Две Наташки и пришельцы (СИ)
Праздник открывался речью императора Эл Ор Ритана Третьего. Хотя он уже поднялся перед народом на антигравитационной трибуне, и огромный холоэкран транслировал обращение правителя к теранцам, Наташа вместе с выделенной ей охраной все еще стояла на трапе базового корабля в ожидании, когда им разрешат присоединиться к императорской семье. Риннан не разрешила ей спускаться с корабля раньше назначенного времени, учитывая враждебность шаманов к ней. Сказала, что за ней придут.
– Мое возлюбленное племя! Мои верные воины! Братья и сестры! Наши мудрые шаманы-прорицатели! – изрек повелитель пришельцев с титулом Третьего Луча другой солнечной системы. – Я не просто так собрал вас сегодня на это пиршество. Сегодня мы празднуем возрождение нашего рода. Ибо всех нас ожидает новая лучшая жизнь! С тех пор, как я впитал дух Шеол-Кууля, мои мысли стали острее его клыков. (Послышался изумленный и недоверчивый гомон народа). Боги воззвали ко мне. Я всю ночь слушал их голос. Боги показали мне истинный путь нашего народа. И теперь я ясно вижу, что мы сошли с этого пути. Наши доблестные жрецы верно почувствовали, что боги нами недовольны. Но сильно обманулись в причинах. И именно их ошибки привлекли столько бед в наши жизни. – Тут уже шаманы протестующее закричали. Но Танаар повысил голос, призывая не перебивать. – Теперь все будет иначе. Боги сказали, что прощают нас. Боги дали нам еще один шанс. Последний шанс. И мы обязаны оправдать его.
«И что мы должны сделать?», «Да, что?!» – послышались возгласы.
– Делать все, что я вам велю. Каждый способен услышать голос бога в себе.
– Слышать голоса богов могут только шаманы! – агрессивно выкрикнул один из старейшин.
– Не только, – усмехнулся Танаар. – Но глубокая убежденность в этом сделала всех нас глухими к голосам богов.
– Это слишком смелые заявления, – с трудом сдерживая кипящую ярость, – подал голос Верховный жрец Зухруул. – Каким же образом ты собираешься заставить простой люд слышать богов?
– А чем они хуже вас?
– Да! Чем это мы хуже? – послышалось вокруг.
– Шаманы убедили нас в своей избранности и тем самым нагло лишили нас права слышать и быть услышанными. Отгородили нас от богов. Сделали нас чужими и одинокими. Но мы это исправим. Рано или поздно. Мы будем учиться думать. Мы должны перестать быть слепыми и впустить в себя новые знания! И тогда мы обязательно услышим голос бога в себе. Наш народ не зря зовется Цветами Ритана, ибо мы едины с богами. Земля и вода, небо и воздух объединяют и делают нас едиными с нашими создателями.
– ДААААААА! – обрадовано закричали Цветы Ритана.
– Проклятый самозванец! – прошипел один из шаманов тихо, но достаточно разборчиво. В знак протеста Зухруул отвернулся от трибуны с ораторствующим вождем и стал выбираться из толпы. Остальные шаманы тут же последовали за ним.
– Боги уже доказали, что они избрали меня! – вдогонку им выкрикнул Эл Ор Ритан. – А вы ревнуете ко мне богов, мечете злобу, сеете раздор вместо того, чтобы радоваться за свой народ, нашедший себе приют на этой планете. Став Шеол-Куулем, я узнал, что боги готовы сменить свой гнев на милость, если мы исправим свои непростительные ошибки. Шаманы говорят, что боги недовольны нами, и, что простому народу не дано их слышать. Но это ложь! Боги никогда еще не были так добры к нам. Откройте свои глаза и души прямо сейчас! И всем сердцем ощутите их неизбывную ласку к себе! Вот она божественная любовь – в этом щедром потоке солнца и в плодородной земле! – Длань Богов, новый Шеол-Кууль, раскинул руки, словно хотел обнять это ясное безмятежное небо, с которого на них смотрели боги. – Нас ждет изобилие! Ныне и впредь! И потому сегодня мы проведем этот день именно так – в изобилии и блаженстве. Наши дорогие женщины приготовили для нас лучшие яства. Мы будем есть их и радоваться жизни!
Собравшиеся возле накрытых столов старейшины, даже не пытались скрыть своего возмущения.
– Что он такое говорит?!.. Это же женщины… Говорит о них так словно, они равны воинам…
– Он что сошел с ума? Человечья девка его чем-то опоила! Подчинила себе! Нужно избавляться от него, пока не поздно. Он всех нас сведет в могилу!
– Или спасет! – весело добавил кто-то из стоящих неподалеку теранцев. – У него получилось то, что не получалось у шаманов много сотен лет – под его правлением было зачато дитя!
– Именно поэтому, мы должны уважать женщину. И помнить, что именно ее чреву мы обязаны жизнью, – откликнулся другой рогоголовый.
Как и предупредила принцесса Риннан, за землянкой вскоре, действительно, пришли. Это был сам Эл Ор Ритан Третий. Наташа даже не рассчитывала, что после вчерашней ссоры, он будет сам сопровождать ее на пиршество, думала, охрана отведет, куда им надо…
– Идем, – коротко сказал он. – Сделаем все, как задумали.
– А что мы задумали? – Таша с удивлением посмотрела на императора.
– Ты сказала, что надо забыть вражду и строить другое настоящее… не такое, что было у нас в прошлом. Я… я и вправду все еще нахожусь в прошлом. Я услышал тебя. Я не собираюсь отступаться от своей цели и своих обещаний.
Вскоре и Наташа, съедаемая со всех сторон ненавидящими взглядами жрецов, сидела рядом с императорской семьей на Площади Жертвоприношений за трапезным столом. Хотя обычных столов с ножками, как у землян, у теранцев не было. Пиршественная снедь расставлялись на общераспространенных антигравитационных подставках. Стульями за пределами корабля теранцы не пользовались, они сидели прямо на земле, застланной шкурами животных. Эл Ор Ритан представил Наташу перед началом праздничного ритуала трапезы.
«Это моя избранница! И вы должны относиться к ней с уважением. Иначе я вас покараю!» – с жестким непроницаемым видом и суровым тоном, не допускающим возражений, предупредил он шаманов.
Старейшины молча склонили головы в «чаши» символических цветов, сложенных из собственных ладоней: «Твоя воля – закон!» – так звучал сей общепринятый знак повиновения и почитания высочайшего титула.
Несмотря на то, что утренняя ссора никак не изменила прежние намерения Танаара относительно статуса Натальи, он держался холодно и почти не замечал ее. Иногда Наташа встречалась с его прожигающим взглядом, и, не выдерживая его, сама отводила глаза. Таша догадывалась, дело не только в ней, что-то еще… какие-то крупномасштабные дела тревожат правителя пришельцев. Не зря же, прежде чем сесть за стол, император с потемневшим лицом вел долгие переговоры по ретеллеру. Спросить, что беспокоит его, Таша не решалась.
Столы ломились от яств, но Танаар еще не притрагивался к пище. Землянка тоже ничего не ела, хотя очень хотелось… Такой запах исходил от дымящихся горячих блюд, аж слюнки текли. Но Таша, поглядывая вокруг себя, видела, что у теранцев не принято, чтобы женщины приступали к трапезе раньше мужчин. Надо было соблюдать местные приличия.
– Великий Воин! – к Эл Ор Ритану подошел теранец в доспехах – рога его были длиннее, чем у многих, но не такие мощные, как у Тана («Военачальник!» – предположила Наташа). – Вынужден доложить. Это не терпит отлагательств.
– С Наташи глаз не спускать. Жизнью за нее отвечаете, – бросил охранникам Танаар и быстрым шагом ушел с военным.
«Вот это не по себе – так не по себе»… – оставшись лицом к лицу с правящей элитой теранцев, то бишь со служителями богов, Наташа скромно просидела, опустив глаза, изредка позволяя себе украдкой взглядывать на верховного жреца, дважды посылавшего ее на смерть.
– Калапарарил олорам авейро! – сказал Зухруул, с хищной улыбкой оглядывая землянку.
– Коло ни йора. Глаберо.
Внутри Наташи все холодело. Всеми силами она старалась не показывать, что понимает, о чем они говорят.
Танаар вернулся, и был он мрачнее прежнего.
– Мой повелитель! Вы говорили, что на празднике все должны веселиться, но сами вы отчего-то нахмурены, – заискивающе проговорил Верховный Жрец. – Отведайте кушаний, испейте иасты. (*Иаста – напиток, созданный из забродившего сока фруктов).