Ты на меня не смотришь (СИ)
Хорошо, что хоть телефон с собой прихватила. Потом из укромного места позвоню Кристине и попрошу принести мою сумку с номерком, а пока нужно где-то переждать. Не будет же Марек, в конце концов, до самого утра по клубу метаться.
Куда мне? Что делать? Мозги после выпитого совсем соображать отказываются. Вспоминаю с какой стороны туалет и направляюсь туда. И вот уже заветная ручка, как меня перехватывают поперек талии и утягивают в узкий коридор, ведущий на цокольный этаж.
Из динамика звучитRegard feat. Years and Years - Hallucination.Ян удерживает меня за плечи, прижимая к стене, выполненной в стиле каменной кладки. Я утыкаюсь взглядом ему в шею, не могу поднять глаз. Дышит, как после забега. Грудная клетка ходуном ходит, и цепочка на шее поблескивает в красноватом освещении.
- Ну, привет.
Дергаюсь в его хватке.
- Ага, и пока - пытаюсь унять грохочущие сердце. - Пусти.
Но Ян и не думает.
- Я сначала думал, что обознался - его голос вибрирует, перемешиваясь с музыкой в моих барабанных перепонках и задевая горячим дыханием мочку уха. - А когда ты деру дала, понял, что нет. Это же в твоем характере убегать и прятаться. Трусиха.
- Отпусти - набираюсь смелости посмотреть в глаза. Океаны потемнели, как перед штормом.
Что там плещется на глубине?
- Ну, а если не отпущу? - придвигается ближе. - Опять прикинешься бедной овечкой, которую пытается изнасиловать больной ублюдок, да? - дышит мне прямо в ухо, задевая скулу щекой.
Со всех сторон окутывает его запахом. Таким знакомым. Свежесть, гель для душа с мускатными нотками и мята. Ян никогда не пользовался парфюмом.
- Именно это и сделаю. Закричу так, что все охранники сбегутся. Можешь не сомневаться.
- О, я и не сомневаюсь.
Не отпускает. Наоборот, своим телом наваливается, прижимая к стене. Мне плохо, меня ломает от этой непрошенной близости. От такой забытой муки. Ян фиксирует пальцами мой подбородок, вынуждая смотреть на него.
- Ты ничего не дала мне объяснить и сама ничего не объяснила, просто свалила в закат. И, знаешь, я тебя не искал. Ни одного дня. Но раз уж мы встретились, хочу понять - сглатывает, шаря по моему лицу ошалелым взглядом. - Ты так поступила, потому что Левитин наплел тебе о споре?
В его глазах адреналин, злость, обида, ненависть - дикий коктейль.
- Нечего здесь понимать - шиплю в ответ. - Столько времени прошло, неужели тебе не все равно?
- Ну, уж нет. Ты меня с таким дерьмом смешала, а я потом все разгребал. Один.
- Пусти, я на самом деле закричу.
Уголки губ ползут вверх. Наглая ухмылка на красивом лице.
- У кого то выросли зубки, да, Чижик?
- Ненавижу тебя.
- Взаимно - рычит, дотрагиваясь своим носом до моего.
Прикрывая глаза, чтобы унять взбесившийся пульс. И волнение. Опять. Снова. Как и всегда в его присутствии.
Невыносимо захотелось закричать, что мне до сих пор больно видеть его лицо.
Больно, больно, больно!
Откуда то беру силы и со всей дури наступаю ему на ногу. Глаза парня округляются в замешательстве с примесью боли. Ян заметно ослабевает хватку. Пользуюсь случаем, толкаю в грудь и бью коленом прямо в пах.
Марек стонет, ухватываясь за ширинку, а я уже несусь в сторону выхода.
- Вот дура! - слышу позади себя, но темп не сбавляю.
Вырываюсь, в чем была, на свежий воздух и сразу же за угол. Несусь по какой-то подворотне, всхлипывая от боли и ненависти.
Впереди вывеска круглосуточной забегаловки. Захожу туда и прячусь в самом дальнем углу за одиноким столиком, который не просматривается с улицы. Остальные посетители удивленно косятся на меня. Я же, очутившись в спасительном тепле, даю волю слезам. Шмыгаю, растирая замерзшие щеки.
Боже мой, почему все так! Зачем ворошить прошлое? Ну, встретились и встретились. Неужели нельзя просто пройти мимо? Ведь мы теперь друг другу никто. Мы и раньше были такими же. Моя больная любовь давно задушена, упрятана в самые закрома подсознания, чтобы никогда не выпустить ее на волю.
- С вами что-то случилось?
Вскидываю глаза наверх и замечаю перед собой молодого парня - официанта, теребящего в руках меню.
- Нет - пытаюсь улыбнуться. - Можно кофе? Крепкий.
- Хорошо. Сейчас. Минуту - и разворачивается, чтобы удалиться, но в последний момент останавливается. - Может, плед принести? Так быстрее согреетесь.
Благодарно киваю. Парень тоже улыбается и уходит в подсобку, буквально, через несколько минут возвращаясь с пледом и чашкой горячего кофе.
Достаю из заднего кармана джинсов телефон и трясущимися руками набираю Кристину.
- Тинка, ты еще наверху?
- Ну, да, куда вы пропали? - заминка. - А почему музыки не слышно? Ты где?
- Тин, помоги мне. Я в кафе недалеко от клуба. Мне нужна моя сумка и верхняя одежда. Номерок в кармане на замке.
- Чего?
Представляю, какие у нее сейчас круглые глаза.
- Потом объясню. Принеси мне, пожалуйста, вещи. Я не могу вернуться.
- А эти с тобой?
- Нет, они на танцполе должны быть.
- Ладно, только ты мне все расскажешь.
- Хорошо - сдаюсь. - Сейчас название кафешки скину.
Тинка прибегает минут через десять. Взмыленная и немного пьяная. Я же давно протрезвела. И не мудрено - бежать в одном топе, когда на улице температура близится к нулю.
- Я девчонкам рассказала про тебя. Они в шоке - присаживается на диван напротив. - Ты как?
Кисло улыбаюсь и поправляю плед, съехавший с плеч.
Тинка тоже заказывает кофе у того самого официанта и вперивается в меня взглядом.
- Что произошло-то?
Не знаю, как начать.
- Помнишь, я рассказывала вам про мальчика, в которого была влюблена в школе?
Та кивает.
- Он был там. Вернее, я заметила его еще на улице, когда вас ждала. Они проезжали мимо, и Марек узнал меня. А когда мы спускались на танцпол, заметил и погнался. Зажал в каком-то коридоре. Я думала, задохнусь. Понимаешь, я не могу его видеть. Нет сил совсем. Просто ненавижу. Не могу - прячу лицо в ладонях, сдерживая всхлипы. - Я думала, он уехал. Надеялась, что больше не увижу его. Это невыносимо, видеть его.
- Ну, все тише. Полька, тише - ловит мою руку и сжимает в своей ладони. - Подумаешь, хрен с горы.
- Он не хрен с горы, Тина. Я надеялась, что перегорело, переболело, умерло. Но стоило его увидеть снова и... Господи, я такая слабачка.
- Слушай - воодушевляется подруга. - А давай позвоним девчонкам и скажем, чтобы шли сюда. А потом все вместе укатим в другой клуб. Оторвемся, как в последний раз. Все равно завтра выходной.
- Кабинка оплачена - возражаю в ответ, хотя ее предложение мне нравится.
- Вот, блин. Да, я все расходы на себя беру. Ты же знаешь, что мне это ничего не стоит, а? - теребит меня за пальцы.
Я улыбаюсь и киваю в ответ. Обожаю ее и Машку с Лизой тоже. Наконец, мне удалось найти настоящих подруг.
Уже в такси, когда мы все вместе мчим в новый клуб, который недавно открылся, я закрываю глаза и вспоминаю, как раньше всегда оправдывала Яна. Любым его выходкам находила объяснение. Даже когда он умудрился испортить день рождения Лили.
Ей исполнялось четыре. Дом был украшен к празднику. Приглашены гости и аниматоры. Кругом веселье, куча детей, музыка, столы, уставленные сладостями. Ян с самого утра из-за чего-то поругался с отцом и укатил к своей подружке, Еве. И вот в самый разгар веселья они явились. Вдвоем. Сначала всем показалось, что Марек с Никольской просто пьяны. Мама Яна пыталась образумить их, уговорить уйти наверх, пока не придут в себя. Но Ян отказался, даже показушно обиделся, что его не пускают на праздник. Сказал, что тоже хочет повеселиться.
И они веселились. Умудрились сломать надувной замок, порушили битами пиньяты, с диким гоготом собирая в карманы сладости, рассыпавшиеся по газону. Взболтали всю газировку и пускали фонтаны. Это длилось до тех пор, пока Филип Марек не вышел из себя и не увел этих двоих к себе в кабинет.
Оказалось, что они были вовсе не пьяны. Они были под кайфом. Потом Ева призналась, что это ее рук дело и показушно заливаясь слезами просила у родителей Марека прощения. Она вообще была ненормальной. Все знали про ее некоторые психические расстройства. Ходили слухи, что Никольская периодически лежала в реабилитационном центре. Но несмотря ни на что, в семье Марека ее любили.