Легион (СИ)
— Инвиктусы, несколько, — озвучил чатом я. — Это — не считая этих усыпляторов-Дамго, экипажа и контрабордажных систем.
— Понятно, — ответила Кудряшка. — А с чего мы тут, не знаешь? — уточнила она.
— Вулканисты, криворукое дурачьё! — поделился Эмик важным мнением по вопросу.
— Видимо, сбой, — согласился я. — Но не факт — возможно, флуктуация поля во время боя.
— Вероятность — меньше десяти процентов!
— Но возможно.
— Возможно, занудный Гален, — буркнул Бронзовый.
— Ладно, причина нам пока не важна, хотя позже надо бы разобраться. А сейчас надо понять, что делаем. Долбиться в двигательные системы я не хочу.
— Долго, да и сломаем что-то не то. Это дурачьё взорвётся, а Гален будет нудеть, — опять вклинился Бронзовый.
Вот ведь Орало Бронзовое! Жертву домашнего насилия из себя корчит, а сам мне барабанные перепонки с завидной регулярностью рвёт! Ну-у-у… скорее забавно, конечно. В смысле, бурчание, а не мои бесконечные травмы от Бронзового Шума.
— И боеспособность судна не снизится, щиты останутся, ситуация с Дамго не решится, — дополнил я. — До реактора пробиваться через всё судно — мне вариант не слишком нравится.
— Хочешь повторить захват рубки? — понятливо уточнила Арвинг.
— Хочу, — согласился я. — Но надо думать, где проникать сквозь корпус, например. Пока нас вроде не видят, имеет смысл добраться поближе. Разумнее, чем пробиваться через коридоры всего корабля.
Подумали, прикинули, посчитали. Подключиться к коммуникациям вражеского корабля, не поднимая тревогу, у нас не выйдет, но расположение отсеков в Имперских кораблях (а все корабли в Империи — Имперские, Родовые или там корпоративные — неважно) типично. И рубка расположена в передней трети корабля, вторая по защищённости после реактора. Реактор, кстати, защищён лучше всего не только из-за важности — рубка как бы не поважнее. Но и из-за опасности, то есть там не только защита от нападающих, но и защита экипажа от возможной нестабильной работы реактора. И тут я захихикал, хоть и мысленно — просто не удержался.
— Над чем насмехаешься? — заинтересовался Эмик личным каналом.
— Да я вот думал о том, что реактор защищён лучше рубки…
— И правильно защищён! Взорваться может. А смешного ничего нет!
— Да я не про то, а про то, что от неправильной работы реактора — экипаж защищён.
— Ну?
— А от неправильной работы командной рубки — нет!
— Гы-гы-гы! — оценил Бронзовый. — Смешно. Добрались, кстати.
Мы и вправду добрались: Кастор и Бронзовый оказались примерно там же, где была наша группа (скорее — семья) при проникновении на подавитель, ещё в прошлом году. Правда, были и отличия — межзвёздник «под нами» меньше, пока нас штурмовики-дроны не атакуют. Но при этом, нас меньше, и нет лучевого оружия. И нет Деремиты — длина этого барионника позволяла прорезать броню корабле меньше, чем за минуту. Тратить время на «лобовое пробивание» нам было не слишком разумно, так что порыскали мы и нашли шахту то ли для дронов, то ли для штурмовиков, то ли для ракет — непринципиально. Важно то, что под внешнюю броню мы сможем пробраться быстро, а внутри — разберёмся.
— Вот только беспокоит меня это… — подытожил я обсуждение диспозиции «мыслью вслух».
Просто было очень нетипичное проявление. Но прямой угрозы вроде и нет… Но всё равно — непонятное непонятно.
— Какая, Гал?
— Связь, Арви. Мы пробрались через весь корабль, ну две трети. Тут шебуршим. И за всё время внутри корабля не зафиксировали ни одного случая радиопереговоров.
— Экранирование… нет, не вариант — энергоконтуры мы видим, стандартный корабль, — задумалась и Кудряшка.
— Я бы сказал, что там нет никого, или дурачьё прячется по казармам, — прогудел Эмик. — Но не буду. Странно, но что ты с этим можешь сделать, пилот? Врубить активные сенсоры?
— До проникновения на борт — точно «нет». И ты прав, Эмик…
— Я всегда прав!
— Если, как обычно, не ошибаешься, — уточнил я и, прежде чем началось, скомандовал: — Погнали!
От бронзового бурчания это не защитило, но от Бронзового Шума — оберегло. Вскрыли люк, протиснулись в шахту, попадая в заону действия корабельных генераторов гравитации и рухнули.
— Хорошая ракета была, — откомментировал Бронзовый, рассматривая сплющенную металлическую загогулину. — Большая. И самортизировала хорошо, — одобрил он.
А я вглядывался в телеметрию заработавших в активном режиме сенсоров. Дорогу до рубки для нас с Кастором, достаточно просторную, кроме последнего участка (ну там и барионником поработать можно) — нашёл. А вот загадка отсутствия радиопереговоров становилась всё более странной: люди, роботы, и три Инвиктуса в округе были. Более того, тревога разгерметизации поднялась — ну не было у нас микророботов или чего-то такого, чтобы заблокировать кучу кондовых и надёжных датчиков. А вот радиообмен как не вёлся, так и не вёлся, несмотря на очевидное копошение вражин.
— Проводной пользуются, дурачьё! — отрезал Эмик личной связью.
— Где импульсы, Бронзовый? Где импульсы? — возразил я.
— Хорошо экранированной проводной связью. И дурачьё, но не стоять же тут, дурацкий Гален! — возмущался Эмик.
Ну и вправду — не стоять же. Так что мы с Эмиком пошли вперёд по коридору, слегка пригнувшись и орудуя Кистенём — с самого начала пришлось сносить настенные турели и эмиттеры щитов, понатыканные в стенах коридора. А Кастор, выпрямившись, топал за нами, хищно поводя стволами разгонников. Эмику хотелось всех «пожать», но то, что мощность разгонников Кастора побольше нашего Жнеца — он прекрасно понимал. Так что шли мы «вщитовую» и «вкистенепашную». Вражины копошились и, для начала, нас встретили средние и малые автономные контрабордажные платформы. Но они ни черта не могли сделать со щитом, а единственный выстрел Кастора не только проделал в рядах контрабордажных роботов внушительную дыру, но и пробил переборки на повороте, порушив судно и «спрямив» нам путь. Не сильно, но спрямил.
И тут повалили сагитарии. Не местные «кузнечики», а родовые гвардейцы в тяжёлых бронекостюмах с экзоскелетами. Повалили отовсюду — спереди, из техпроходов, сверху и снизу. И стреляли не только усыпляторами, но и тяжёлыми пехотными пушками — разгонниками, плазменными ускорителями и всем таким. Разгонники, плазменные ускорители и всякое такое нас не очень волновали, а вот в действие усыпляторов мы с Эмиком вглядывались напряжённо. Всё же первая «полевая» проверка наших идей-расчётов по созданию защитного поля вовне. И — работало, Арвинг не засыпала, Кастор исправно орудовал стандартным барионником, время от время постреливая по удачно (или неудачно, вопрос точки зрения) попадающимся тяжело бронированным гвардейцам.
— Мы — молодцы, Гален! — довольно констатировал Бронзовый, не прекращая помахивать Кистенём и потихоньку продвигаться.
— Это, конечно, «да», — подтвердил я. — Ты даже молодцеватее.
— Само собой.
— Только, Эмик, меня напрягает старый вопрос.
— Вокруг бой. Радиопереговоров нет. Колебаний гравитонов нет. Проводов в них не воткнуто, — на последнем Эмик не поленился прихватить под манипулятор подвернувшегося сагитария, повертеть им-осмотреть и выкинуть вдаль. — Точно не воткнуто, — констатировал он. — Квантовых колебаний подобия — нет. И действуют они скоординированно, хотя дурачьё самоубийственное, конечно…
— Вот-вот, — подтвердил я. — Не как гвардейцы, а как психи какие-то, но действуют. А связи нет.
— Странно, согласен. Но повторюсь — что нам, стоять и ду-у-у-умать?
— Нет, стоять не надо. У нас, кстати, скоро появятся гости.
— И познают Величие Эниуса Эквиса, — деловито сообщил Бронзовый.
— Отсутствие связи довольно подозрительно, Гален, — сообщила Кудряшка в боевой чат.
Ну, наш «приватный разговор» она не слышала, так что просто высказала наблюдения.
— Да, мы уже попробовали разобраться.
— И как?
— Непонятно.
— Понятно… Что-то на основе «Дамго»?
— Скорее всего, но точно не оно…