Возрождение Феникса. Том 10 (СИ)

Голдр сжимает в руках странный меч. Длинная рукоять, волнообразный клинок, как у средневекового фламберга. Видно, что оружие непростое.
— Ты…ты — самовлюбленный эгоист! — неожиданно обвиняет меня Голдр. — Бодрствуя, ты подвергаешь всех своих любимых опасности, ты вообще это понимаешь?!
— Если было бы кому доверить их, — презрительно смотрю на него. — Может быть, я бы и согласился на твой анабиоз. Но вы жалкие и слабовольные, ваш дух ничтожен, вы только и можете бить в спину. Мне тошно на вас смотреть, поэтому я убью вас.
Накидываюсь на Голдра. Он успевает вскинуть клинок. Скрежет стали, надрывный стон из уст ангела. Отдачей его отбрасывает к трупам своих приближенных, он поскальзывается на луже крови и падает лицом на отрубленную голову. Фламберг задевает труп острием, и мертвый ангел вдруг покрывается бриллиантовой коркой. Просто посреди залитых кровью покоев вырастает алмазная фигура.
— Вот значит, что такое анабиоз, — оглядываю сверкающие грани. — Изощренно, ничего не скажешь.
— Ты уснешь, гребаный урод! — Голдр вскакивает и пытается пробить меня фламбергом.
Но теперь я к этой штуке отношусь с большей опаской. Двумя блоками отражаю атаки Голдра и встречным взмахом рассекаю ему щеку. Защита легко продавилась. Он падает, подставив горло. Я тут же этим пользуюсь и делаю последний укол. Мертв.
Отбросив свой меч, беру в руки фламберг. Оглядываю сверкающее волнистое лезвие. Хм, неплохое приобретение. Почаще бы на меня так покушались. Я совсем непротив.
— Что здесь происходит?! — из коридора раздается рассерженный голос самого Еглиира. — Почему вы здесь сторожите?! Пропустите меня немедленно!
— Но лорд Голдр велел…
— Пошли вон! — рявкнул глава, и вскоре слышатся его приближающиеся шаги.
Внутрь входят Еглиир, его приближенные, ну и разбуженная Лиза. Несмотря на позднее время, волосы у княжны уложены в прическу, ночнушка вызывающе короткая. Я усмехаюсь. Жена готовилась к моему ночному приходу.
От моей ухмылки ангелы вздрагивают. Еще бы! Кругом трупы, кровь, отсеченные головы, а я стою и лыблюсь.
— Что здесь происходит?! — ошеломленно говорит Еглиир. — И включите свет!
Кто-то нажал выключатель. Тут же загорается куб на потолке.
— Ничего особенного. Просто лорд Голдр заглянул в гости, — указываю острием фламберга на труп ангела. — И подарил мне этот замечательный меч. Правда, он чудесен, милорд?
Я взмахнул фламбергом, любуясь игрой света на волнистом лезвии.
Глаза Еглиира округляются.
— Это же наша реликвия! Меч первого главы Небесного престола!
— Правда? Не знал, — улыбаюсь. — Тогда я буду вдвойне ценить дар лорда Голдра.
— Вы не можете его забрать! Лорд Фалгор, прошу — верните…
— Ничего не знаю, — качаю головой. — Мне его подарил ваш зам, так что все претензии предъявляйте ему, пожалуйста, — киваю на Голдра, что лежит со стеклянными глазами и вскрытым горлом.
Еглиир сжимает кулаки.
— Я приношу извинения, — покаянно опускает он голову. — То, что сделал мой заместитель, ужасно. Заверяю вас, это не была воля Небесного престола! Я не знал!
— Очень надеюсь, — киваю. — Смею заметить, в плане гостеприимства Крепость Надежды оставляет желать лучшего. Нужны срочные меры по исправлению ситуации. Думаю, я послежу за вашей реликвией до тех пор, пока мы с вами не выполним нашу миссию. Уверен, вы не будете против. Твое мнение, Лиза?
— Это верное решение, я считаю, — княжна яростно смотрит на Еглиира. Дернув губой, она с трудом сдерживает злые слова и обходится только: — Виновных нужно наказывать по справедливости.
— Я не могу согла…
— Теперь что насчет переговоров? — перерываю раскрывшего рот Еглиира. — Вы договорились с ифритами и амазорами?
Он молчит, затем тяжело выдохнув отвечает, зыркнув в сторону злой Лизы.
— Я пошлю им предложение утром. Но не уверен, что ифирты согласятся. Они очень неразумные.
— А вы попробуйте, — улыбаюсь. Лиза кивает вслед.
— Хорошо, — вздыхает Еглиир.
— Кстати, надеюсь мне сегодня выделят новые покои? Как видите, в этих большой беспорядок.
 
— Дорогой, эту ночь можешь поспать у меня, — тут же говорит Лиза.
Я бросаю взгляд на декольте эротичной ночнушки жены. Ангелы вот тоже поглядывают на княжну с восхищением. Вообще, на людях в таком наряде нехорошо ходить. Но Лиза же меня ждала, а тут вот такой переполох нагрянул.
— Да, сегодня могу у тебя, — легко соглашаюсь. Почему бы нет? Медитации на сегодня уже отработаны, а кровь в теле после сражения до сих пор кипит. Можно и дать выход небольшому стрессу. Ой, Похоть-то загнал обратно в ящик?
Быстро проверяю. Фух, всё в порядке. Крышка ящика плотно захлопнута.
Значит, это мои мысли. Ну, тогда развлечемся.
* * *
Через два дня ифриты дали наконец ответ на приглашение.
И они, барабанная дробь, согласны.
Как и амазоры.
Но те и другие захотели встретиться все вместе. Видно, между собой тоже пообщались и решили выступить на переговорах единым фронтом против общего врага.
Встречу назначили в заброшенном замке в вересковой пустоши. Этот замок называется незамысловато — Твердыня. Когда-то в нем держали оборону синекожие великаны, но их поголовно зачистили ангелы, после чего границы ифритских земель сдвинулись на сотни километров вглубь.
Я поделился с женой своим мнением на этот счет:
— Очень символично проводить переговоры с ангелами в склепе, который пернатые сами и создали. Я оценил иронию.
Лиза тоже улыбнулась. Каюсь, мы не очень сопереживали ангелам. Всё же Голдр оставил неприятные впечатления о своей нации.
Дирижабль приземляется за пределами развалившихся стен. Я и Лиза выходим вслед за основной делегацией ангелов. Небесный престол представляет Кельвин. Сам Еглиир постеснялся идти на переговоры. Видимо, побоялся покушения. Я сам не исключаю, что ифриты с амазорами устроили ловушку. Но как говорится: болотопса бояться — в болото не ходить. Нам нужны Сильмы любой ценой. Перун заждался.
По дороге к воротам я оглядываю крепость. Обвалившиеся здания напоминают средневековые арабские замки. От позолоты с обелиском, конечно, ничего не осталось. Но габариты внушают. Сразу видно, что тут жили великаны.
Среди развалин видно приземлившихся драконов или, как их называют местные, — враку. Значит, ифриты уже внутри. А вот и шестиногие лошади под названием сапфы. Амазоры тоже прибыли.
Кельвин сразу напрягся. Ага, понимаю. Похоже, что нас всё-таки ждет ловушка. А жаль. Не хотелось бы тратить время на рубку синих великанов.
Внутри, в огромном зале со стершимися рисунками, собрались ифриты и амазаоры. Первых я уже видел, а вот вторые впечатлили. Лиза скашивает на меня взгляд с выражением: я же говорила. Да, дорогая, такой наряд кожаных и веревочных бикини мне надолго запомнится.
Амазоры, правда, оказались амазонками. Мускулистыми, широкоплечими блондинками с бронзовым, почти черным загаром. В руках они держат топоры, но доспехи, видимо, презирали, по примеру скандинавских викингов, которые частенько сражались голыми и грызли зубами вражьи щиты. Вместо брони — веревочки и ремни. Очень эротично, стоит заметить. Наверно, в боях красотки мрут как мухи.
Ифриты мне уже знакомы, но среди них сейчас отличается самый огромный великан. В отличие от остальных лысиков этот зарос с ног до головы плотной синей шерстью. Снежный человек уселся на разбитый древний трон, в мускулистых руках держит здоровенный палаш. Рядом стоит тощий лысый великанчик, явно подросток. Может, сынишка? Кельвин говорил, что правящий род у ифритов обрастает сплошной шерстью, но только по достижению совершеннолетнего возраста, который у них равен пятидесяти годам.
Делегации представляются друг другу. Кельвин назвался первым замом главы Небесного престола, потом представил меня как лорда Фалгора с Земли.
Лысые великаны-глашатаи объявляют имена с титулами синего йети и великаничка. Первый — Король ифритов Тог, второй — его наследник Тогавк.