“Водила” для стервы (СИ)

Вырубаю связь и, быстро, чуть ли не по отдельности, как Мистер Бин, заглатываю едва прогревшуюся воду из чайника с полурастворённой в ней пригоршней кофе. Зализываю постфактум парой порционных контейнеров сливок и, спустя пять минут, уже гоню по опустевшим улицам Москвы в сторону Филей, попутно соображая, как быстрее и понятней объяснить ему, зачем мне понадобилась Аврора.
- Ещё раз. – Трясёт башкой, как бульдог, так и не откусив ломтик колбасы, зависший у него в руке. – Зачем она тебе?
- Я собираюсь сделать Авроре предложение. – Ну вот и объяснил. Прямо, но зато отмёл кучу ненужных вопросов.
- Подожди, ты решил мне отомстить и разыграть в ответ?
Не сработало. Ну а что ещё остаётся, кроме, как отвечать на глупые вопросы в ожидании, когда его тесть проснётся, обнаружит десяток пропущенных и соблаговолит перезвонить?
- Нет. Я действительно собираюсь жениться на Аврорке. Я влюбился, Тёмыч! Как школьник.
- В строгую училку! – ржёт, сыпля крошками изо рта. И когда он успел превратиться в такого порося? Сильно, видать, расслабился на вчерашней вечеринке.
- Почти так.
- А она?
- Кто она? – вплывает в кухню его рогоносица-Дарья. – Опять своих баб обсуждаете?
- Да подожди ты! – отмахивается от невесты Артём и его взгляд загорается от жажды подробностей.
- Тоже. – Снова шокирую.
- Да ладно? Бортич? Вот это новости! Слушай, завтра точно весь снег растает!
- Только теперь это не важно, потому что Аврора меня спалила. И тебе, кстати, тоже прилетит по первое число, когда она вернётся.
- Узнала о нашем пари?
- Именно.
Но он уже меня не слышит. Ржёт, как умалишённый, тыкая в меня пальцем.
- Хотел меня провести, Горицкий? Вот ты и попался!
- Да не попался я, а сам сдался. К чёрту всё! Забирай помещение. Только помоги найти Аврору, друг.
- Мальчики, может яичницу? – воркует вокруг него Дашка.
- Я не буду. – Сразу же оговариваюсь и выхожу на балкон. Всматриваюсь в постепенно поднимающееся из-за горизонта солнце. Стою, пытаясь придумать, где ещё можно её найти, пока зубы не начинают клацать от холода.
Возвращаюсь на кухню, под похожие звуки телефона Артёма. Что за рингтон у него там? Какие-то африканские барабаны.
- Анатолий Тимофеевич? Вы извините, что так рано. Просто у нас такое дело...
- Пап! – Даша неожиданно выхватывает у него трубку и берёт все переговоры на себя. – Тут девушка у друга пропала! Нужно срочно искать. Да. Да, папуль. И тебя. Ну так что? Нет, до вечера не вариант. – Накручивает каштановый локон на палец и отворачиватся. – А ты позвони Серёжке. Сейчас же он на дежурстве?
- Даш, а что это за Серёжка, а? – басит Тёма, когда Даша завершает разговор.
- Да так. Друг... Школьный. – Загадочно улыбается и исчезает в соседней комнате.
- Да-аш? – Артём вмиг забывает и про яичницу и про колбасу и, как щенок за хозяйкой, спешит за Дашкой в гостиную.
А я остаюсь в своём тупом неведении и ожидании известий от этого загадочного Сергея, скрашенными неожиданной удовлетворённостью от того, что моего друга-потаскуна наконец-то заставили ревновать.
Глава 43
Половина двенадцатого. Я сонно тыкаюсь затылком в подоткнутую за голову подушку в гостиной Артёма и Дарьи. Прям сидя клюю. Если лягу – тут же вырублюсь. А я не должен пропустить звонка от генерала Дымова. Никак нель... зя... спа... ть...
- Макс! Папа звонит! – теребит меня за плечо Дашка.
Инстинктивно кидаю взгляд на часы – всего на три минуты отрубился, но уже как будто несколько серий мыльной оперы во сне просмотрел.
- Алло? Анатолий Тимофеевич, я вас слушаю, – потираю лоб, пытаясь отбить у себя навязчивое желание снова закрыть глаза и, наконец, выспаться.
Щербаков... Кто такой Щербаков?
- ...и был условно досрочно освобождён два месяца назад. Алло, Максим, вы меня слышите? – гремит, как рупор из динамика, голос Тёминого тестя.
- Да, да. Я слышу. Так вы говорите, Щербаков... – неудобно как-то, что половина разговора пронеслась мимо ушей.
- Я думаю, стоит проверить этого Щербакова. Слишком уж навязчиво он домогался в прошлый раз внимания вашей Авроры. Давайте мы съездим и навестим его невзначай.
 
Домогался Авроры?!
- Стойте! Анатолий Тимофеевич, дайте мне адрес, я тоже поеду.
Обычная серая многоэтажка на востоке Москвы. Таких тысячи. Безликих, угрюмых, хмурых. Два часа дня, а народ уже кишит на улице, как муравейник. Кто-то, громко выругавшись, требует продолжения банкета. Кто-то, ещё не охмелевший после вчерашнего или заново “наклюкавшийся”, в попытке снять с себя лишний градус, умывается снегом.
Поднимаемся с “тестем” и тремя ребятами из опер группы на восьмой этаж. Странное ощущение собранности. Даже сон куда-то вконец испарился. Как будто второе дыхание открылось. Мысли двоятся, разбегаются по параллельным прямым, как по веткам железной дороги. И к чему мой мозг выдал это странное сравнение? Я, чуть стоящий на ногах после полутора суток без сна, одновременно и надеюсь, что Аврора тут, за этой попинанной чьим-то грязным сапогом дверью, и боюсь, что моя любимая здесь. В этой дыре.
- Кто-о-о? – недовольно тянет за дверью насквозь пропитый женский голос.
- Полиция. Откройте.
Щелчки замка отдаются перебоями пульса в моих венах. Кровь и стынет и кипит одновременно. Адреналин бьёт все рекорды.
- Здесь проживает Щербаков Юрий Александрович? – сходу начинает генерал, едва успев “блеснуть” удостоверением перед лицом ссохшейся, как застаревший чернослив, женщины средних лет.
- Прописан здесь, а проживать уже не проживает. – Мямлит она и пытается прикрыть дверь.
- Думаю, вы не против, если мы всё-таки сами проверим. – Мило сюсюкает Дашин отец и подтягивает дверь на себя.
- Да нет его уже вторую неделю. – Открещивается от навязчивых гостей нелицеприятная гражданка. – Вон, жену с дочерью бросил и ушёл!
В подтверждение её слов из комнаты напротив юрко стартует в сторону кухни белокурая девчуля возрастом не более двух лет.
- Куда ушёл? – интересуется Анатолий Тимофеевич стальным голосом. Такому захочешь – фиг откажешь.
- А я почём знаю! Он совсем помешался на этой своей... Новая баба у него, в общем, – шепчет последнюю фразу так, чтобы невестка не услышала. – Сказал, что снял для них квартиру где-то в Люберцах. О! Точно! Хвалился, что из окон СТК видно, гонки можно бесплатно смотреть.
Женщина постреливает взглядом за спины бронированной до зубов опер группы. Косится с прищуром на пытающуюся поймать ребёнка сноху.
- Всё. Это всё, что я знаю. Мне вон ещё, как-то ей сообщить нужно.
- Думаешь Аврора у него? – начинает Артём, когда мы вязнем в пробке на выезде из Москвы. Как мухи в варенье, блин! Наивно было надеяться, что сегодня эта участь нас минует. И куда всем срочно понадобилось?
- Я не знаю, Тём. Не знаю. Двоякое чувство: и хочется, чтобы она, наконец, нашлась и страшно даже представить, что Аврорка у этого маньяка. – Скидываю с запястья часы и отправляю в карман. Давят. Каждая вещь на теле начинает раздражать, жать и тереть.
- Понимаю. Не переживай, дружище. Найдётся. Дымов ещё не такие дела проворачивал! – Хмыкает друг, постукивая большим пальцем по рулю моего внедорожника. Правильно сделал, что позвал его с собой. В моём состоянии за руль – чистой воды самоубийство.
- Приехали, Горицкий! Ты пойдёшь? – Артём щёлкает в воздухе пальцами, а мне сквозь сон чудится, что это выстрелы бойцов Дымова.
- Как? Стойте! – подскакиваю, чуть не проломив локтем боковое стекло.
- Дал тебе поспать, пока мы вызнавали у местных о новом постояльце. Ну ты и храпеть, Горицкий! – ржёт Артём и потягивает из бумажного стаканчика кофе. – Хочешь?
 
- Да какой кофе, Тёмыч! Куда все? – шарю рукой по двери, никак не находя спросонья ручку.
- В девятнадцатую квартиру. Вроде как там он. Но, кто знает... Не факт, что вышли на след.