Наследник для Деспота (СИ)
Я проглотил тугой ком, вставший в горле, и шмыгнул носом. Нет. Она не ответит. Никогда не отвечала. Почти четыре года грёбаной комы отнимали у меня надежду на то, что однажды она сможет вернуться. И все же это чувство никогда не покидало окончательно.
Услышав скрип двери, я обернулся. На пороге стоял её лечащий врач. Наверное, дежурил сегодня. Я уже потерял счёт графику их рабочих смен; это раньше околачивался у порога его кабинета, а теперь многое изменилось. Я устремил на мужчину взгляд.
— Роберт Елисеевич, добрый вечер!
— Здравствуйте! — сухо ответил я.
— Можно поговорить с вами?
— Секунду. Я поцелую жену перед уходом.
Он вышел, позволяя нам с Верой побыть наедине. Я приблизился к ней и сжал прохладную руку, от которой тянулось несколько проводов к разным приборам. Поцеловав жену в тыльную сторону ладони, всё-таки сморгнул непрошеную слезу.
— Прости, милая, я должен идти… Я приду к тебе с цветами в следующий раз.
Пересилив желание распластаться рядом и остаться с ней, я всё-таки вышел в коридор, где меня дожидался врач.
— Роберт Елисеевич, я должен сказать вам, что медицина бессильна. Мы ничего не сможем сделать с Верой Александровной. Вам следует подготовиться и подписать соглашение на отключение аппаратов.
— Вы совсем охренели? — взревел я. — Не дам согласия! Я уже говорил об этом! Катитесь вы к чёрту!!!
Развернувшись на месте, я поспешил на улицу, потому что мог бы убить этого гада на месте. Как он смел говорить мне это из раза в раз, если я четко дал понять, что до последнего буду поддерживать состояние жены с помощью этих машин? До своего последнего, мать его, вздоха!
— Вы делаете хуже не только себе, но и ей… Отпустите её, если любите! — отражаясь эхом от стен коридора, донеслось его напутствие следом.
К чёрту!
Я выскочил на улицу, хватая ртом воздух, и поспешил к машине. Даже ветер, кажется, совсем стих, чтобы не тревожить меня. Кислорода не хватало, в груди становилось теснее от каждого рваного вздоха. По пути я написал сообщение Ксюше. Если она решила меня игнорировать, то дорого заплатит за это… А вдруг с ней на самом деле что-то случилось?
Я: «Нам следует поговорить в спокойной обстановке».
Пока я садился в машину и заводил её, она написала ответный текст, и я облегченно выдохнул, когда прочёл его.
Ксюша: «Всё в порядке».
Просто всё в порядке? После такого длительного времени ожидания? Даже не попытается оправдаться, почему молчала так долго? Я разозлился и вбил в навигаторе её адрес. Нам нужно серьёзно поговорить и решить, как действовать дальше во благо нашего ребёнка, а когда родит, тогда уже буду придумывать другой план. Да на хрен придумывать что-то! Просто заберу своего младенца из роддома! Мне никто не помешает!
До подъезда Ксюши я добрался быстро. Действовал на адреналине и, только когда припарковал машину, подумал, что нарушением правил дорожного движения мог навредить не только себе, но и окружающим. Как всегда осознание приходило только после сделанного, причем не всегда удачного… Но в этот раз повезло — ничего не скажешь.
Я тяжело вздохнул и, как только осведомился по звонкому писку и мерцанию фар о включении сигнализации, приблизился к многоэтажке. Звонить в домофон было бы, наверное, слишком самонадеянно. Откроет ли Ксюша, если узнает, кто наведался к ней? Сомневаюсь. После наших бесед, не удивлюсь, если она запасется куклами вуду и начнет насылать на меня проклятия… Если ещё не начала, конечно. Я хотел застать девчонку врасплох, чтобы наверняка удалось переговорить с ней, а потому решил немного подышать свежим воздухом и подождать, когда кто-то зайдёт или выйдет.
Судя по ярко-красным полосам на небосводе, на улице уже смеркалось. Удивившись раннему закату для летнего вечера, я посмотрел на наручные часы. Не мог же я потерять счет времени?.. Все-таки мог. Половина десятого. Не самое выгодное время для визита «в гости» и уж тем более для проведения важных разговоров, но я решил, что если уж приехал, то зайду. В конце концов, поговорить рано или поздно придется, и чем раньше это произойдёт, тем лучше для всех.
Прохладный ветер дул в лицо, и я зашёл под козырёк, встав около доски с объявлениями. Пробежал взглядом по выцветшим листкам бумаги и ненадолго отключился от реальности. Перед глазами мелькали заголовки «Вызов сантехника», «Муж на час», «Компьютерная помощь на дому», а в голове роились совсем другие мысли.
Слова врача, брошенные мне вслед, переворачивали внутренности и заставляли задуматься над всей ситуацией со стороны. Возможно, я делал Вере только хуже своим эгоизмом и страхом потерять её. Наверное, следовало уже отпустить, ведь это не жизнь… Вот так… В коме. Но даже думать об отключении я не находил в себе сил.
Мне много раз говорили, что если Вера и придёт в себя, то уже о нормальной жизни речи идти не может, потому что организму практически невозможно начать работать в прежнем режиме. Будет она прикована к креслу или сможет едва передвигаться на небольшие расстояния? А быть может, мозг уже не сможет функционировать нормально? Но с другой стороны, пока она жила, я не мог просто взять и отключить ее от аппаратов. Вдруг Вера пыталась вернуться и искала путь из затяжного лабиринта, который, если верить документальным фильмам, затягивает людей в коме? Отключение в этом случае приравнивалось бы к убийству. Я не мог и мысли допустить, чтобы взять и убить любимую жену.
Пиликанье домофона заставило меня передёрнуть плечами, вернувшись в суровую реальность. Дверь открылась, и из подъезда вышла тучная женщина с большим ухоженным далматинцем на поводке. Всегда мечтал о собаке… Я улыбнулся псу, который принялся вилять хвостом, глядя на меня, а затем нырнул в помещение и быстро взбежал по лестнице до лифта. Затхлый запах сырости и, кажется, плесени, появившийся в носовых пазухах, вынудил скорчить лицо от отвращения. Это, конечно, не подъезд в новостройке или элитном доме, как у меня, но всё равно зловоние оказалось слишком резким. Я поспешно заскочил в лифт, как только тот раскрыл двери, и надписи на его стенках окунули в воспоминания студенческих лет.
— Роберт, ну потерпи до квартиры! — смеялась Вера, а сама льнула ко мне всем телом, прикусывала мочку уха и дразнилась.
— Конечно, потерплю, а там уже отыграюсь за твоё хулиганство, — ответил я ей, целуя шею и придерживая пальцами черные пряди волос. — Давай напишем на стене: «здесь были мы и терпели до квартиры»?!
Она звонко засмеялась, и смех зазвучал у меня в ушах настойчивым отголоском прошлого, в котором было так хорошо и безмятежно.
Я помотал головой, отгоняя образ любимой жены перед глазами. Не нужно сейчас забивать голову и терзать себя воспоминаниями. Мне следовало бы подготовиться к разговору с Ксюшей, чтобы показать ей, что я якобы готов поднять белый флаг капитуляции. Хотелось хотя бы попытаться договориться по-хорошему.
Выйдя на нужной лестничной клетке, я подошёл к двери, занёс руку и через несколько секунд нажал на звонок. Приближающиеся шаги послышались сразу, после чего донесся тихий щелчок. Ксюша смотрела на меня в глазок и раздумывала: впускать ли? Оставалось надеяться на ее милость.
Через некоторое время дверь все-таки отворилась. Ксюша смотрела на меня, хлопая глазами и раскрыв рот от удивления, явно не ожидавшая сегодня увидеть гостей у порога своей квартиры. Девчонка, одетая в голубенькие штаны со звёздочками и серую футболку, на которой красовался полумесяц, выглядела забавно, из-за чего я не смог сдержать улыбку. Пижамка? Отдыхала? Впрочем, по собранным в тугой хвост волосам и мокрой тряпке в руке, я сразу же сделал выводы — она не отдыхала. Скорее всего, убиралась. И уж точно она не ждала в гости кого-то вроде меня…
— Можно я пройду? — осторожно спросил у неё, опасаясь, что она щёлкнет дверью мне по носу.
Уж очень сильно сверкали гневом карие глаза.
Глава 10. Ксения
Я совсем не ожидала, что Деспот решит заявиться на домашний адрес. Ещё и без предупреждения… Поздним вечером… Странно! Что вообще могло понадобиться от меня в такое время? Тем более когда можно просто-напросто позвонить… Или у меня телефон сел?..