Среди чудовищ и ведьм (СИ)

— Выпьем!
Маги сдвинули кружки.
— За нашего государя, Бальтазара Тоссу!
— За его щедрость!
Кружки опустели, чтобы быть вновь наполненными до краев услужливой рукой пышной подавальщицы.
Но не всем в трактире нравилось это бурное веселье. В углу мрачно пили солдаты. Обычные люди, не наделенные магии. Пили они остервенело и с каждой новой кружкой, их глаза все больше и больше наливались кровью.
— Думают о себе…
Один презрительно сплюнул на пол.
Компания магов снова взревела радостным криком.
— Наш государь… — у Корина порядком заплетался язык, — Он творит великие дела. Он все знает.
Солдат, что плевал на пол поднялся и направился к столику.
Он нетвердо стоял на ногах. Для надежности облокотился на столик.
— Он не король! — собравшись с силами выдал он, — Ваш толстяк не государь.
Кое-то из чернокнижников поднялся на ноги.
Повисло зловещее молчание.
— Что ты сказал?
Девица, что сидела на коленях у Корина, вытянула вперед руку и резко сжала пальцы, как будто поймала маленький шарик.
— Не будем портить вечер, — звонким голосом сказала она, — Предлагаю выпить за королеву, а потом за короля Этельреда. ДОЛГИХ ЛЕТ ЖИЗНИ КОРОЛЮ!
Все, кто был в трактире подхватили:
— За королеву!
— За короля Этельреда!
Солдат стоял и не мог произнести ни слова, глаза его округлились, рот открывался и закрывался, как у рыбы, выброшенной из воды.
Девица опустила руку. Солдат судорожно вздохнул, схватился за горло и побрел к выходу, его товарищи потянулись за ним.
Скандал не вспыхнул.
Пирушка магов продолжилась с новой силой.
Девица соскользнула с колен Корина и шептала ему на ухо:
— Пойдем отсюда.
Она взяла его за руку и потянула за собой, куда-то в недра трактира. Они поднялись по скрипучей узкой лестнице на второй этаж, где слиплись в объятиях.
В оковах сна, я не могла прервать видение, и оно все длилось и длилось, как и бесконечный поцелуй этих двоих.
Они набросились друг на друга.
— Хочу тебя! — выдохнула целительница и решительно толкнула дверь.
Парочка ввалилась в комнатенку с кроватью.
Корин довольно грубо принялся задирать ей юбки, а она в это время срывала с него рубашку.
Чернокнижник зашипел, когда острые ногти оставили красные полоски на его спине.
Девица усмехнулась и очень быстро избавилась от одежды, демонстрируя ему себя всю. Она призывно приподняла грудь.
— Иди ко мне!
Он не заставил себя упрашивать и укусил ее за шею.
— У тебя такая странная магия… она сводит с ума.
— Знаю. — Она улыбнулась. В полумраке блеснули белые зубы.
— Так и не скажешь, за что получил награду?
— Нельзя, — глаза Корина были мутными от желания и выпитого.
Он тряхнул головой.
— Мне можно, — усмехнулась она, — Я никому не скажу.
— Сделал то, что должен. Это мой пропуск в лучшую жизнь.
Корин толкнул ее на кровать.
— Он даст мне власть. Вот увидишь. Верховный возвысит меня. У него на меня планы.
Девица довольно вскрикнула, когда он вошел в нее и начал двигаться.
Она стонала и кусала губы, обхватила за шею и притянула к себе.
Дверь отворилась бесшумно, даже если половицы и скрипнули, то страстные крики заглушили этот предостерегающий сигнал. Чернокнижник. Он решительно шагнул к постели.
Девица открыла глаза и сильнее сжала любовника в объятиях. Блеснуло лезвие. Несколько резкий и очень быстрых ударов.
Корин вскрикнул, но на этот раз не от страсти.
Девица спихнула с себя тело. По полу начала растекаться кровавая лужа.
— Тролли тебя побери, Люто! Не мог подождать, пока я закончу⁈
Она поднялась и как ни в чем не бывало вытерла кровь с лица простыней.
— Он, между прочим, был весьма неплох.
— И был прав, что у государя на него большие планы.
Убийца уронил нож.
— Ладно! Начинаем!
Он вышел и никем не замеченный прошел в соседнюю комнатенку.
Девица поправила волосы, а затем долго и протяжно закричала.
Топот ног по лестнице, вопросы, крики.
Она обнимала Корина, по щекам катились слезы:
— Это солдаты! Они ворвались и уби-и-и-ли!
— Нужно догнать их, маги!
 
Кажется, это крикнул убийца, который так ловко смешался с толпой. Еще одна целительница опустилась перед телом на колени и простерла руки над раной:
— Ни следа магии, — вынесла она вердикт.
— Нельзя оставлять безнаказанными!
— Месть! Месть!
Волна ярости прокатилась по недавно пировавшим. Они бросились на улицу. Вспыхнули магические светильники, освещая ночь.
— В казармы! Они укрылись там!
Девица и Корин снова остались одни. Она засунула руку под кровать и нашарила там одежду. Не торопясь, но и без промедления, девица надела белье, штаны и рубашку, сверху жилет без воротника, на груди был вышит кинжал, и полукругом змеилась надпись: «Его попробуют чудовища». Потом пришла очередь черной мантии.
Она быстро сбежала по лестнице вниз и затерялась на ночных улицах, среди других магов. Город напоминал рассерженный рой. Он шумел и волновался. И горе ночным стражникам, если они вставали на пути. Их ждала смерть от колдовства. Мелькали мантии и то и дело раздавались крики:
— Правосудие!
По улицам полилась кровь.
Бальтазар Тосса стоял на балконе и наблюдал за отсветами пожара.
— Вас требует к себе королева.
— Да, я немедленно прибуду к ее величеству.
Но вопреки обещанию, верховный маг медлил. Он подошел к шкафчику, открыл дверцы, за ними оказался тот странный головной убор с короной. Какое-то время Бальтазар Тосса смотрел на него, что-то решая, а потом закрыл дверцы и быстрым шагом направился к выходу.
Вскоре верховный маг в сопровождении десятка чернокнижников прибыл в королевский дворец. Королева приняла его в небольшом кабинете. Она выглядела взволнованной. Рядом с ней находились две няньки, которые укачивали маленьких мальчиков — объявленных воплощением короля Этельреда.
— Ваше величество!
Бальтазар Тосса довольно проворно направился к королеве.
— Мятеж! Заговор! В войсках волнение!
Он не поклонился королеве, как того требовал этикет.
— Но не волнуйтесь, вы под надежной охраной. Мы увезем вам и короля.
— Увезете? — королева взяла себя в руки, ее бровь удивленно взлетела в верх, — С чего бы? И потом, куда? Почему я должна уезжать из собственной столицы?
— Мне уже успели доложить. Солдаты напали на моих магов с криками, что король Этельред мертв, они кричали, что пора свергнуть королеву, узурпировавшую власть.
— Чушь! Я немедленно выйду к народу.
Королева поднялась и сделала шаг в сторону балкона, но ей преградил дорогу рослый чернокнижник.
— Нельзя, ваше величество, там не народ, а безумная толпа. Скорее, мы увезем вас в безопасное место.
— И какое место же место может быть безопаснее дворца?
— Мы доставим вас в летнюю резиденцию… — вкрадчиво начал Бальтазар Тосса.
— В летнюю резиденцию? — эхом повторила королева и закричала: — Ко мне, охрана!
По ее зову в комнату вошли маги и застыли в ожидании приказа.
— Проводите верховного из дворца. И подумайте, мэтр, о своем поведении.
Охрана королевы не спешила выполнять приказ. Напротив, они встали так, что пополнили ряд чернокнижников, прибывших с верховным магом.
— Ваше величество, — чуть растягивая слова, сказал Бальтазар Тосса. И голос его в наступившей тишине звучал оглушительно, — В вашей охране остались только мои люди. Они преданы магии и Мировингии.
— Я и есть Мировингия! — крикнула королева и ударила себя кулаком в грудь.
На ее щеках выступил лихорадочный румянец, зрачки расширились, заполняя собой почти всю радужку.
— Нет, ваше величество. Прошу вас, не надо усложнять. Никто не желает вам вреда.
— Ты, маг, опустишься до того, чтобы пролить королевскую кровь?
— Не хотелось бы, ваше величество, — с тяжелым вздохом ответил Бальтазар Тосса.