Убить Билла

стали подъезжать ещё машины, и из них выходили ещё люди. Ткач ездил теперь без оружия, а потому за ним постоянно ездили двое недавно освободившихся пацанов с охотничьим ружьём в машине. Но когда
они вылезли из машины и попали в окружение самых крепких парней, желание доставать ружьё у них тут же пропало. К тому же спортсмены нагло оттолкнули их в
сторону от их машины.
— Чё такое, я не понял?! — без страха в голосе сказал
Ткач. — Вы кто такие?!
— Щас узнаешь, кто мы, — так же резко ответил один из окруживших его парней.
— Да вон это кто, смотри, — показала ему рукой Саша.
Ткач посмотрел в том направлении, куда указывала дочь, и увидел приближающегося с ещё несколькими спортсменами Билла.
— Чё-то я не догоняю, Миша! — громко произнёс
Ткач. — Это кто такие?! Это с тобой, что ли?!
— Спрашивать я буду, — вместо ответа сказал Билл и, подойдя вплотную, спросил: — Ну так куда ты бабки с общака впуливаешь?! Коммерцией, говоришь, решил заняться?!
— Какой ещё коммерцией? Ты чё, я не понял?!— опять огрызнулся Ткач.
— Давай рассказывай, сколько ты общаковык бабок в «Дальтрансчернобыль» свой ввалил?! — опять грозно спросил Миша.
— Ну-ка вали отсюда, — отпихнули тем временем два рослых парня Василия, пытавшегося подойти поближе.
Взирая на них снизу вверх, Василий пятился назад.
— Я туда бабки вообще не вваливаю! — тоже на повышенных тонах ответил Ткач. — Коммерса прихватил жирного и раскачиваю его. Есть возможность достать чё-то даром, даю ему для дела. Отдача потом больше будет.
— Я смотрю, ты не понимаешь ни х…я, да?! — жёстко спросил Билл и посмотрел на своих бойцов.
Те приблизились к Ткачу спереди. Сашка, не заметив этого, набросилась на Билла со словами.
— Миша, да ты чё, гонишь, что ли?! Папа столько для тебя сделал! Ты чё, совсем, что ли?!
— Чё он для меня сделал?! — гневно повернулся к
ней Билл. — Это я для него сделал! И обеспечивал вас,
пока он за надзор сидел! И ты, бл…дь, жила у меня на
базе на шаморе за мой счёт! А теперь вы тут будете бабки
с общака крысить?!
— Да какие бабки, Миша?! — опять возмутилась
Сашка. — Тебе же папа говорит…
— Уберите её на х…й отсюда! — скомандовал Билл
спортсменам, и те, не дав Сашке договорить, стали от-
таскивать её.
— Ну-ка отпустите меня! Бл…дь, вы чё не поняли,
что ли?! Ну-ка отпусти, я сказала! — кричала, упираясь,
Саша. Она не видела, как Ткача скрутили и усадили в
какую-то машину на переднее сиденье.
Виталий с Толяном уже ехали по улице Советской, приехав из лагеря. Они не стали задерживаться там надолго и, найдя нужных людей и передав им груза, тут же вернулись в город. Подъезжая к улице Октябрьской, где было кафе «Сказка», Толян сказал:
— Ой бля, забыл к бате заехать. Щас заскочим ненадолго, заодно пожрём, — сказал Толян и свернул на Октябрьскую, где жил его отец.
Как только они свернули, то вдалеке, возле «Сказки», увидели какое-то столпотворение и Виталий
сказал:
— Подожди, Толян, остановись. Чё это там такое?
— Чё, думаешь, бралово? — сказал Толян и, проехав ещё немного, прижался к обочине и остановился.
— да хер его знает, чё-то движения какие-то непонятные, — сказал Виталий, вглядываясь в двигающуюся толпу людей возле кафе.
Следующая за ними, машина Севостьяна тоже остановилась и прижалась к обочине поодаль. Братья не видели, её всю дорогу из лагеря, разговаривая о своих делах и проблемах.
— На ментов не похоже. Знаешь там кого-нибудь?— спросил Виталий, внимательно смотря вперёд.
— Не-а, — покачал головой Толян, но тут же вскинул руку. — Хотя вон, смотри. Это же Билла голова торчит?
— Точно, — сказал Виталий, увидев возвышающуюся над всеми голову долговязого Билла. — А чё это там за движуха? Вон же Ткача машина. Где он сам-то?
Возле «Сказки» два человека отпихивали руками рвущуюся к отцу Сашку.
— Ну-ка стой, блядь! Ты чё, не понимаешь, что ли?! — кричал на неё один из них.
— Не лезь, говорю, тебя не касается! — рычал другой.
 
— Как не касается?! Ну-ка пусти, сказала! — кинулась опять Саша и вновь нарвалась на сильный
толчок.
В начавшейся суете возле машин Виталий разглядел
Сашу, которая чуть ли не дралась с двумя здоровенными
пацанами, и крикнул, схватившись за пистолет:
— Там Сашка! Поехали туда скорей!
— Подожди, братуха, не лезь! — схватил его за руку Толян, тоже смотря вперёд.
— Там Сашка, не видишь, что ли”.! — вырвал руку Виталий и, открыв дверь, взвёл курок пистолета.
— Стой, говорю! — Толян схватил его за шею и, притянув к себе, огромной рукой схватился за пистолет и стал выкручивать его вместе с рукой. — Ты чё гонишь, что ли, на площади стрелять”.! Посадят сразу!
— Пусти, Толян! — кричал придавленный Виталий. — Там Сашку бьют!
— Сиди, говорю! — Толян навалился на брата всем весом и, вывернув и отбросив пистолет, достал с бардачка наручники и стал ловить руку вырывающегося Виталия. — Чё ты там теперь сделаешь, без ствола?! Хочешь, чтоб башку разбили!
Севостьян сидел в машине, и с удивлением наблюдал, как из стоявшего впереди качающегося «Марка» высовывается огромная рука Толяна и закрывает пассажирскую дверь. Потом машина завизжала резиной и стала резко разворачиваться. Когда она, ревя, помчалась мимо Севостьяна в обратную сторону, он увидел лицо вывернувшего шею назад и что-то отчаянно кричащего
Виталия. Когда братья скрылись за поворотом, он об-
легчённо выдохнул, так как опасался, что они могут
начать стрельбу, и стал смотреть вперёд.
— Да пошли вон, сказала! — кричала на отпихивающих её парней Саша и, вырвавшись от них, расталкивая всех, подбежала к той машине, в которую усадили
отца.
Ткач сидел с накинутой на шею петлёй и пытался, хрипя, просунуть под неё руки. Двое парней убирали его руки от шеи, пока третий сдавливал петлю с заднего сиденья.
— Ну-ка отпустили его быстро! — командным голосом, но в истерике крикнула Саша и начала вырывать Ткача из машины, ещё больше причиняя ему боль. Её тут же стали оттаскивать от машины ‘сразу несколько человек.
Резко остановившись возле телефонной будки, Толин быстро выскочил из машины и, оглядываясь на вырывающегося с наручников Виталия, забежал в неё. Сняв трубку, он набрал «02» и крикнул:
— Щас решим проблему, братуха, не дёргайся! Виталий продолжал отчаянно пытаться вытащить руку из наручников, которыми Толин пристегнул его к рулю.
— Алло, тут возле «Сказки» на Октябрьской, драка большая. Люди с оружием, щас стрелять начнуг, — вы палил в трубку Толян, как только там ответили, и сразу нажал сброс.
Когда Сашку оторвали от машины и оттеснили в
сторону, подъехал милицейский «уазик».
— Так, это что тут у вас происходит? — Спросил один
из вышедших из «бобика» ментов.
— Да всё нормально, командир, — вышел вперёд
Билл. — Сами разберёмся.
— Ну-ка отпусти папу! Разберётся он, — тяжело
дыша, оглянулась на него вся красная от напряжения
Саша.
Ткача уже и так отпустили, как только подъехали
менты, и он выходил из машины.
— Да тут никто никого и не держит, — кивнул ей
Билл на Ткача. — Не видишь, что ли?
Менты посмотрели на Ткача, потирающего натёртую
шею, и один из них потянулся за стволом. Сашка сразу
кинулась к отцу.
— Да всё-всё, Саня, — обнял её Ткач.
Мимо Севостьяна в сторону «Сказки» пронеслась
ещё одна милицейская машина, и он зло сплюнул в
окно, продолжая наблюдать за происходящим.
— Сами разберётесь? Или нам подкрепление вызвать? — спросил старший из ментов, держась за кабуру и отойдя так, чтобы все были в поле зрения.
— Да мы уже разобрались, командир, — успокаивающе сказал Билл, делая остальным знаки. — Уже всё,