Конфидент для призрака (СИ)

Достаточно известный портал с плохо объяснимым восторгом сообщал, что известный бизнесмен и меценат Дмитрий Завьялов заявил о своём желании баллотироваться в Государственную Думу.
– Неприкосновенности захотелось, Димочка? – негромко произнесла Елена, ни к кому не обращаясь в силу элементарного отсутствия собеседников. – Не в этот раз, дорогой мой, не в этот раз…
С экрана на неё смотрел мужчина, как говорится, в самом расцвете сил. Дмитрий Завьялов был для будущего политика достаточно молод: ему недавно исполнилось тридцать семь лет, но при этом за плечами у него уже был приличный опыт работы на различных административных должностях. В бизнесе он доже добился немалых успехов, хотя, разумеется, официально ему не принадлежало ничего: всё было оформлено на родственников. Подробнейшие отчёты специалистов по налоговому аудиту за последние семь лет спокойно хранились на этом самом ноутбуке, а подлинники — в банковской ячейке, о существовании которой не знал никто кроме Алексея. Ему Елена верила безоговорочно…
Она всмотрелась в фотографию: Завьялов был хорош некой особой, броской плакатной красотой. Волевой подбородок, чётко очерченные губы, правильные черты лица, честные голубые глаза борца с любой несправедливостью. Весь его образ словно говорил: «Я тот самый парень, который решит все ваши проблемы, искоренит преступность, коррупцию и круговую поруку. Со мной кипяток станет горячее, сахар слаще, а лето теплее!»
Но Елена прекрасно помнила, сколько часов провёл молодой, только начинающий строить настоящую карьеру Дима, отрабатывая перед зеркалом именно эту улыбку счастливого человека с кристально чистой совестью. И знала, кто скрывается за маской честного и благородного борца за справедливость.
– Отольются кошке мышкины слёзки… ведь чем выше взлетаешь, тем больнее падать, – обращаясь к белозубо улыбающемуся с экрана Завьялову, сказал Елена, – но мне почему-то тебя не жаль…
На столе мягко завибрировал телефон, и на дисплее появилось имя мужа. Она удивлённо подняла брови: как правило, Алексей не звонил ей, когда она оставалась поработать. Он и сам не любил, когда его отвлекали от дел, а значит, причина для звонка была достаточно веская.
– Да, Алёша, – отозвалась она, продолжая с каким-то болезненным любопытством рассматривать до отвращения красивое лицо Завьялова. – Ты поговорил с Олегом, если я правильно понимаю?
– Да, и я одобряю твой выбор, – сказал Краснов, – первое впечатление более чем благоприятное. Умный, сдержанный, умеет считывать подтекст, не скатывается до угодничества, но и панибратства себе не позволяет. А там посмотрим… Ты ещё долго?
– Нет, – она наконец-то закрыла вкладку с фотографией, – уже собираюсь. Но ты ведь наверняка позвонил не только чтобы рассказать о встрече — это ты сделал бы и дома. Что-нибудь случилось?
– Не сказать, чтобы случилось, но с такими раскладами я скоро действительно поверю в судьбу, – сквозь иронию в голосе Алексея сквозили нотки удивления и недоумения, – через две недели состоится открытие выставки какого-то именитого художника в картинной галерее на Большой Морской. У меня на столе лежит приглашение на два лица: меня в самых изысканных выражениях приглашают посетить данное мероприятие, разумеется, с супругой.
– И в чём подвох? – Елена закрыла ноутбук и встала из-за стола. – Приглашение не первое и наверняка не последнее. Возьми кого-нибудь из девочек и сходи, приобщись, так сказать, к прекрасному. Или это какой-нибудь очередной современный перформанс? Когда сложенные кучкой консервные банки называют искусством и ищут в них некий сакральный смысл, приплясывая вокруг? Тогда вежливо откажись или отправь кого-нибудь, кому этот кошмар нравится.
– Дело не в этом, – хмыкнул Алексей, – а в том, кто спонсирует это со всех сторон выдающееся мероприятие. Угадаешь с трёх раз?
– Судя по тому, что ты об этом заговорил, я угадаю с одного раза, – вздохнула Елена, выходя из кабинета и кивая Лиле, которая невозмутимо печатала что-то, сидя за своим столом, – это господин Завьялов, наш будущий депутат? Верно?
 
– Он самый, – подтвердил Алексей, – так что, может быть, ты всё же составишь мне компанию? Раз уж ты планируешь выйти на тропу войны? Сходим, полюбуемся…
– Да, ты прав, милый, – кивнула своим мыслям Елена, нажимая кнопку лифта, – мы в последнее время слишком пренебрегаем светской жизнью, тебе так не кажется?
– Абсолютно с тобой согласен, – в голосе Краснова послышался азарт и что-то вроде предвкушения, а она в очередной раз подумала, как ей повезло с мужем. Пусть их отношения нельзя назвать безоблачными или идеальными, но она бесконечно благодарна судьбе, что та привела Алексея Краснова тем июньским вечером в небольшой лесок неподалёку от маленькой железнодорожной станции.
Спустившись на первый этаж и привычно загнав воспоминания в самый дальний уголок сознания, она прошла через просторный холл, в котором кроме дежурного администратора на ресепшн уже никого не было, и вышла на улицу. К подъезду тут же мягко подкатила машина, водитель распахнул перед ней дверцу, и Елена нырнула внутрь, наслаждаясь привычными запахами.
– Едем домой, Женя, – сказала она водителю, откидываясь на спинку и закрывая глаза.
Лисий Нос, 18 сентября 2020 года
Яркий жёлто-красный кленовый лист плавно опустился на дорожку, став похожим на цветную кляксу и присоединившись к своим собратьям, то тут, то там расцветившим собой влажный после вчерашнего дождя песок.Двое — хрупкая женщина и высокий широкоплечий мужчина — неторопливо шли, разговаривая вполголоса, а иногда подолгу не произносили ни слова. Но это молчание, судя по всему, совершенно им не мешало: они явно никуда не торопились.
– Всё-таки правильно мы сделали, что решили встретиться не в офисе, а на свежем воздухе, – негромко проговорила женщина, поймав очередной сорвавшийся с клёна лист, – здесь за поворотом есть беседка, мы вполне можем там посидеть.
– Давай, – легко согласился мужчина, – погода сегодня просто летняя, грех не воспользоваться.
– Как прошёл твой день? – она бросила на собеседника быстрый внимательный взгляд, подумав, что это очень странное и волнующее ощущение — привыкать к незнакомому человеку, зная, что скоро он станет неотъемлемой частью твоей жизни. Непривычно, но очень интересно, открывая себя, узнавать его. Раньше она никому, кроме мужа, такой вопрос не задавала… Даже в той, в прошлой жизни, о которой в последние дни она вспоминает почти постоянно.
– Продуктивно, – улыбнулся он, подавая ей руку и помогая подняться по ступенькам в увитую уже начавшими краснеть плетями дикого винограда, – я успел практически всё, что планировал. Сейчас расскажу, если хочешь…
– Хочу, – кивнула Елена, удобно устраиваясь в плетёном кресле, – и мне действительно интересно.
– Утром выпил кофе в прекрасной компании Алексея Константиновича, – начал Олег с лёгкой улыбкой и тоже с удобством расположился в кресле, – затем съездил за вещами на квартиру, оставил ключи суровому парню по имени Руслан, договорился с ним на завтра потренироваться в плане рукопашного боя — я в последнее время подзабросил слегка это дело, и это неправильно, буду исправляться. Потом проехался по делам, в зал, ещё кое-что подкупил… а потом ты позвонила…
– Насыщенный день, – Елена с удовольствием потянулась, – а на вечер какие планы? Я не слишком настойчива?
– Нет, конечно, – он серьёзно посмотрел на неё, – ты совершенно права, нам нужно постараться максимально быстро хотя бы в общих чертах узнать друг друга, хотя я, хоть убей, не знаю, как правильно поступают в таких случаях… Вдруг есть какие-нибудь особые ритуалы?
– И я не знаю, – усмехнулась она, – так что будем надеяться на интуицию. Кстати, а в какой зал ты ездишь?
– Раньше ездил в «Спортлайф» на Лиговском, а теперь даже не знаю, – он пожал плечами, – посмотрю, что отсюда ближе, туда и переберусь.
– У Руслана есть свой небольшой клуб, для своих, думаю, он с удовольствием предоставит тебе доступ. Вам в любом случае контактировать, так что, мне кажется, так всем будет удобнее.