Взгляд на звёзды (СИ)
Сай улыбнулся. Всё, что она говорила, ему нравилось.
— Рад, что ты так считаешь, — произнёс Сай, проникновенно посмотрев ей в глаза. — Я — хороший парень.
— Хорошие парни обычно так сильно не темнят.
— Обстоятельства бывают разные, — он вздохнул. — Если бы ты только знала…
— Узнаю, если расскажешь. Но за язык не тяну. Если появилась мысль наврать мне с три короба — уж лучше промолчи.
Была у неё такая вредная привычка — говорить в подобных ситуациях в дерзком, дразнящем тоне. Некоторых это провоцировало на негатив. Но Сай на всё это реагировал мягко, обтекаемо — её уколы словно растворялись в воздухе.
— Нет, врать я сегодня не собираюсь, — ответил он ровным голосом.
Хоть она старалась этого не выказывать, он ей нравился. Было что-то возбуждающе в его улыбке и жестах. Жаркие фантазии формировались независимо от сознания. Когда она смотрела на его тонкие губы и нежные, длинные, как у пианиста, пальцы, то подсознательно представляла, как они касаются её тела. Разум, конечно же, мог контролировать влечение. Но всё же оно ощущалось на заднем плане, подспудно влияя на мысли и решения.
Саша вдруг осознала, что у них вполне может что-то произойти. Она не была сторонницей авантюр на одну ночь, но не была и ханжой, так что допускала исключение из этого правила. Сай был симпатичным, приятным парнем. Ясно, что он вряд ли задержится в Паксе. Можно, конечно, эффектно изобразить недотрогу, набить себе цену. Только зачем? Было время, когда в таких играх женщины были «товаром», а мужчины — «покупателями». В современный век сексуальной свободы все стали товаром и покупателями одновременно.
Следующий поворот в их беседе явно близился. Но ему так и не было суждено случиться.
— Извини, — произнесла она, поднявшись из-за стола.
Звонок от доктора Купера, её старого доброго наставника, не был чем-то очень уж необычным. С тех пор, как Саша окончила MIT, они остались довольно близки, и поддерживали контакты по самым разным вопросам — начиная от её докторской диссертации, в отношении которой Купер выступал научным руководителем, и заканчивая консультациями, которые пожилой учёный, полагаясь на свой воистину бесценный опыт в проекте «Пионер», соглашался иногда предоставлять для работы WAE. Однажды Купер признался, что общается с Сашей по меньшей мере раз в десять чаще, чем с собственными внуками.
— Доминик, рада тебя слышать, — произнесла Саша доброжелательно, отвечая на вызов.
— Саша, дорогая, здравствуй. Прости, что так поздно. Тебе сейчас удобно говорить?
Она с сомнением оглянулась на Сая, который остался сидеть за их столиком.
— Немного занята, откровенно говоря. Если нужно поболтать обстоятельно — давай я позвоню тебе завтра, ОК?
У неё не было ни малейших сомнений, что ответом Купера будет «да» — ведь одним из немногих неоспоримых преимуществ пенсионного возраста было отсутствие дел, которые бы не могли подождать хотя бы день-два.
Старик слегка замешкался, прежде чем ответить:
— Прости, но вопрос действительно срочный.
Что-то в его тоне сразу привлекло её внимание, заставив отвлечься от мыслей о Сае. Это было волнение — куда более сильное, чем обычно бывает, когда Куперу приходит среди ночи в голову очередная смелая инженерная мысль, которой он хочет поделиться со своей бывшей подопечной.
— Всё в порядке? — насторожившись, спросила она.
— Да, не волнуйся. Ты же сейчас в Паксе, да?
— Да.
— Мы можем встретится?
— М-м-м. Когда?
— Если тебя не затруднит — в самое ближайшее время. Я только что прилетел.
— В Лаос?! — недоверчиво переспросила она.
Она знала Купера как величайшего домоседа. За последние пару лет она вообще не помнила, чтобы он покидал Перт. Обычно она приезжала к нему сама.
— Да. У меня тут записан твой адресок. Если это будет не слишком большой наглостью…
— Конечно, приезжай. Я сейчас не дома, но буду буквально через двадцать минут.
— Отлично. Спасибо тебе.
— У тебя точно всё в порядке?
— Да, да, конечно. Я расскажу тебе всё при встрече, хорошо?
— Замётано.
Разговор оставил до того странный осадок, что ещё где-то полминуты после него Саша простояла, задумчиво кусая губу. У неё не было ни малейших догадок на счёт того, какое дело могло показаться учёному-пенсионеру настолько срочным, чтобы он без предупреждения вылетел к ней в Паксе. Можно было бы, конечно, заподозрить старческий маразм, от которого не застрахованы даже величайшие умы. Но голос Купера был даже более собранным и серьёзным, чем обычно.
— Всё в порядке? — спросил Сай, когда она вернулась к столику.
— Прости, но мне нужно уехать. Это правда срочно.
На лице парня отразилось искреннее сожаление.
— Послушай, если что-то было не так…
— Дело не в тебе. Действительно неожиданные обстоятельства.
— Может быть, я могу тебе чем-то помочь?
— Я — взрослая девочка.
— Можно, по крайней мере, провести тебя?
«Ну и прицепился» — подумала она.
— Я могу позаботиться о себе, Сай.
— Знаю. Просто пытаюсь вести себя как нормальный парень.
— Засчитано, — бросила она, на ходу собираясь. — На связи!
— Пока, — донёсся до неё чуть растерянный голос парня, когда она выскочила из заведения.
Глава 3: Внезапный визит
Спальные районы Паксе, провинция Тямпасак, Лаос.
10 июня 2120 года. 21:05 по местному времени (14:05 по Гринвичу).
До дома Саша домчала вдвое быстрее обычного, отключив на «ракете» регулятор скорости и забив на автоматические предупреждения о штрафах, которые спишутся с её личного счёта после этой поездки. По дороге она успела прокрутить в голове не меньше десяти версий причин, по которым Доминик Купер мог без предупреждения приехать к ней в Паксе этим вечером. Ни одна версия не звучала правдоподобно.
Она уже почти убедила себя, что звонок Купера — это чей-то розыгрыш, и поклялась мысленно надрать задницу тому, кто к этому причастен. Но, заходя на посадку, она увидела маленький сутулый силуэт, который никогда бы ни с кем не спутала. Купер стоял на парковке на крыше её дома, где его, видимо, только что высадило аэротакси. Одетый не по местной жаркой погоде — в мешковатых на его похудевшем теле брюках, длинном пальто и в шляпе, с дорожным чемоданом, Доминик беспокойно топтался на месте и подслеповато озирался по сторонам, вызывая настойчивое желание подойти и помочь ему. Уже не в первый раз Саша подметила тот удивительный факт, что обладатель одного из самых светлых умов современного человечества выглядит сиротливо и беспомощно в совершенно заурядных жизненных обстоятельствах, в которых без труда сориентировался бы и ребёнок.
С разгону припарковав аэробайк на своё место на заполненной парковке (владельцы соседствующих транспортных средств обрели бы немало седых волосков на своих головах, если бы наблюдали эту сцену), Саша спрыгнула с него, сняла шлем и торопливо зашагала к Куперу, на ходу приветственно помахав рукой.
— Дом! Всё ещё не верю, что вижу тебя! — воскликнула она, широко улыбаясь, и с разбегу заключила старика в объятия. — Ну ты и вырядился! О погоде в Лаосе, я погляжу, ты перед выездом разузнать поленился?
Как и всегда, когда они встречались, Доминик ощутил у себя на сердце что-то тёплое и приятное. Казалось, что её молодость и бьющая ключом жизненная энергия подзаряжали в его дряхлеющем теле и разуме какие-то подсевшие батарейки, помогали и ему самому светиться ярче.
«Она так похожа на свою мать. И не похожа в то же время» — подумал Купер, вспоминая годы, когда её мама, Лианна Юфирти, выдающийся инженер-кибернетик, работала под его руководством над проектом «Пионер». Лианна была так же умна и талантлива, имела такое же доброе и отзывчивое сердце, как Саша, но она была тихоней, стеснительной, замкнутой и ранимой. В Лианне всегда ощущалось нечто нежное, хрупкое и ломкое, какая-то трогательная и грустная меланхоличность, которую так хотелось развеять всем, кто желал добра этому светлому человечку, так хотелось подбодрить и развеселить её, но никому не удавалось сделать это полностью. Бедняжка словно всегда ощущала, как рано и трагично закончится её жизнь, и заранее грустила из-за страшной судьбы, которую ей не дано было изменить. «Не думай об этом» — одёрнул себя Доминик. Воспоминания о судьбе Лианны были одними из немногих воспоминаний, которые были способны вызвать на его старческие глаза слёзы.