Возрождение Феникса. Том 10 (СИ)

— Продолжим как рукопашный бой, лорд Фалгор?
Оборачиваюсь к Голдру. Ангел пышет яростью, аристократичные пальцы стиснуты в кулаки, крылья дрожат.
— Конечно, лорд Голдр, — усмехаюсь.
В моей руке вспыхивает огненный шар. Ангел понимает это, как начало боя и выстреливает каким-то прозрачным, почти невидимым лучом. Я успеваю его разглядеть краем глаза, а рука уже бросает шар навстречу. Вспышка взрыва, нивелирующего луч. Но ангел уже разряжается новым залпом. Как и я, впрочем.
Огненные вихри сбивают непонятные лучи. Одна из отраженных атак рикошетит в пол, и в камне образуется вмятина. Хм, интересно. Значит, это не электромагнитное излучение, а луч ударной силы без нагрева.
Но для полноты анализа нужна полноценная рукопашка. Подпрыгиваю к ангелу, и лоу-киком пробую его бедро. Непонятный доспех выдерживает. Новый удар, сопровождающийся взрывом. Еще и кулаками добавляю. Бах-бах.
Годор отшатывается. Ага, больно тебе, подушка с перьями? То ли еще будет.
Ангел пытается отбиваться, но рукопашник он еще хуже, чем мечник. Градом ударов сваливаю пернатого и фронт-киком в грудь добиваю замглавы Небесного стульчака.
Ну, как, добиваю. Живой он, конечно, просто, без доспеха. Да крылья помялись, пока падал.
— Хорошо размялись, лорд — протягиваю руку тяжелодышащему ангелу.
Он зыркает яростно, но принимает помощь.
— Взаимно, лорд.
Я отхожу к скучающей Лизе. Больше нам здесь делать нечего, и мы идем обратно в замок.
— У Голдра не было шанса против тебя, любимый, — задумчиво замечет княжна. И слышится удивление в ее голосе. Прекрасно понимаю причины.
— Да, и это зам главы. А ведь я сейчас всего лишь Рыкарь. Ангелы очень слабы, по сравнению с цветом русской аристократии, да и в принципе любой другой европейской. Полковоев и Воевод ангелам никогда не победить. Теперь понятно, почему они так волнуются за свои порталы. Если земляне попадут в Люменцус, то захватят здесь всех за считанные дни.
— Что ж, ясно, — отвечает Лиза. — Но это их проблемы. Нас волнует только катаклизм, и если кто-то решит запереться в Верхнем мире во вред нашему миру, им же хуже.
— Полностью согласен, — киваю. — Уже вечереет. Пойдем на ужин. Расскажешь за едой, что ты сама знаешь об ифритах и амазорах. Может у тебя есть идеи, как договориться с ними.
Ужинаем мы в огромной столовой за одним из широких столов. Слуги в фартуках приносят десятки блюд с необычными яствами. Какое-то время кушаем молча. Затем Лиза рассказывает свои наблюдения, полученные в боях с ифритами.
— С амазорами я сталкивалась только один раз, — задумывается княжна. -Обычные ангелессы, только без крыльев. Очень яростные. Все поголовно стройные блондинки в панцирных доспехах.
— Амазонки, значит, — задумчиво произношу и удостаиваюсь странного взгляда от Лизы.
— У них наверняка есть царица Ипполита, которая ждет своего Геракла, — подзадоривает меня жена.
— Не исключено, — усмехаюсь.
— Как для нее жаль, что мой Сеня — Аполлон, а не Геракл! — продолжает шутить княжна с задорно блестящими глазами.
— Прекращайте, Елизавета Артемовна, — немного поднимаются уголки моих губ. — Мы здесь серьезным делом занимаемся. Вселенную спасаем.
— Ну хорошо-хорошо. В общем, я сталкивалась с ифритами и амазорами всего три раза максимум, — Лиза становится серьезной. — Нам ведь с отцом было все равно на местячковые войны. Цель -укрепить Кости мироздания.
— Значит, ты не знаешь насколько они сговорчивы и разумны, — задумчиво я говорю. — Ладно, ждем ответа Еглиира насчет переговоров. Дам ему время до завтрашнего утра.
Отужинав, мы поднимаемся на этаж с нашими покоями. Остановившись у моих дверей, Лиза загадочно смотрит на меня.
— Сегодня нужно помедитировать, — сразу предупреждаю жену. — Я все еще на ранге Рыкарь, мне еще расти и расти.
— Конечно, — серьезно отвечает княжна.
— Я сам приду к тебе ближе к рассвету, — предлагаю. — Если ты не против.
— Конечно, нет, — улыбается Лиза. — Приходи в любое время, мой супруг.
Она уходит, слегка повиливая бедрами, но несильно, как никак аристократка.
 
Войдя в комнату, первым делом отмечаю хорошую новость — мне принесли новую кровать.
Медитации проходят тяжело. В Высшем мире как-то мало живы, нет бурлящего потока. Это я не учел, когда отправлялся сюда. А теперь пожинаю плоды.
Со скрипом, но дело движется. Струйки живы стимулируют меридианы, и так проходит часа три. Затем я ложусь спать.
Хлопки за окном мгновенно будят меня. Звуки очень тихие, к тому же стекло глушит, обычный человек бы не услышал. Будто машет крыльями большая птица.
Или ангел.
Я мигом перекатываюсь по кровати в сторону двери и падаю на пол. В ту же секунду за спиной раздается грохот удара, ошметки постели разлетаются во все стороны.
Вскакиваю уже в доспехе, с горящими по локоть руками. Сердце бешено колотится. В любую секунду я готов вынуть Монстра из ящика и превратить Крепость Надежды в Склеп Отчаяния.
— И КТО ТАКОЙ СМЕЛЫЙ! — реву я.
Волны магнетизма бушуют вокруг гремящим облаком.
  
Глава 22 — Другие племена
 
Звон разбитого стекла, хруст паркета. Семь ангелов влетают в покои, спикировав как коршуны. Но под низкими потолками крылатым не развернуться. Они складывают крылья и окружают меня, стараясь преградить дверь. Сверкают в темноте оголенные клинки.
Я усмехаюсь. Наивные. Никто не собирается бежать. По крайней мере, пока.
Швыряю огненный смерч в ангела у окна, вспыхивает защитный купол, и его отбрасывает на подоконник. Сам я уже подскакиваю к пернатым, по дороге зачерпнув силы Хаоса. В этот раз мне попадается Похоть. Видимо, она как-то влияет на мой рассудок, потому что фронт-кик приходится в пах ангелу. Защита под стопой продавливается, что-то смачно сминается. Ангел выпучивает глаза.
— Скажи прощай своим хрустальным шарам, — рычу.
Взвизгнув оперным голосом, высокий блондин бахается на колени. Больше не иметь ангелочку детей. Я тут же сношу ему голову, ударив в шею ребром ладони. Остальные ангелы отшатываются, инстинктивно подняв перед собой клинки.
— Сталь вас не спасет, — фыркаю.
— Не стойте! Раньте его! — гремит властный голос от стены. — Только раньте!
Медленно-медленно ангелы сжимают кольцо.
Носком подцепляю меч мертвого опереныша и подкидываю в воздух. Поймав, оглядываю напавших. За шеренгой пернатых обнаруживается знакомое бледное лицо.
— Ба! Да это же сам лорд Голдр, — усмехаюсь. — А почему лично пришли? Почему целиком не положились на своих верных вассалов?
— Ты слишком ценен, мальчишка! — рычит член Небесного престола. — Я лично погружу тебя в анабиоз, в котором ты пробудешь до конца своей жизни! Атакуйте!
Слышу за дверь возню. Шум, встревоженные голоса, звон клинков. Похоже, нападение — чистая инициатива Голдра. Он поставил заставы в коридоре и не позволяет другим жителям Крепости вмешаться.
Ангелы между тем наступают. Без труда парирую одни удары, от других уклоняюсь. Еще успеваю и швыряться огненными вихрями — в основном, чтобы нивелировать силовые лучи. Сам рублю без остановки. Сила Похоти неистовствует во мне, мои движения становятся яростными, неостановимыми. Очень быстро битва превращается в кровавую бойню. Ангелы визжат, как стадо пернатых свиней, которых пустили под нож. Хотя почему как?
Мой клинок свистит, отрубленные головы летят одна за другой, вместе с обрубками крыльев. Крики боли раздаются по комнате, повсюду разлетелись ангельские перья. Я подхожу вплотную к шестой своей жертве, вонзаю ему клинок в низ живота. Он хрипит, из губ брызгает струя крови, пальцы ослабевают, я выхватываю из них меч. Взамен того, что остался в брюхе пернатого.
— Ваша очередь, лорд, — оборачиваюсь к Голдру, который уже озирается на окно.
Но я же не тупой болотопос. Пока рубил ангелочков, потихоньку сдвигался к окну, чтобы никто не удумал сдриснуть под шумок. Как я уже сказал — никто не сбежит.