Конфидент для призрака (СИ)

– Спасибо, – Олег благодарно склонил голову, – непременно воспользуюсь, это действительно было бы удобно. Кстати…
Он вынул из кармана куртки самый обычный, ничем не примечательный смартфон и протянул Елене.
– Возьми, в нём забит только один номер — мой, который нигде не засвечен и оформлен на абсолютно левого человека, которого уже сегодня к ночи не будет в стране, ибо он уезжает далеко и надолго. У меня такой же аппарат с твоим номером — как ты понимаешь, тоже анонимным. Пусть он будет у тебя на тот случай, когда тебе нужно будет связаться со мной, но так, чтобы никто не отследил звонок. Понимаешь?
Елена осторожно взяла аппарат и медленно опустила в карман спортивной куртки, а затем очень серьёзно посмотрела ему в глаза.
– Знаешь, наверное, я только сейчас, когда ты всё это сказал и отдал мне телефон, поняла и поверила, что всё это на самом деле, что время ожидания прошло…
– Лена, ты действительно уверена в том, что делаешь? Подожди, – он предупреждающе поднял руку, увидев, как вскинулась его собеседница, – дослушай… Я хочу быть уверен, что ты осознаёшь, что, если мы запустим эту машину, остановить её будет уже невозможно. Это не компьютерная игра, где можно нажать на паузу, выпить кофе, а потом продолжить, если будет настроение…
– Я понимаю, – она успокоилась и глубоко вздохнула, – знаешь, я столько лет ждала этого момента, столько раз представляла себе… что иногда забывала, кто я есть на самом деле…
– Скажи, почему ты не отомстила раньше? У Алексея Константиновича была масса возможностей испортить жизнь тому, о ком мы с тобой пока не говорим вслух. Твой муж был серьёзным игроком на бизнес-поле ещё когда объект нашей с тобой страстной любви в школу ходил. Почему ты ждала столько лет? И давай сразу определимся — если я спрашиваю, то не от пустого любопытства, оно мне вообще не свойственно. Не захочешь отвечать — просто так и говори, подождём более удачного момента. Договорились?
– Почему?… – Елена задумчиво крутила на пальце обручальное кольцо. – Несколько причин… Во-первых, я не хотела, чтобы Алёша решал ещё и эту мою проблему, хотя он никогда не упрекнул бы меня, во-вторых, я хотела сделать это сама, понимаешь? Знаешь, иногда представляла себя героиней американского боевика, которая подходит к старому врагу и всаживает ему пулю в лоб.
– И что тебе не нравилось в этой версии событий? – Олег усмехнулся, но она почувствовала, что он ждёт честного ответа. К тому же — если не быть честной с ним, то какой смысл во всей этой идее?
– Кровь не люблю, – помолчав, ответила она, – не боюсь, а именно не люблю…
– Это единственное, что останавливает тебя? – Олег говорил спокойно, стараясь составить первое впечатление об этой женщине уже как о подопечной.
– Да, – она решительно кивнула, – если ты имеешь в виду моральные, нравственные аспекты — в данном случае они меня абсолютно не волнуют.
– Ты могла бы убить человека? – его голос остался совершенно нейтральным, и она постепенно успокоилась.
– Я не знаю, – Елена посмотрела ему в глаза, – я никогда не пробовала…
– Надеюсь, и не придётся, – его улыбка смягчила повисшую в воздухе напряжённость, – для этого есть другие… специалисты. К тому же, насколько я понял, твоя цель несколько иная.
– Да, я хочу, чтобы эти люди ощутили на своей шкуре, что такое бессилие, безнадёжность, отчаяние, крушение всего. И это третья причина, по которой я ждала так долго. Я хотела, чтобы они поднялись повыше…
– Чтобы было больнее падать? – понимающе кивнул Олег, и она согласно кивнула.
– Как можно больнее, – она стиснула подлокотники кресла так, что побелели пальцы, – и не вздумай говорить мне о милосердии, это не об этих людях.
– Ты хочешь, чтобы они знали, что это отомстила именно ты? – Олег старался составить хотя бы общее представление о предстоящей работе. – Или месть может быть анонимной, и главное — результат?
– Чтобы знали, – уверенно ответила Елена, – анонимность здесь ни к чему… Пусть знают, что есть справедливость и есть возмездие.
– Я понял тебя, Лена, – кивнул Олег.
 
– Лёля…
– Что?- он удивлённо повернулся к смотрящей куда-то в пространство Елене.
– Лёля… Тогда все звали меня Лёлей….
  
Глава 2
 
Не помни лихом,
не сочти виной,
что я когда-то в жизнь твою вторгалась,
и не печалься —
все мое — со мной.
И не сочувствуй — я не торговалась.
В. Тушнова
Санкт-Петербург, 11 июня 2010 года
– Лёля, посмотри, какой галстук лучше подойдёт к этой рубашке? Лёля! Я к тебе обращаюсь, между прочим, а ты даже не подходишь! – недовольно крикнул красивый молодой человек, поворачиваясь перед большим зеркалом и придирчиво рассматривая себя со всех сторон.
– Иду, Димочка, уже бегу, – раздался из кухни звонкий голосок, и в комнату торопливо вошла невысокая хрупкая девушка, главным украшением которой была тяжёлая пшеничная коса, спускавшаяся ниже талии. Её руки были в муке, и она держала их очень аккуратно, чтобы не запачкать свежевымытый пол.
– Этот или этот? – молодой человек по очереди приложил к груди два галстука и вопросительно взглянул на девушку. – Думай быстрее, я опаздываю, а Фомич ждать не будет. Ты же понимаешь, как важна для меня эта встреча! Но тебе всегда было наплевать на мои интересы…
– Серый, – прищурившись, вынесла вердикт девушка, привычно не реагируя на недовольство, – голубой слишком легкомысленный для деловой встречи. И ты никуда не опоздаешь, ты сам прекрасно это знаешь.
– Тебе какие-то дурацкие пирожки дороже моего спокойствия, – продолжал ворчать Дмитрий, – завяжи мне галстук… Ну, конечно, – он страдальчески закатил глаза, – теперь я год буду ждать, пока ты руки от муки вымоешь…
– Дим, я быстро, – она стремительно выбежала из комнаты, лишь золотистая коса взметнулась, и тут же послышался шум льющейся воды.
– Дура, – негромко прошипел молодой человек, аккуратно припудривая маленькую красную точку на левом виске, – никогда ничего по-человечески не сделает…
Он был неправ и прекрасно осознавал то, что весь их благополучный быт держался исключительно на хрупких Лёлиных плечах. Именно на ней лежали все обязанности по уборке, готовке, стирке и глажке. В своё время он очень быстро привык, что в шкафу всегда есть два десятка выглаженных рубашек, все вещи аккуратно сложены, в холодильнике много вкусной еды, а в квартире идеальная чистота. И, как часто и бывает в таких случаях, решил, что так и нужно, что никак иначе у него, такого замечательного, просто не может быть. А Лёля? А что Лёля? Пусть будет счастлива, провинциалка серая, что он позволяет ей реализовываться, делая его, Димину, жизнь более комфортной.
И, если бы он вдруг узнал, что девушка на очень хорошем счету в своей бухгалтерской конторе, то невероятно удивился бы: кто? Лёлька? Хороший специалист? Да ладно! Что она, дура бестолковая, умеет? Он — да, он действительно перспективный молодой инженер, который в последнее время ещё и в профсоюзной деятельности добился определённых успехов. Нельзя сказать, чтобы Дима Завьялов был хоть в какой-то степени обеспокоен проблемами трудового коллектива, интересы которого вроде как представлял: он об этом коллективе просто не думал, они с ним существовали параллельно, не пересекаясь. Да, конечно, профсоюз — не самый удачный вариант, но что делать, если комсомола, который вывел в политику немало серьёзных людей, уже нет, а с партиями очень легко промахнуться. Остаются профсоюз и молодёжные движения. Дима выбрал профсоюз и очень быстро добрался до места заместителя председателя, а теперь планировал замахнуться и на главное кресло. И сегодняшняя встреча должна была решить многое, определить, будут ли его кандидатуру поддерживать «наверху».
– Ну вот и всё, – Лёля вбежала в комнату, сияя, как маленькое солнышко, – видишь, как всё быстро. Давай галстук…