Времена грёз (СИ)

Хлопнув в ладоши, девушка проверила то, как впиталась мазь, и, довольно покивав головой, взяла свою сумку.
— Мне нужно будет поговорить с Аван, если она еще здесь, а тебе давно пора есть.
Я натянула на себя рубашку и, застегнув ее, накинула на себя сверху плотный халат.
— Спасибо за заботу и за рассказ, это правда интересно.
Мы прошли к двери и вышли в коридор, где со стороны кухни слышались чьи-то голоса.
— Я бы тебе посоветовала обязательно посетить нашу больницу, мы для всех желающих проводим курсы оказания первой помощи, все емко и по существу, чтобы в критический момент не теряться и оперативно помочь себе или другим.
— Спасибо, я постараюсь зайти, как будет время.
Мэгги остановилась и, улыбнувшись, чуть наклонилась ко мне, тихо добавив.
— Только предупреди заранее, тогда я выкрою время и сама тебе все покажу. Если хочешь, конечно. У нас в больнице есть небольшой уголок, где родители показывают небольшие заметки и результаты исследований, как в музее.
Завороженно смотря, как в утренних лучах солнца лекарка сама словно излучала свет, а ее глаза искрятся вдохновением от любимой работы и семейной истории, мне до боли захотелось взять в руки кисть и нарисовать ее портрет. Я так долго не трогала краски и, кажется, совсем забыла какого это, сидеть часами у холста, воссоздавая картинку из головы, но именно сейчас мне было жалко упускать такой момент. Мой разум отчаянно пытался запомнить каждую деталь: от светлых бровей до крохотного шрама на подбородке.
— Звучит крайне интересно.
— Ой, прости пожалуйста, я наверно совсем тебя заболтала. — Девушка чуть смутилась и надела шляпку, прикрыв свои золотые кудри.
— Нет-нет, я обожаю слушать рассказы столь увлеченных людей.
Спохватившись, я отвела взгляд, надеясь, что не рассматривала Мэгги слишком пристально. Между нами возникла странная неловкость, при которой все слова и темы вылетают из головы.
— Серафина, твой завтрак уже остыл. Мэгги, ты хотела что-то спросить у меня?
Аван выглянула из кухни, строго осмотрев нас, и, словно провинившиеся дети, мы поспешили подойти к ней.
— Да, госпожа Аван, я слышала вы отправляетесь к лесной ведьме. Можно ли попросить вас взять с собой еще пару человек?
Девушка остановилась возле некромантки, а я проскользнула к небольшому столу у окна. На болотного цвета скатерти меня действительно ждал завтрак — овсяная каша, чай и несколько булочек. Все выглядело аппетитно, но, посмотрев на тарелку, я с комом в горле вспомнила еду из камеры Ньярла.
— Что-то случилось в больнице? — Аван взяла с кухонной столешницы чашку чая и вернулась к лекарке.
— Нет, не совсем. У нас под присмотром находится один ребенок, который абсолютно здоров физически, но его разум очень… чувствительный. Ему сложно общаться с другими людьми, он не терпит ярких звуков или света, не любит прикосновений, и он крайне закрыт в себе. Помимо родителей, он не терпит никого рядом с собой и, если его распорядок дня нарушается, становится очень тревожным. Вылечить такое невозможно, но мы ему помогаем по мере сил и достаточно неплохо справлялись, но на днях ему исполнилось шесть лет, и в нем впервые проявился темный дар.
Покачав головой, женщина отпила чай и опустила взгляд, о чем-то задумавшись.
— Понимаю о чем ты, раньше Ньярл в таких случаях просто забирал дар у ребенка, пусть это было и не совсем правильно.
Мэгги закивала и сжала ручку саквояжа в своих руках сильнее. Ее голос чуть задрожал.
— Вот именно, но теперь его нет, и что делать непонятно. Госпожа, вы бы видели этого бедного мальчика, это просто катастрофа. Магия пугает его, он не понимает, как обращаться с ней и ему очень сложно воспринимать это новое мироощущение, а кроме успокоительных и блокаторов хотя бы на ночь, мы ничего не можем сделать. Поэтому я хотела бы уточнить, может ведьма может что-то знать? Если нужно, родители готовы переехать из Кадата, здесь ребенку все равно опасно оставаться.
Некромантка покачала головой и посмотрела на девушку.
— Я постараюсь уточнить, но не уверена, что это то, что она может решить. Во всяком случае, если они возьмут отдельную машину, то я не против, что они поедут со мной.
 
Лекарка словно расцвела и, искренне благодаря Аван, прошла с ней в коридор, обсуждая предстоящую поездку.
Я, сидя за столом, вновь посмотрела на кашу и, вздохнув, начала завтракать. Мысли ленивыми гусеницами крутились вокруг утренних событий, ненадолго задерживаясь в голове.
Неожиданно, на кухню с тихим цоканьем когтей зашла крупная серая волчица, демон, связанный с Аван насколько я помнила из рассказов Ганима. Она огляделась и, заметив меня, подошла, явно заинтересовавшись моей скромной персоной.
— Здравствуй.
Протянув руку к зверю, я посмотрела в ее умные серые глаза, но она, фыркнув, заглянула на стол. Поняв намек, отщипнула кусок булочки и отдала волчице.
А у Каина ведь тоже был свой демон?
Да, это был довольно крупный василиск, король змей.
И что же с ним стало?
Ее убили. Каин ни за что не попал бы в темницу светлого короля, если бы демон выжил.
А маг что-то чувствует, когда теряет прирученного демона?
Конечно. Он буквально теряет часть себя.
Думаешь мне стоит когда-нибудь призвать подобного питомца?
Я не думаю, что это хорошая идея.
Погладив демона по голове, я взяла еще часть булки и снова подкормила ее.
А для чего они вообще нужны? Только для усиления? И как определяется их вид?
Это твари из-за завесы, и изначально у них редко бывает какой-то определенный облик. В завесе они меняются в зависимости от обстоятельств, отращивая дополнительные конечности, панцирь или зубы. К тому же там они чаще всего живут в черной слизи. К нам они попадают через бреши при вызове магом, а самые опасные при всплеске силы некроманта. Последние страшнее всего из-за того, что имеют разум неотличимый от человеческого. Они говорят с магами, обещают им силу, власть, знания, но все, что им нужно, это воплощение здесь.
Но волчица не похожа на чудовище, и тот кот у Яги тоже не слишком походил на монстра.
Они и не такие сильные, не способны завладеть телом или разумом мага, хотя, конечно, все еще могут его съесть.
Понятно, и не страшно с такими жить?
Нет, если ты верно рассчитаешь свои силы, найдешь подходящего для себя демона, то проблем быть не должно. Спустя время они становятся сильно привязаны к хозяину, подстраиваясь под него.
Домучав уже холодную кашу, я поскорее закончила с завтраком, поглядывая на настенные часы. Время перевалило уже за полдень, и скоро ко мне должны были прийти гости. Переодеваться я не торопилась, решив, что Дей и Клеон переживут мой необычный внешний вид, но я надеялась почитать еще хотя бы одну историю из книги, оставшейся в комнате. Волчица же, проконтролировав мою трапезу, поспешила вернуться к хозяйке, скрывшись в стороне музыкального зала.
Последовав примеру демона, я вышла в коридор и свернула к лестнице на второй этаж, но рассерженный голос Гани из гостиной остановил меня.
— Гера, я не собираюсь с тобой обсуждать это, прошу ни слова больше!
Брат вылетел из комнаты и быстрым шагом пересек прихожую. Семенившая за ним Гемера остановилась на половине пути и, нервно теребя фарфоровые пальцы, вздохнула.
— Прости-прости, я хотела как лучше, просто подвернулась возможность рассказать.
Гани скрылся в библиотеке, не обернувшись к сестре. Я несколько растерянно посмотрела на Геру.
— Впервые вижу его таким, что ты ему сказала?
Девушка поджала губы и сильно покраснела. Не смотря на представшую передо мной сцену, она выглядела сегодня достаточно нарядно. Ее аккуратное шелковое платье с небольшим подъюбником, жемчужные украшения и высокая прическа сделали сестру похожей на куклу, что шло в контраст с ее виноватым выражением лица.
— Я… сделала глупость. — Гемера посмотрела на меня и подошла ближе, заговорив тише. — Я услышала, что в нашем, Кадатском театре, появился очень симпатичный актер из Тэта. Говорят, он выглядит крайне экзотично и при этом тоже… любит мужчин.