Сбежавшая невеста, или Артефактора вызывали?

– Раз так, – одноногий покачал головой, – иди, но не забудь, о чём мы с тобой договорились. Иначе сам знаешь, что с тобой может случиться.
Молодой мужчина что-то буркнул, нахмурился и, встав с импровизированного стула, подошёл ко мне.
– Ну, – лицо его исказилось неприкрытым лицемерием, – желаю вам удачи, – пальцы мага дотронулись до наручников, что сковывали мои руки и магию. После чего он улыбнулся и как ни в чём не бывало вышел из палатки.
Мы оба маги! И он… он… оставил меня тут одну? С этими… Не помог даже из солидарности?
Жук навозный, вот кто он!
– И что же мне с тобой делать? – одноногий лихорадочно отбивал пальцем незамысловатый ритм. – Может, отдать тебя парням? Пусть повеселятся.
От сказанного по всему моему телу пробежала мелкая дрожь. Бедное сердце сжалось и застыло.
– Джон, – хмурясь, пробормотал разбойник, – может, не стоит?
– Ах, Лис, – негодующе выдохнул главарь банды, – твоё мягкосердечное сердце приносит только беды. Но ты прав, – мужчина, наконец, встал. Неожиданно, но он был таким высоким, что его голова доставала ската косого потолка палатки. – За неё можно выручить неплохие деньги, а парни её только покалечат. Кому захочется покупать порченый товар? Сдадим ее Славной Бетси. Чтобы побыть с такой красоткой, – тут одноногий больно подцепил мой подбородок пальцем, – выстроиться целая очередь.
– Мерзавцы! – прошипела я.
– Ты похожа на дикую кошку! – ядовито рассмеялся одноногий. – Но Бетси сделает из тебя человека, будешь, как шелковая. А потом, как знать, – мужчина прищурился и противно облизал нижнюю губу, – и я в гости наведаюсь.
Меня тошнило. Захотелось плюнуть этому головорезу в его обрюзгшую омерзительную физиономию. Горячая волна злости прокатилась по телу, заставляя мышцы судорожно сжиматься. Я не сразу поняла, что магия начала буквально сочится через браслеты. То ли они были такого низкого качества, то ли я сама их сумела повредить… Не знаю.
Собравшись, я шибанула главаря боевым заклятием, да так, что он отлетел в угол, после чего ловко извернулась и ударила в нос другого, которого звали Лисом. Тот истошно взвыл, глаза наполнились яростью, но я уже вовсю шныряла по столу. Заграбастала всё, что смогла. Последним в карман засунула свой диплом.
– Лови! Лови эту стерву! – ревел одноногий. Теперь он точно был одноногим, потому как деревянный костыль отлетел в сторону и уже вовсю полыхал огнём. Пламя понемногу начало подбираться и к другим вещам, а через минуту уже пылала вся палатка.
Пелена едкого дыма окутала меня, не давая дышать, лицо обжигало жаром. Я вырвалась с противоположной стороны от выхода и побежала. Честно, я никогда в жизни не бежала так быстро. Казалось, что за мной гонится целая свора бешеных псов. Но это было лишь последствием шока. Когда я пересекла границу леса и вылетела на тракт, поняла, что погони нет. Крики, вопли и стойкий аромат жареного мяса с примесью гари остался далеко позади.
 
Глава 5
 
К таким приключениям я была явно не готова. Меня трясло, руки дрожали, ноги были будто из ваты. А ещё мозоли! Ботинки, как меня заверили, были из натуральной кожи, однако сейчас я в этом сомневалась.
Мама дорогая, если бы я знала, что будет так тяжело…
Елена! Цикнула я на саму себя. Да что же ты такое говоришь? Неужели захотела в объятия сэра Перси?
Объятия графа, лапы разбойников – тут не разберёшь, что на самом деле хуже. Но я выбралась! Сумела постоять за себя, а значит, всё было не так плохо! Не нужно отчаиваться! Нужно быть оптимисткой – пессимистов и так в мире предостаточно.
Прилив адреналина улучшил настроение и я, превозмогая боль, поплелась дальше. Когда пересекла Лонги, было ещё довольно темно, трава намокла от росы, но туман уже отступал с полей к лесу, обещая скорый рассвет. С первыми лучами солнца проснулась и жизнь. Где-то вдалеке закукарекали петухи, замычали коровы, заблеяли овцы, которых, судя по всему, уже гнали на пастбище. До Эшфора было ещё лиг десять, но даже отсюда можно было различить стройную цепочку старой крепостной стены.
 
Ботинки всё ещё натирали мои бедные ступни, но я решила для себя, что до города доберусь в срок. В итоге, судя по нагловатым и усмехающимся рожам стражников, в столицу я прибыла в весьма отвратном виде. Не буду скрывать – настроение у меня было ничуть не лучше.
Несмотря на вечер, город гудел, как растревоженный улей. Пешеходы спешили по своим делам, по мостовым проносились фиакры, экипажи, гремели колёсами гружёные телеги. Смех соседствовал с руганью, скрежет железа – со звуками виолончели.
Никогда не была в городе вечером, тем более ночью. Даже тогда, когда училась на артефактора. Королевская академия была с военным уклоном, и с дисциплиной там всё было очень строго – студентов просто-напросто не выпускали на ночные увеселительные мероприятия. В монастыре, пожалуй, и то веселее. Но я нисколечко не жалела о том, что отправилась получать образование. Помню, перед тем как я уехала поступать, маменька даже хотела от меня отречься. Вздор, конечно! Она бы так не поступила. Да и папа бы никогда не позволил этому случиться.
Эх, как же я скучаю по нему…
От грустных воспоминаний об отце меня отвлёк ослепительный блеск сиятельных камней. Перед собой я видела то, для чего, собственно, и явилась в Эшфор. Огромная, притягивающая взгляд вывеска лучшего в столице магазина зелий и артефактов была для меня, словно отдушина. Добротное кирпичное здание с огромными панорамными окнами притягивало внимание. О нём даже в академии говорили. Там работали одни из лучших артефакторов нашего времени.
Я засунула руку в карман, нащупала свой диплом и уверенной походкой направилась к сияющий вывеске – «Зелья и артефакты мадам Грюа».
Сердце колотилось, как бешеное. Минуту неуклюже потоптавшись возле входа, я всё же дёрнула ручку и вошла в магазин. Внутри было так светло, что я даже зажмурилась с непривычки, а когда отожмурилась, увидела, что на меня уставилось несколько десятков пар глаз. Судя по их негодующим лицам такое неожиданное появление было не в мою пользу. С левой стороны стояло зеркало и, когда я увидела в нём своё отражение, не смогла сдержать сокрушённого вздоха. Коса растрепалась и была похожа на паклю, под носом сажа, глаза потухшие, без озорного блеска, одежда… Ох-х, лучше об этом вообще не говорить. Из дома я бежала в костюме, пусть он был мужским, но он был в приличном состоянии и чистый. А теперь на мне что? Какие-то тряпки! Рукав порван, на лацкане не хватало пуговиц, ворот рубашки испачкан травой. Похоже, когда я бежала по лесу, пару раз всё же поцеловала землю лицом. Шок сделал своё дело – совершенно не помню, как выбралась из него.
– Мисс, – ко мне подошёл невысокого роста мужчина. Коричневые брюки, ярко-синяя безрукавка с растительным орнаментом, сияющая белизной рубашка, образ дополнял чёрный галстук-бабочка.
– Лена, – я глупо улыбнулась, использовав сокращённое имя.
– Мисс… Лена, – мужчина кашлянул, оглядев меня от макушки и до пяток. – Что вы хотите?
– Эм-м-м, – я переступила с ноги на ногу, – мне нужна работа.
– Уборщица у нас уже есть, – похлопав ресницами, протараторил он.
Меня это несколько оскорбило, но, вспомнив в каком виде я сюда явилась, прикусила язык и засунула гордость Ласси подальше.
– Что вы, – я поспешила достать свой диплом, от которого остался лишь несчастный огрызок. – Я… – голос дрогнул. Господи! Как же стыдно-то! – … я закончила Королевскую академию Эридианна. Специальность «Артефакторика. Создание и применение артефактов на практике».
Мужчина долго на меня таращился. Переводил взгляд, то на меня, то на мой диплом, то снова на меня. А я мялась, сгорая от злости и стыда. Злость была скорее на саму себя.
– Томас! – в магазине послышался звонкий женский голос. – Томас, чёрт тебя подери! Кто это?
– М-м-м, – замялся мужчина, задумчиво почесав затылок, – работу просит, говорит, что окончила Королевскую академию.