Гнев Империи III (СИ)

— На место? — девушка вопросительно выгнула бровь. — Ты его побить что ли хочешь? Только вот на спаррингах ты и так много раз это делал. Он прекрасно знает, что в физическом плане сильно уступает тебе. Но физическая сила, когда есть деньги и связи, не значит ничего. Остальные думают, что когда закончится учеба, они вполне могут пойти на службу к Щепковичу или в будущем заручиться его поддержкой, а какие связи можешь дать ты? Без обид, я просто говорю с тобой честно. Как раз-таки потому, что ты противопоставляешь себя ему, вокруг тебя никто кроме меня и Миши не собирается, предпочитая держать дистанцию. 
— Ну спасибо, — буркнул я. Не то что бы я этого не понимал, но уж точно не ожидал, что Таня скажет мне подобное прямо в лоб. 
— Обращайся, — улыбнулась она. — Раз нас отпустили, может попробуем проведать Мишу? Он сейчас в закрытой части лицея. Меня одну туда не пускают, но ты вроде как “подклятвенный”, и тебя туда уже допускали.
— Да, идем, — согласился я. — Мне как раз хотелось узнать, что там с Ларцевым. 
Несмотря на то, что я и Таня знали секретный путь в закрытую часть лицея, идти им было крайне глупо. Теперь-то я знаю, что там повсюду камеры видеонаблюдения, нас не заметили лишь по той причине, что мы не приближались непосредственно к зданиям, наблюдая за богатырем издалека. Пройди мы ещё метров пятнадцать-двадцать, и могли легко бы попасться. 
На внутреннем КПП, что разделял две части лицея, нас, разумеется, остановили и потребовали пропуск, которого в свою очередь у нас не было. 
— Допуск только с пропуском.
— Позвоните Симонову Михаилу Вячеславовичу, — попросил я. — Скажите, что это Дмитрий Старцев. 
Солдат нахмурился, кивнул своему товарищу, тот поднял трубку телефона и набрал номер. Короткий разговор и…
— Ожидайте. 
После чего демонстративно попросили нас отойти от КПП метров на двадцать. Меня такое отношение жутко раздражало, могли бы и полноценный пропуск выписать, чтоб я не стоял тут как истукан. 
Михаил Вячеславович не пришел нас встречать, вместо него пришла Лариса Волкова, Пепельная. С ней мы уже несколько раз встречались и познакомились, когда им срочно нужен был подклятвенный. 
— Дмитрий Алексеевич, немного неожиданно видеть вас. Я думала, вас отстранили от учебы. 
— До Научной выставки, а она завтра, так что я уже восстановился. Могу показать документы. 
— Нет, не нужно, — отрицательно помотала она головой. — Вам что-то нужно?
— Мы бы хотели встретиться с Михаилом Ларцевым. Он…
— Да, я в курсе ситуации. 
— Он наш друг и товарищ по отряду. Мы с Таней хотели узнать, как он. 
— Он… — женщина замялась, и уже этого для меня было достаточно, чтобы в целом оценить ситуацию. От неё так и веяло смятением. — Пойдемте, возможно ему пойдет на пользу общение с друзьями. 
Мы с Таней переглянулись и пошли за Пепельной 
Волкова повела нас за собой, и Тане тяжело было не пялиться по сторонам. Пусть она и бывала тут тайком, но впервые могла посмотреть на закрытую часть лицея средь бела дня. 
— Смотрю, охрану усилили, — обратил я внимание, что людей в форме тут стало больше.
— Выставка. Слишком много любопытных глаз. У нас только за сегодня было три попытки проникновения.
— Шпионы?
— Кретины.
— А-а-а-а… 
— Понаехало очень много знати, и некоторые из них совсем безбашенные. А ещё поймали вчера одного “ученого” из какого-то глухого таёжного села, который жуть как хотел увидеть Истинных. 
— Понимаю, хлопот полон рот…
— Да. 
— А как дела на границе? Я слышал, что неделю назад османы напали на Черноморск. Обстреляли с кораблей, кажется. 
— Да, мы недооценили их флот. Но я мало что могу вам рассказать. То, что можно, вы из газет можете узнать, а то, что нельзя… У вас нет нужного допуска. Это секретная информация, так что без обид. 
— Понимаю. 
— Нам сюда. 
Мы прошли к одному из зданий и, как и в прошлый раз, спустились в какой-то бункер. Судя по всему, большая часть закрытой части лицея именно подземная, и охрана тут соответствующая. Мы спустились на три этажа, и на каждом проходили контрольные зоны с вооруженными людьми, проверяющими документы. 
 
— А это точно лицей, а не тюрьма?.. — осторожно спросила Таня, немного шокированная таким уровнем безопасности. 
— Тут исследуются силы Истинных и Пламенных, так что в этом нет ничего удивительного. Здесь хранится огромное количество исследований по поводу Детей Хлада, и если они окажутся, например, у османов, то это создаст целую кучу проблем для нас в будущем. 
На третьем этаже мы спустились ещё ниже, но судя по всему, этот спуск считался частью третьего этажа, потому что никакого контроля здесь не было. 
— Мы почти пришли, — сказала женщина и провела нас к одной из тяжелых металлических дверей, вид которой мне крайне не понравился. 
— Вы хотите сказать, что держите Мишу тут? — во мне начала играть злость. — Судя по всему, с тюрьмой Таня угодила в самую точку. 
— К сожалению, это вынужденная мера… Сами увидите. 
Волкова открыла запор и дала нам войти, но при этом выставила руку вперед, и нас с девушкой словно окружило каким-то оранжевым барьером из энергии. 
— Вот дерьмо… — охнул я, а Таня вцепилась мне в руку мертвой хваткой. 
Большая часть комнаты была покрыта льдом, кристаллы которого торчали в разные стороны, и в самом центре этой ледяной инсталляции сидел Миша. Он дрожал, сидя на полу и обхватив плечи руками. Ему словно было холодно, что не удивительно, ведь лед был не только на стенах, полу и потолке, он был и на самом Мише. Словно рос прямо из его кожи. 
А затем он поднял глаза, словно сделанные изо льда и источающие странный голубой свет. В тот момент я понял, что перед нами совсем не тот Миша, которого мы знали. 
  
Глава 20
 
— Миша… — произнесла Таня, сделав осторожный шаг вперед.
Ларцев слегка приподнялся и внезапно зарычал словно дикий зверь. Я услышал хруст льда на его теле, а затем он с нечеловеческим криком бросился прямо на нас.
Я тут же рванул вперед, закрывая Таню и готовясь встретить ударом кулака монстра, в которого превратился Миша, но тот налетел на едва видимый взору барьер и тут же отпрянул. Лед на его теле стал источать пар, и Ларцев отступил в своё ледяное убежище. 
— Это ещё что за херня?! — крикнул я. — Что вы с ним сделали?! 
— Мы — ничего, — спокойно ответила Волкова, но в её голосе звучали нотки грусти. —Пойдемте, не будем его провоцировать. Я привела вас сюда в надежде, что он узнает вас, но похоже, это не сработало. 
Мы покинули камеру и вернулись на этаж выше. Там Пепельная распорядилась, чтобы один из здешних работников принес нам с Таней по кружечке горячего чая. Холодрыга в камере у Миши была знатная. 
— А теперь объясните, пожалуйста, что во имя Хлада с нашим другом? — спросил я. 
— Мы называем это “дефект Хлада”. Вы уже наверное знаете, что существует три типа ледяного пробуждения: истинное, светлое и обратное, которое ещё называют пепельным. Но есть ещё дефектное пробуждение. О нем вам не рассказывают, потому что такое происходит крайне редко. Фактически ваш друг — это третий дефектный пробужденный за всё существование Империи.
— Третий? — охнула Таня. 
— Да. Причины такого ведомы, как мы полагаем, только Императору, да будет править он вечно, но к сожалению, мы не можем просто так взять и начать расспросы. Соответствующее прошение подано, но когда и будет ли оно вообще рассмотрено, покажет время. В любом случае, последнее дефектное пробуждение произошло больше двухсот лет назад, и документы о нем по большей части утеряны. Даже о первом известно намного больше, но не на много. 
— Вы можете это исправить? 
— Не уверены. Процесс только изучается, и по нашим предположениям Михаил Ларцев установил слишком плотную связь с Ледяной пустошью. Он вступил во что-то вроде слишком близкого контакта с тильгиммом, ледяным демоном, и его тело оказалось не готово к этому. Обычно в такой ситуации люди умирают, но он почему-то выжил, а связь с пустошью до сих пор сильна. Такое чувство, что демон овладевает его телом, пытаясь проникнуть в наш мир.