Убери руки, подонок (СИ)
Медленно продвигаюсь вглубь, не переставая оглядываться по сторонам, отмечая в интерьере клуба преобладание антикварной мебели вперемешку с античными колоннадами и сводами, что еще больше придает атмосфере величие и могущество.
Зеркала и двери обрамляют подобия ионических колонн, а стены украшены крупными золотыми барельефами. В нишах расположены развратные статуи и кожаные диваны, на которых гости клуба могут предаться плотским утехам.
Прохожу чуть дальше, и новая локация захватывает своими активными событиями. Глаза разбегаются, пока я лихорадочно осматриваюсь вокруг. Мужчины в черных смокингах, скрывая лица под латексными масками, вальяжно расхаживают в сопровождении самых отвязных и раскованных девочек топлесс. Кроме того мое внимание привлекают дамы, обмотанные в тесненные портупеи и прячущие глаза под ажурной ширмой. А у их ног на коротких поводках сидят мужчины, переодетые в кожу и с кляпами во рту. Честно признаться, зрелище не для слабонервных.
Так, дресс-код мне понятен: минимум одежды, максимум латекса.
Я с неподдельным интересом наблюдаю за происходящим, ведь ранее мне не приходилось бывать на кинки-пати[2]. Вновь прибывшие гости сдают личные вещи и телефоны охране на входе. Мужчинам надевают светящиеся браслеты. Я замечаю, что у каждого своя группа цветов. Всего пять оттенков: синий, розовый, зеленый, желтый и красный.
Внезапно от рассматривания меня отвлекает манящая музыка, доносящаяся из длинного коридора, который больше походит на зеркальный лабиринт, и я продвигаюсь по нему в центр событий.
Взгляд тут же падает на красную зону с большими черными буквами Х, которые освещены подвеской из неоновых ламп. Античный стиль перетекает в направление лофт. Толпу солидных смокингов сменяют женщины в кожаных лосинах и кошачьих масках с вызывающими силиконовыми грудями минимум четвертого размера, чьи соски крест-накрест заклеены черной изолентой. Похотливые кошечки приковывают полуголых мужчин с завязанными глазами к балкам с цепями и извращаются перед фотографом, избивая сабмиссив флоггерами и ремнями.
Наверное, фотозона в аду выглядит именно так.
Долго задерживаться на данной локации желания у меня нет, поэтому стремительно продвигаюсь дальше. Судя по всему, я захожу в главный зал, весь уставленный пуфиками. Гости, вальяжно расположившись на полу, устремляют взгляды на потолок, который представлен в виде купола с зарисовкой ада по Данте. Оттуда же свисают толстые цепи с крюком, будто их спустил сам сатана. На одной из них за веревку на спине подвешена голая связанная девушка. Такая картина невольно воспроизводит в моей памяти порочную ночь с белобрысым бесом. Черт подери, внизу живота моментально вспыхивает пожар от одной лишь только распутной мысли о нем. Тем более в такой-то атмосфере…
Цепь начинает опускаться и останавливается на уровне лысого амбала, одетого в кожаные штаны, с перевитым шипастой портупеей перекаченным торсом. Его громадные руки ловко исследуют девичье тело и, нажимая на определенные точки, он заставляет свою жертву извиваться и стонать во все горло.
— Желающие могут окунуться в роль доминанта, — произносит он рокочущим басом.
Один из посетителей вызывается попробовать себя в амплуа господина. Аттракцион для взрослых или мастер-класс от мистера Хлыста. Все это для меня грязно, но фоновая эротическая мелодия с томными стонами и своеобразная прелюдия делают свое дело. Будь на мне трусики, их можно было бы уже выжимать. Однако мое платье не предусматривает ношение нижнего белья.
Неожиданно меня отвлекает сильная рука на моем предплечье.
— Мисс Холл, мистер Уайт сегодня ввел строгий дресс-код, — разворачивает меня амбал.
— И что? Может, мне сбегать переодеться?! — Я агрессивно вырываю свою руку.
— Мисс…
Притягиваю его за пиджак и стискиваю края в кулак.
— Если ты еще раз дотронешься до меня, я вобью в твой череп вот это. — Снимаю лодочку на шпильке и машу каблуком перед его физиономией. Потом ослабляю хватку, выпуская его пиджак, и надеваю туфлю обратно. — Я на равных условиях с мистером Уайтом, если еще раз услышу подобное — вылетишь из клуба вон!
Поправив прическу, гордо дефилирую дальше. Да, нервы сегодня ни к черту! Даже хорошо, что мне дали повод выплеснуть немного негатива. Теперь надо взять себя в руки.
— Мисс, нужно надеть маску. — Мужчина в блестящем костюме протягивает мне бархатную черную материю. Ничего не отвечая, направляюсь дальше.
Мне не нужна никакая маска, ведь я давно забыла, кем являюсь на самом деле. Всю жизнь прячусь, убегаю. Этой ночью будет последняя маска, а после сорву их все и начну жить с чистого листа.
Мимо меня проплывает девушка с собранными в высокий хвост огненно-рыжими волосами. В ее руках светится стек. Она замечает мой интерес и останавливается. Делает шаг ближе и бесцеремонно запускает хлыст мне под подол, прежде чем меня пробирает неприятным электрическим разрядом. К черту!.. Схватив длинную трость, я рывком притягиваю девчонку к себе. В ответ она лишь скалится белоснежными зубами и тянется к моим губам. Невменяемая сука с расширенными зрачками. Сто процентов под наркотой. Я хватаю ее за шею, отталкиваю от себя и устремляюсь прочь, оставляя за спиной раскат противного смеха.
Во что ты ввязалась, Кейси?
Начинаю нервничать, потому что в голову так и лезут тягостные мысли, из-за которых я пальцами раздраженно перебираю плотные ручки сумки.
Мне нужно выпить. Поэтому я незамедлительно направляюсь в бар, но следующая картина вызывает у меня рвотный рефлекс. Мужчина весь в латексе ползает в ногах у своей госпожи и прислуживает как собака. Гребаные извращенцы…
С усилием продираюсь через танцпол, ведь народу стало существенно больше. Кажется, люди стекаются как черти на ведьмовской шабаш.
Наконец я захожу в туннель из псевдо-колонн и спустя пару шагов достигаю нужного пункта. Сегодня я не узнаю «Лимб», будто нахожусь в нем впервые. Деньги творят чудеса. За сутки лучшие дизайнеры Нью-Йорка изменили до неузнаваемости привычный облик заведения.
Устраиваюсь за стойкой и выдыхаю собравшееся внутри раздражение. Бармен в курсе моих предпочтений и молча делает свою работу, заметив, что я не в духе. И уже через мгновение он подает двойной виски со льдом. Жадно выпиваю его до дна. Горло горит, но мне плевать. Нужно немного привести нервы в порядок. Я уже хочу повторить заказ, как меня останавливает внезапная тишина, а потом звук настраиваемого микрофона.
— Леди и джентльмены, прошу поприветствовать бурными аплодисментами нашего Господина, — привлекает внимание всех присутствующих мужской голос, и зал заполняют громкие крики и хлопки вперемешку со свистом.
Я даже не замечаю, как следую на шум, который с каждым шагом увеличивается. На сцене во всем своем великолепии появляется светловолосый бес. Он поднимает руки, и все замолкают. Пафосный мудак.
— Доброго времени суток, мои латексные друзья, — шутливо приветствует гостей подонок. — Приветствую вас на ежегодной секс-вечеринке. — Волна аплодисментов снова проносится по залу. — Сегодня у вас есть шанс на одну ночь изменить свою жизнь. В «Лимбе» можно все! Ночь вседозволенности! Выпускайте свои потаенные желания на прогулку, но будьте осторожны, друзья мои, ведь мы откроем все ваши темные фантазии. Выпустим ваших бесов на свободу и окунем вашу скучную жизнь в море оргазмов! Ну что, домы и сабы! Ночь разврата раскрывает свои дьявольские объятия. — Явор отвешивает поклон и, выпрямившись, разводит руки в стороны, утопая в овациях.
Наряд блондина отличается от его латексных гостей. Черные джинсы придают ему раскрепощенный вид, а надетая на голое тело кожанка того же цвета вызывающе демонстрирует поджарое тело юнца. А потом я отмечаю, что при движении грудь, покрытая фильтрами, переливается под сотнями софитов. Каждый мускул подчеркнут серебристым покрытием, словно скульптура божественного мужчины в музее. А непослушные белоснежные волосы убраны назад. Даже руки зачесались, от желания дотронуться до него. Самое настоящее исчадие ада. Явор Уайт. Демон, который измучает мою душу. Только вот обратного пути нет, и первая согрешу я.