Охотник

– Неуверенность тебе не к лицу, деточка, – усмехнулся он, дразня меня.
Я почувствовала, как румянец поднимается от шеи до макушки, и поняла, что глаза заблестели от унижения и ярости.
«Ты уродливый, уродливый ребенок. Ты вообще мальчик или девочка? Ой, забей. Все равно я заберу твое». – Эти слова без конца меня преследовали.
Он напомнил мне о ней.
Он был ее мужской версией.
Девчонки, которая хотела меня сломить, а потому я поклялась сломить ее первой.
Мне хотелось придушить Хантера. Когда он перехватил меня на парковке, то был бесконечно уверен, что я позволю ему делать все, что он захочет. Он знал, что если переспит с девушкой за пределами этой квартиры, то отец его подловит. Я была его единственным шансом, но отказывалась содействовать.
– Иди ты в задницу! – оскалилась я.
– Еще пара таких недель, и я всерьез об этом задумаюсь, Кэррот Топ [12]. – Хантер угрожающе приблизил свое лицо к моему. – Чего же ты хочешь? Денег? Влияния? Я могу свести тебя с одним из своих самых известных друзей. Только скажи, Сейлор. Только скажи – и папарацци начнут следить за каждым твоим шагом. Станешь новой Сереной Уильямс. У каждого есть своя цена.
Я помотала головой.
– Не у меня.
– Да брехня. Ты здесь, а значит, мой отец уже тебя подкупил. А теперь, что я могу сделать, чтобы повысить ставки и стать объектом твоей преданности вместо него?
«Убиться об стенку», – хотелось закричать мне. Однако это неправда. Если он убьется прямо здесь и сейчас, то я не стану менять объект своей преданности, а станцую над его телом, благодаря бога за то, что избавил меня от шести месяцев пыток.
Зная, что наша первая стычка определит дальнейшее развитие наших отношений, я схватила его за ворот рубашки и притянула к своему лицу, чтобы мы оказались нос к носу. Я почувствовала его дыхание. Коричная жвачка, мята и грязный, грубый поцелуй, которому никогда не бывать.
Если Хантер и был шокирован моей выходкой, то не подал виду.
– Послушай меня внимательно, Хантер Фитцпатрик. Возможно, в твоих глазах я выгляжу неуверенной в себе занудой с заурядной внешностью. Но знаешь что? Такая уж я есть. Я это признаю. Но не сомневайся, что эта неуверенная в себе зануда имеет в роду людей, с которыми ты не захочешь связываться, а их жестокость передалась и мне. Я без колебаний проткну твое симпатичное сердечко избалованного принца одной из своих острых стрел. Но ты прав: и у меня есть своя цена. Мой успех – вот моя цена. Победа над Ланой Альдер в этом состязании – вот моя цена. В этом плане тебе нечего мне предложить. Будешь практиковать воздержание, трезвость и исполнять прочие требования. Мы будем посещать наши семейные мероприятия, заниматься домашними делами и притворимся теми, кем нас хотят видеть наши родители. А потом мы разойдемся и больше никогда не увидимся. Доступно объясняю?
Вместо ответа он стряхнул мои руки, развернулся и пошел в свою комнату. Распахнул дверь, а потом громко захлопнул ее за собой. Я стояла и ждала в коридоре, скрестив руки на груди, прекрасно зная, что через пару секунд случится настоящий взрыв.
Хантер был прав. Он поддавался своим порывам и действовал бездумно.
– Три, – прошептала я, выставив три пальца. – Два, один. – Я загнула их один за другим, не сводя глаз с его закрытой двери. Все тело дрожало от адреналина, страха и веселья.
– Шоу начинается. – Я щелкнула пальцами.
Хантер вылетел из своей комнаты с раскрасневшимися щеками и потемневшими глазами. Две полные луны.
– Какого хре-е-е-е-е-е-е-ена?! – Он тянул букву «е» целую вечность. В его руках были горы хлама: открытые консервные банки, из которых все еще вытекал соус, его грязная одежда, пара дизайнерских ботинок и джойстик. – Ты свалила весь мусор в моей комнате. Ты в своем уме?
– Отличная сцена в духе «Это Спарта!». Все это твои вещи. – Я дернула подбородком, мой голос звучал сурово. – Думала, ты будешь рад получить их обратно, раз уж они были разбросаны по всему нашему общему пространству.
 
Хантер уставился на меня в потрясении, словно на дикое, побитое животное, которое он должен приручить, на грызуна, разнесшего его дорогой пентхаус.
– Ты чокнутая.
Я мило улыбнулась.
– Меня и похуже называли.
– Теперь все ясно. – Он бросил мусор на пол и указал на меня пальцем. – Ты мое наказание за все, что я натворил. Он выбрал самую безумную девицу в Бостоне, чтобы наставить меня на путь истинный, вот же старый ублюдок.
Возможно, Хантер был прав. Возможно, его отец прознал о том, какой невыносимой, зацикленной на карьере отравой веселья я была. Хотя, по сути, меня нельзя было назвать отравой веселья, ведь я не бывала ни на одной вечеринке.
– Не забывай следить за порядком, Хантер. Неважно, есть тут домработница или нет, я ни часа не желаю жить в грязи. Доброй ночи, сосед, – закончила я, зашла в свою комнату и захлопнула дверь у него перед носом.
Счет 1:0 в пользу команды гостей.
  
Пятая
 
Хантер
Важно помнить о том, что яйца у меня не отвалятся.
На всякий случай я загуглил этот вопрос несколько раз (двадцать три, если быть точным). Все подтвердилось: я могу продержаться полгода без сексуальных контактов. Физически. Но мой рассудок – другое дело. Если я при этом его лишусь, то разорву Сейлор Бреннан на части, а потом сошью из них секс-куклу.
Эта вспыльчивая рыжеволосая банши сказала, что мы больше не заговорим друг с другом, когда истекут отведенные нам полгода, но она ошибалась, если думала, что сможет так легко от меня отделаться. Я уже фантазировал о том, как убиваю ее в разных позах, в разных местах и с помощью всевозможного оружия, как только все закончится. Например:
Я душу Сейлор на фоне сицилийкого заката.
Я вспарываю Сейлор горло, пока мы прогуливаемся в парных купальных костюмах на Багамах.
Я сбрасываю Сейлор с канатной дороги во время каникул в живописных Альпах.
Иногда в моих фантазиях она спала, но чаще всего бодрствовала, была в полном сознании и наблюдала за собственной кончиной.
Ночь я провел на диване, потому что не хотел спать в заваленной мусором комнате, и ни за что не стал бы убирать учиненный ею беспорядок.
Ладно, возможно, я тоже был отчасти виноват. Пока Сейлор еще не переехала сюда, я устроил праздник жалости к себе и загадил всю квартиру, чтобы ей тоже было некомфортно. Но ей незачем было придавать этому такое большое значение.
Я спал в одних боксерах. А когда проснулся со стояком, похожим на огромную немецкую сосиску (с таким, что с трудом управляешься с собственным членом, пока отливаешь с утра), я надеялся, что она мельком увидела его, пока не поспешила начать свой скучный день, полный стрельбы и беготни в закат за ручку со своей девственной плевой.
Верно, Сейлор. Ты не единственная засранка под этой крышей со смертоносным оружием.
А это привело меня к следующему вопросу: кто, черт возьми, этим занимается? Просто стреляет в пустоту? Она не охотилась, не использовала свой талант продуктивно, а просто целилась в бесполезные мишени. Почему это считалось олимпийским видом спорта? Стрельба из лука – это как шахматы, только для нервных людей.
– Сэр, мы на месте, – тихо сообщил мой водитель с переднего сиденья.
Мой первый день работы на Киллиана. А еще мне надо как-то сдать экзамены в колледж в этом году. Я буду совмещать работу с вечерней учебой в муниципальном колледже. Я не был гением в математике, но даже я понимал, что времени на жизнь вообще не оставалось. На этот раз отец всерьез меня поимел, выжидал, пока я веселился в Калифорнии, а потом будто сунул двадцатипятисантиметровый дилдо мне в прямую кишку. Он даже чертов кончик не успел засунуть, а я уже весь извелся от боли.