колледже, но ты уж слишком умен для невежды.
— Я окончил Йельский университет. Должен был стать специалистом по рекламе.
— Так ты из Нью-Хейвена?
— Я там родился и вырос.
— Что же ты делаешь здесь, — Валери обвела рукой комнату, — в этой каморке? Почему не работаешь по специальности?
— Для того чтобы тебя приняли на хорошо оплачиваемую перспективную должность, нужен не столько талант, сколько пресловутые связи.