Караул под «ёлочкой»
Ульяна Соронина не заставила себя долго ждать. Она переступила порог кафе едва лишь маленькая стрелка на циферблате настенных часов, висевших над стойкой бара, коснулась цифры «восемь». Светлоголубой сарафан, снежно-белые босоножки и такого же цвета маленькая сумочка через плечо выгодно подчеркивали не только достоинства ее стройной фигуры, но и придавали еще большую черноту ее волосам и бровям, контрастней выделяя и тонкий овал лица, и бездонную синь глаз.
Макарьеву показалось, что все в кафе вдруг озарилось мягким лучистым светом. Антон стремительно поднялся из-за столика и шагнул навстречу девушке.
- Добрый вечер, Антон! - Ульяна мило улыбнулась. Ее искрящиеся озорным весельем глаза смотрели в лицо Макарьева. - Вы не будете против, если я буду обращаться к вам по имени? Знаете, все-таки не слишком удобно называть пригласившего меня в кафе молодого человека уставным обращением «товарищ лейтенант».
Макарьев нахмурил брови, насупился, делая вид, что он серьезно раздумывает над предложением девушки, и, наконец, изрек:
- Пожалуй, я соглашусь на ваше предложение, Уля. Иначе мне в свою очередь придется называть вас «товарищ ефрейтор». А мне это совсем не по душе.
Они оба рассмеялись, по-прежнему не сводя друг с друга глаз и сели за столик.
- Что будем заказывать? - Антон протянул Ульяне плотную папку с меню.
- Мороженое, конечно. С вареньем, фруктами и шоколадом. И шампанское, если вы не против?
- Я - «за» самым решительным образом, -Макарьев подозвал проходившую мимо их столика девушку-официантку и сделал заказ. - Со студенческих времен обожаю есть мороженое именно с шампанским.
- Вот как? - шутливо удивилась Ульяна. - А мне почему-то казалось, что героический лейтенант Макарьев должен предпочитать более крепкие и менее романтические спиртные напитки...
- Ну, в целом это зависит от настроения и подходящей компании. Хотя до признанных специалистов алкогольного дела мне, откровенно говоря, очень далеко.
- Неужели вас это огорчает?
- Наоборот. Это предмет моей гордости. Особенно в свете разразившейся в стране антиалкогольной кампании, - с легкой язвинкой заметил Макарьев.
Девушка-официантка принесла заказ. Антон аккуратно наполнил бокалы шампанским:
- За что будем пить?
- Давайте за что-нибудь оригинальное, - весело предложила Ульяна. - Например, за разоблачение всех шпионов.
- За своевременное разоблачение всех шпионов, -хохотнув, поправил Макарьев. - Прекрасный тост!
Бокалы Антона и Ульяны с коротким мелодичным перезвоном встретились над столом.
- Кстати, Уля, с чего это вы взяли, что меня интересуют шпионы? - спросил Антон, когда они выпили и принялись за мороженое.
- Вовсе не нужно быть Шерлоком Холмсом или хотя бы доктором Ватсоном, чтобы прийти к такому выводу, Антон, - улыбка снова коснулась розовых губ Ульяны. - Я просто сопоставила некоторые известные мне факты. Во-первых, меня вызывали для беседы в особый отдел...
- Да? И что же интересовало наших чекистов, если не секрет?
- События позапрошлой ночи, что же еще? В частности, их интересовало, звонил ли со смотровой площадки майор Бехтерев некому лейтенанту Макарьеву. А если звонил, то о чем говорил. Поэтому, когда вы, Антон, сегодня днем явились к нам на командный пункт, я и подумала, что вас, наверное, будут интересовать те же вопросы. Так ведь?
- Поймите меня правильно, Уля, - Макарьев задумчиво потер пальцами лоб. - Во всей этой истории с диверсантами и смертью майора Бехтерева очень много неясного. А я, как на грех, оказался в самом центре событий.
- И поэтому вы решили заняться самостоятельным расследованием, закончила за него Ульяна. - Может быть я не права, но мне кажется, что вы каким-то образом связываете смерть Бехтерева с диверсантами.
- Я действительно связываю эти два события, -согласился Антон. Ульяна все больше нравилась ему, и он решил говорить с девушкой откровенно. - Майор Бехтерев звонит мне по телефону, приказывает осмотреть периметр ограждения и фактически наводит нас на диверсантов. А примерно через пару часов после своего звонка кончает жизнь самоубийством. Разве это не странно? Уля, мне очень нужно знать, кому еще звонил Бехтерев в ту ночь?
- Я отвечу вам то же, что ответила и особистам, -Ульяна чуть пригубила бокал с шампанским. - Майор Бехтерев в тот вечер вообще не подходил к телефону. А подполковник Глуховцев говорил по телефону только один раз - с дежурным по части. Но это уже было после того, как в степи началась стрельба...
- То есть после того, как мы обнаружили диверсантов, - Антон задумался. - Уля, а что делали в это время Бехтерев и Глуховцев?
- Стрельбу и взрыв мы на смотровой площадке услышали сразу... Глуховцев забеспокоился: мол, что за чертовщина? А Бехтерев только пожал плечами и предположил, что это чья-то учебная тревога. Роты охраны, например. Глуховцев сказал, что головы кое-кому нужно оторвать за учебную тревогу перед самим стартом. Нашли, мол, время и место. Он подошел к телефону, а тут как раз и позвонил дежурный по части.
- Так, а что было потом? Когда Глуховцев поговорил по телефону?
- А потом Глуховцев подозвал майора Бехтерева и они оба уехали...
- Одну минутку, Уля, - Антон отодвинул в сторону вазочку с остатками мороженого. - А как долго Глуховцев и Бехтерев находились у вас на смотровой площадке?
- Ну, как минимум часа полтора. Стояли около ограждения, курили и о чем-то негромко беседовали.
- И никуда не уходили?
- И никуда не уходили, - эхом отозвалась девушка.
- Так полтора час и простояли...
- Полтора часа... А ведь этот факт меняет все дело, Уля! - Макарьев ударил себя кулаком по колену. -Настолько меняет, что я даже рискну предложить вам сейчас поднять наши бокалы за удачу, которая - во всяком случае, пока, - к нам все еще благосклонна!
Антон разлил шампанское, и они неторопливо выпили. Ульяна поставила на стол бокал и пытливо взглянула в лицо Макарьева:
- Антон, теперь объясните мне, что меняет в раскладе вашего расследования время пребывания Глуховцева и Бехтерева на смотровой площадке?
- Честно говоря, я даже не знаю, имею ли я право...
- Макарьев осекся.
- Договаривайте, договаривайте, - щеки Ульяны чуть порозовели. Она подняла бокал с шампанским и чуть улыбнулась иронически над золотистой кромкой тонкого стеклянного фужера. Свет заходящего солнца волшебно дробился в стекле на мелкие блики, искорками отражаясь в небесно-голубых глазах девушки. - Вы сомневаетесь, стоит ли посвящать в ваши страшные государственные и военные тайны какую-то сопливую девчонку-телефонистку? Так ведь, Антон?
- Гм, ну... - Макарьев почувствовал, что краснеет. -Конечно, я подумал не в таких резких выражениях, но в целом вы правильно угадали, Уля... По-видимому, у диверсантов из Афгана на нашей площадке действительно имеется сообщник...
- Очень интересно, - Ульяна доела мороженое и аккуратно промокнула салфеткой губы. - Продолжайте. Я с детства обожаю читать детективы.
Голос ее звучал по-прежнему весело и совершенно безмятежно.
- Уля, вы не понимаете, - Антона слегка покоробил слишком легковесный тон Ульяны. - Все это очень серьезно. И, наверное, очень опасно.
- У каждого Шерлока Холмса должен быть свой доктор Ватсон, - пропустив мимо ушей последнюю реплику Макарьева, без тени насмешки на лице произнесла Ульяна. - Антон, вы никогда не замечали, что в любом детективе расследование ведут обычно двое или даже трое людей? Вспомните, знатоков. Вспомните Жеглова с Шараповым, наконец.
- Вы правы, - вынужден был согласиться Макарьев. - Но... Мы с вами не персонажи детективного романа. Вражеский агент на нашей площадке - это реальная опасность.
Макарьев замолчал и после паузы тихо добавил:
- Уля, я вовсе не хочу подвергать риску вашу жизнь...
- Ерунда, - Ульяна тряхнула головой, решительно отметая возражения Макарьева. - Во-первых, этот агент -если он, конечно, действительно существует, - в чем я лично пока не уверена, - не знает, что вы ведете свое независимое расследование. Вы же, надеюсь, не оповестили его о своих намерениях?