Двери всегда открыты (СИ)

— О'кей. Кстати, Рафа, поменяй шарф. Темно-синий не очень подходит к твоему пальто.
  
Глава пятнадцатая. Ночь в отеле
 
В реальной жизни Лола, найдя их в Мюнхене, застрелила бы одного из них, или может статься и обоих сразу, но мы же с вами, слава богу, не в реальной жизни, а в романе, где все должно закончится хорошо. Хотя и не для всех.
Лола уже четвертый час сидела в холле отеля «Шторм», притворяясь, что увлечена чем-то в своем планшете. На самом деле экран давно погас, гаджет бесполезным прямоугольником покоился на ее коленях, а сами колени давно уже затекли. Ей очень хотелось выпить кофе, но она боялась встать со своего укромного места, где ее никто не замечал, а вот она, напротив, имела прекрасный обзор. Было уже поздно, за окном давно сгустились сумерки и зажглись фонари, гости отеля разошлись по своим номерам и готовились отправиться в царство морфея, а русская стерва все не появлялась. Отмечает свой успех в каком-нибудь ресторане? А может они с Чиро встретились и поехали к нему в отель? Тогда, выходит, зря она ее здесь караулит. Но ничего, должна же сука вернутся к себе, хотя бы за вещами, хотя бы утром. Лола подождет, ей нетрудно.
Но первым в холле появился Чиро, уже за полночь, в сопровождении приятелей. Они втроем уселись на диванчик, стоявший ближе к выходу, о чем-то негромко переговариваясь. Девушку, затаившуюся в темном углу, одетую в темные джинсы и свитер, они не заметили. Лола на всякий случай снова ощупала себя — может ее, действительно, уже нет, может она стала тенью? Но нет, под тонкой тканью прощупывалась все та же пышная грудь, теперь уже, увы, никому не нужная, в том числе и самой ее обладательнице. Голоса стали громче, послышался смех и Лола прислушалась. В холле было пусто и тихо, ничто не заглушало голоса бывшего мужа и его друзей.
— А какого черта она мне не сказала, что разведена? Еще там, в Болгарии?
— А какого черта ты ей не сказал, что ты разведен уже здесь, в Германии?
— Я не успел!
— Так и она не успела ничего сказать, прежде чем ты начал орать и вышвыривать ее вещи в коридор.
Чиро громко и возмущенно фыркнул.
— Чего вы вообще со мной потащились? По-вашему, я сам не могу поговорить с Алисой?
— Ты и будешь сам говорить, но мы должны это проконтролировать.
— Зачем?!
— А что мы зря все утро бегали по городу, как ненормальные? Хочется получить результат. Когда мы убедимся, что вы остались вдвоем в закрытом помещении, мы уйдем. В закрытом помещении ты с Алисой лучше справляешься, там тебя мы можем оставить одного.
— Премного благодарен.
В это время в отель зашла Алиса, и разговор оборвался. Вид у стервы был уставший, но при виде музыкантов она улыбнулась, выпрямила спину и приветливо кивнула. Потом направилась к стойке портье. Тот что-то тихо сказал ей, и стерва обернулась, глядя прямо на Лолу. Брови художницы удивленно взлетели вверх, она перевела недоумевающий взгляд на Чиро. Ну что ж, пора было, как пишут в старинных русских романах, объясниться.
Лола встала, достала из пакета, все это время стоявшего у ее ног, куртку с зашитой внутрь взрывчаткой, набросила ее на себя, взяла в руки пульт и тоже направилась к стойке. На Ибице, если постараться, можно найти не только травку и экстази. А Лола очень постаралась и нашла человека, который согласился ей помочь. И пусть пришлось продать все драгоценности, которые у нее были и опустошить банковский счет, но зачем ей теперь деньги? Зато здесь, в Мюнхене, ее встретил человек, черноглазый и чернобородый, передал заветный пакет. Может она и не может выстрелить в человека из пистолета, но уж нажать кнопку на пульте как-нибудь сумеет. Ей поможет мысль о том, что это наконец остановит ту тупую боль внутри нее, которую уже нет сил терпеть. Она направилась было к стойке регистрации, но по дороге остановилась. Потому что Чиро вдруг начал петь.
Сначала тихо, чуть слышно, потом громче, голос его набирал силу, доходил до самых высоких нот и опускался обратно. Мелодия и слова были очень красивыми, но совершенно незнакомыми, во всяком случае Лола раньше такую песню не слышала.
 
 
 
Я вспоминаю о тебе…
 
Когда варю утром кофе, когда еду в автомобиле…
 
Я вспоминаю о тебе,
 
Когда спешу по делам и когда я устал…
 
Я вспоминаю о тебе и не могу перестать вспоминать…
 
Этот мир поглотил тебя,
 
Этот мир поглотил меня.
 
Он растворил нас в себе почти без остатка…
 
Но я еще держусь.
 
Потому что я вспоминаю о тебе…
 
 
Чиро закончил петь и затих, глядя на Алису, а та продолжала недоуменно переводить взгляд с него на Лолу и обратно. Наконец, она пожала плечами и спросила:
— Вы всей семьей решили меня сегодня навестить? Это так мило.
Чиро удивленно обернулся и открыл рот от изумления при виде бывшей жены.
— Что ты здесь делаешь?!
Лола подошла ближе, не обращая на бывшего мужа никакого внимания. Все ее внимание было сосредоточено на сопернице.
— Мы с Чиро разводимся, ты не в курсе? — вызывающим тоном спросила она. — Он тебя еще не порадовал?
— Это ваше личное дело, — сухо сказала Алиса. — Я не собираюсь обсуждать ваши проблемы.
— Конечно. Ты ведь здесь ни при чем. Это не о тебе он думал весь наш медовый месяц, не твое имя шептал во сне, не тебя представлял в постели, когда обнимал меня. И это не тебе он написал песню про то, как он вспоминает опять же не тебя.
Алиса отвернулась, досадуя на справедливый упрек, потом вскинула голову, собираясь что-то сказать, но тут взгляд ее упал на пульт в руках Лолы. Она нахмурилась, вглядываясь в непонятный предмет, потом окинула взглядом куртку…
— Твою мать… — тихо, по-русски прошептала она, но Лола ее все равно поняла и улыбнулась.
Да, стерва, ты все поняла правильно. Не сомневайся. Не надейся. Не плачь. Уже поздно плакать, Лола уже выплакала все слезы и за себя и за тебя.
— Отпусти ребят, — тихо попросила стерва. — И портье. Они здесь ни причем. Давайте останемся втроем и поговорим. А потом ты сделаешь то, что считаешь нужным.
— Пусть идут, — легко согласилась Лола. — Они мне не нужны. И Чиро может идти вместе с ними. Он мне тоже не нужен. Мне нужна только ты, дорогая. Ты забрала у меня все, теперь я заберу у тебя все, разве это не справедливо?
Алиса медленно кивнула.
— Чиро, возьми Рафаэля и Кристиана и выходите на улицу. Вы тоже идите, — обратилась она к портье.
— Почему? Что происходит? — недоумевал Чиро, в то время как белобрысый паренек, которому не посчастливилось дежурить в эту ночь, шустро выскочил из-за стойки и помчался к выходу.
— У нее бомба! — на ходу выкрикнул он. — Я нажал кнопку вызова полиции, они приедут через три минуты! Держитесь!
Теперь Чиро, Рафаэль и Кристиан в ужасе смотрели на Лолу. Та безмятежно улыбалась, держась за пульт обеими руками.
— Ну, что застыли, мальчики? Идите, если не хотите взлететь на воздух.
— Лола, перестань, — тихо попросил Чиро. — Ты что, не понимаешь, что тебя посадят в тюрьму? Давай попробуем найти запасной выход из отеля, может успеем убежать до приезда полиции. Выбросим в реку эту гадость. А если тебя потом найдут, скажешь, что это была шутка, а бомба — муляж.
— Меня не посадят. Нечего будет садить. Даже в гроб особенно нечего будет класть. Ну ничего, родственники потратились на нашу свадьбу, зато сэкономят на крематории. А ты дорогой, убирайся отсюда, если не хочешь стать кучкой ошметков, которые можно идентифицировать только при помощи ДНК-экспертизы.
— Иди, Чиро, — попросила Алиса. — И вы двое, тоже. Я разберусь с этим. Мы поговорим с Лолой, все выясним. Все будет нормально, доверьтесь мне.