Расплата дьявола
– О, дорогой, простите меня, – извинилась Вал. – Но я люблю все настоящее, а в кино приходится целоваться вот так! Смотрите! – она крепко обняла его и с показной страстью поцеловала в губы. – Вот видите, так целуются в кино, изображая страсть. А когда я целую, так уж целую.
– Как вы проводите свое время? – поспешил переменить тему Вальтер.
– Пытаюсь веселиться.
– Я знаю, чем можно вас занять.
– О, боже, – простонала Вал, – еще один реформатор! Послушайте, мой худой и голодный друг. Папа и я живем просто и не мешаем жить друг другу. У нас случайно есть деньги и мы тратим их, как можем.
– Вы из тех людей, – горестно произнес Вальтер, – которые устраивают революции.
Вал изумленно уставилась на него и рассмеялась.
– Мистер Спет, я вас недооценила. Какой живой ум! Могу вам признаться, что мы еще устраиваем итальянские забастовки.
– И это вы называете весельем…
– Ох и дам тебе в рожу! – учащенно дыша произнесла Валери.
– Все вы такие, – закричал Вальтер, – экономические роялисты!
– Вы только подумайте, что вы говорите! И вы еще собираетесь читать мне лекции? Я слышала о вашем отце и о вса… Вы пиявки-кровопийцы, обжоры на теле политики!
– О, нет, – насупился Вальтер. – О моем отце можете говорить, что угодно, но я сам зарабатываю себе на жизнь.
– Да ну? – огрызнулась Вал. – Вы рэкетир?
– Я рисую. Карикатурист в газете.
– Вот это работа для мужчин. Да, сэр! Завтра же посмотрю в газетах все картинки про маленького Билла.
– Зачем?
– Мистер Спет, ваше остроумие ставит меня в тупик!
– Я рисую политические карикатуры для «Лос-Анджелес индепендент»! – завопил Вальтер.
– Коммунист!
– О, боже мой! – закричал Вальтер, размахивая длинными руками, и убежал.
Валери довольно улыбнулась. Он очень молод и похож на Гарри Купера. Она осмотрела свой рот в зеркале и решила, что скоро снова встретится с мистером Вальтером Спетом.
– Скоро увидимся! – крикнула она ему вслед. – Обязательно встретимся!
2. Красавица «Сан-Суси»
Шли дни, и Вальтер Спет безнадежно думал, что Валери Джарден решила сделать его жизнь невыносимой. Он понимал, что мисс Джарден красавица, и это еще больше раздражало его. Вальтер боролся с собой днем и ночью. Он даже окунулся в ночную жизнь Голливуда, посещая ночные варьете с красивыми женщинами. Но все это привело к одному – его еще больше тянуло к Валери.
Будучи совершенно слепым относительно устройства женщин, ему и голову не приходило, что мисс Джарден испытывает тоже самое. Но Рис Джарден разбирался в этом лучше его, поскольку он был не только физическим отцом, но и на шестьдесят процентов заменял мать.
– Я нашел прошлой ночью мокрый платок на террасе. В чем дело, молодая леди? – поинтересовался он как-то утром, когда Пинк терзал его тело на гимнастическом столе.
– Ни в чем, – буркнула Валери и машинально схватилась за сумочку.
– Ерунда! – заявил Пинк, массируя хозяина. – Опять была борьба с этим чокнутым грубияном.
– Молчите, Пинк, – прервал его хозяин. – Разве человек не может частным образом поговорить со своей дочерью?
– Если этот неопытный юнец снова назовет вас тунеядкой, Вал, – пробормотал Пинк, – я выбью ему все зубы.
– Вы подслушали, Пинк! – негодующе закричала Вал. – Это черт знает что!
– А что мне еще оставалось делать, если вы кричали?
Вал посмотрела на него и схватила гантели.
– Я бы на вашем месте, Пинк, не стал бы слушать, – сказал Рис.
– Лучше бы они целовались.
– Пинк, вы настоящая вошь! – закричала Вал поднимая гантели.
– А что делать, моя кошечка? – спросил Рис. – Пинк любит пошутить.
– Она его приветствует как хористка, – сообщил Пинк, – то есть целует…
– Очень интересно, – Рис закрыл глаза.
Вал швырнула в Пинка гантель, которую тот легко поймал, продолжая массировать хозяина. Вал уселась на пол и стал причитать:
– Я могу принимать своих друзей, как хочу.
– Он хороший парень, – подтвердил отец.
– Он баран! – заверещала Вал, вскакивая на ноги. – Он и его «социальное сознание»… Меня тошнит от него!
– Ну, этого я не знаю, – признался Пинк. – Но в этот что-то есть.
– Заткнитесь, Пинк!
– Объяснить, что я имею в виду? – произнес Пинк. – Ладно, не буду. Я живу на жалование. Повернитесь, Рис.
Рис повернулся, и Пинк продолжил массаж.
– Вал, вы скоро увидите мальчика?
– Я достаточно взрослая, чтобы решать дела без вмешательства, – холодно проронила она и убежала.
А Вальтер был проблемой. Иногда он шалил как ребенок, и иногда был очень мрачен. Однажды он пытался ее поцеловать, а в другой раз обратился к ней по фамилии. И все потому, что она не интересовалась рабочим движением и не знала ничего путного. Правда, она умела ухаживать за цыплятами. Обвинение в этом с его стороны особенно обижало ее, потому что она действительно страстно любила цыплят.
Ситуация осложнялась тем, что Соломон Спет и ее отец стали вместе заниматься делом. Рис Джарден наконец занялся делом после этих великолепных ленивых лет! Вал не могла понять, почему ей не нравится румяный Солли. Эти скучные совещания с юристами – особенно с этим сопливым Руигом – раздражали ее. К тому же, Рис забросил свою яхту, гольф и поло. Он едва выкраивал время для шведских упражнений с Пинком. Но это еще было не самое худшее.
* * *Это случилось после подписания контрактов в «Сан-Суси».
«Сан-Суси» был построен в беззаботные золотые времена. Он занимал полдюжины акров среди голливудских холмов и был обнесен от туристов и торговцев десятифутовым забором. Внутри тоже был частокол, но уже не из досок, а из королевских пальм. Там находилось четыре жилища под черепицей, оштукатуренных и покрытых стеклом. Четыре дома располагались по кругу, террасы выходили в одну сторону, где находился бассейн, окруженный деревьями.
Рис Джарден купил один из домов, потому что его владелец, старый знакомый Риса, почти разорился. Правда, это тому не помогло, и владелец застрелился. Валери считала это место ужасным, но в их бунгало на Малибу всегда было полно народа и она считала что здесь ей будет спокойней. Второй дом занимал Денди Динмонтс, киноактер, чье соседство было не очень приятным, пока он не женился на дочери английского пэра. К счастью, ей не понравилась местная знать и она почти не жила в этом доме.
Третий дом снимал иностранный кинорежиссер. Он был неплохим человеком, но виски любил не меньше кино и его доконала белая горячка. Четвертый дом вообще никто не занимал. Он стоял пустым, пока его не занял Солли Спет, чтобы, как сказал Валери ее отец, «быть ближе к твоему очаровательному и ценному папе». А когда в этот дом въехал Солли, то и невыносимый Вальтер оказался тут как тут.
Вот это была загвоздка! Здесь появился Вальтер. Противоречивое создание… Он не должен жить здесь. Фактически, он жил в Лос-Анджелесе, пока его отец не снял Сан-Суси. По идеям Вальтера, Спеты вообще никогда не должны жить здесь. И все-таки Вальтер отделен от нее лишь персиковыми деревьями. Этот карикатурист в любой момент может увидеть ее в бассейне… И к ней еще ходили Томми, Двай и Джо… И она уже не так рассердилась, когда он захотел ее поцеловать. А он оправдывался, что это «животная страсть».
А когда Винни Мун стала жить в доме Спета в качестве протеже, стало совсем нехорошо.
* * *Валери у себя в комнате призналась Рокси, своей китайской горничной:
– Вы знаете, что? – разъяренно говорила она.
– Да? – Рокси расчесывала ей волосы.
– Это фантастично. Я люблю это животное, чтобы его черти забрали!
А Вальтер в это время подлизывался к сторожу Франку, чтобы тот открыл ему ворота для его машины. Потом у ворот стала собираться толпа, и Вальтер понял, как много людей было связано с «Огиппи». Проезжая через ворота, Вальтер слышал крики и смущался. Он не отважился смотреть на этих людей, и остановил свою шестицилиндровую машину около дома Джарденов. Там уже стояло около дюжины машин. У него была надежда, что у Валери будет хорошее настроение. Он нашел ее в саду в обществе молодых людей и дам.