Держись от меня подальше (СИ)

Ты гадишь на личность мою —
Паукана!
Но скоро тебя отпою.
Нирвана!
После его декламации в комнате воцарилась тишина, которую сам он и прервал:
— И это всего-то лишь припев.
— Так круто же звучит, — заступился за текст Свон. — Слова модные, вон.
Олли лишь скривился:
— А остальные участники группы как к тексту относятся?
— Это же хардкор, малыш, — повторил ему слова одногруппников Шива.
Думается мне, этому персонажу до текстов и дела вообще никакого нет, да и вообще всё, кроме ударной установки, фиолетово, а остальное, то зелено и оранжево. Раз он не против исполнения подобного бреда.
— Это единственная песня в вашем репертуаре?
— Нет, конечно, — горячо встал на защиту своего творчества фронтмен. — У нас много песен. Мы чуть ли не каждый день пишем, но эта лучшая. Тебе всего лишь надо послуш…
Его самым наглым образом перебили:
— Точно, Найс, ты же в понедельник нас новым текстом порадовал. Про королеву. Мы же её практически добили. Клавиш не хватает, — Свон стал рыться в сваленных в рюкзак бумагах и тетрадках с нотами и прочими каракулями и извлёк оттуда изрядно помятый лист: — Вот.
— Не-е-ет! — оглушительно выкрикнул Найс и прыгнул в попытке выхватить лист, но Шива оказался быстрее.
— Чего это ты такой… прыгучий? — посмотрел он на растянувшегося на полу лидера.
Тот кряхтя поднялся:
— Она… она ещё сырая. С таким материалом на сцену не выпираются.
— Сейчас с Бассом обработаем «некоторые» моменты. Он же профи. На, — протянул он лист рэпперу. — Зацени. Ничё так вышло. На остальные тексты не похоже.
— Не читай! — попытался выхватить текст из рук Оливера Найс, но ничего не вышло.
— «Ты королева на моём престоле…» — пробормотал мой ДСЧ, затем пробежался взглядом по всему тексту: — Ты где это взял, придурок?
Вышеобозначенный придурок потупил взгляд:
— Ну… На полу нашел.
— На каком таком полу?
— В торговом. Торговом центре.
— И там вот это, — Олли потряс листочком, — так просто лежало и ждало, когда великий ЭмСи Найс прошаркает к нему кедами и прикарманит его себе?
— Я не говорил, что сам написал. Нашёл, показал парням — песня сама полилась. Но я и не собирался её кому-то исполнять. Думал, просто напишем, для себя. Честно. Прости, Оливер, что я не вернул тебе лист сразу, как заметил, что он упал… Я глупо поступил.
— Ты вечно всем пытаешься нагадить или я избранный? — полушутя-полуобреченно спросил Олли. — То фотками шантажируешь, то… Кстати! Уговор помнишь?
— Уже удалил! — Найс помахал телефоном перед носом Оливера. — Я же не извращенец.
— Ладно, живи. Радуйся, что тут дама, — кивнул он в мою сторону. — Иначе я бы тебя за дреды твои оттаскал. Так же немаловажный фактор, что у меня самого над песней руки чесались поработать, так что готов послушать, чего вы наработали.
— Инструменты нужны… — запаниковал Найс.
— Сейчас принесу гитару и синтезатор возьму у Лисса, пару сек, — проорал, выбегая из комнаты, неожиданно прыткий Свон.
— Ты, Шива, думаю, справишься без установки, по столику постучишь, — решил за ударника Оливер, взявший управление в свои руки. — Окей? — Тот не возражал. — А ты, Найс, текст выучил?
— Да, — кивнул парень. — Лен, а ты тоже примешь участие?
— Я?
Вот же… Стояла себе тихо в сторонке, думала, избежала кары небесной, но для лучшего эффекта надо было просто сбежать.
— Да, — подтвердил Найс и ответил на немой вопрос Басс: — В моём видении, припев лучше чтобы девушка исполняла.
— Думаешь? — деловито поинтересовался Оливер.
Лидер кивнул, а я занервничала:
— Я что, буду мужские партии подпевать?
— Нет, конечно. С чего ты взяла?
— Так я же за вашего клавишника должна петь. А он, между прочим, мужского рода. Мужчина. И значит, поёт мужские партии.
— Да у него женский голос! — тут же, ожесточённо жестикулируя, пустился в объяснения Найс. — Он как свои волосы кучерявые распустит, а они у него даже длиннее, чем у Свона. К нам всегда после концертов подходят и просят с ним познакомить, а когда говорим, что он парень, не верят.
 
— Ленчик, — подошёл и развернул меня к себе Оливер. — Не парься. Мы припев под тебя переделаем. Голос у тебя красивый, я слышал, как ты поёшь. Мне кажется, нет, я уверен, что у тебя получится исполнить так, как надо. Я в тебя верю, — он широко улыбнулся и щёлкнул меня по носу. — Я же слышал твоё пение.
Весь следующий час мы ожесточённо репетировали новую песню. Олли, прослушав наработки парней, стремительно влился в общую идею и к удивлению Шивы не выл на счёт рока, а довольно быстро скооперировался и подобрал нужное звучание. Сам Шива от отсутствия барабанов и тарелок в гримёрке не страдал. Он стучал по всем возможным поверхностям, и ему легко удавалось задавать нужный ритм. Оба гитариста одухотворённо бренчали на своих грушевидных подружках, а Найс старательно зачитывал текст.
Интересный, кстати, текст, написанный любимой девушке. Думаю, ситуацию Оливер выбрал явно надуманную, потому что сам он точно не такой, как этот парень из песни — он шальной, грубоватый, хамоватый… но при всём этом одержимый своей любовью. Не будь одержимости, могла бы сравнить его с Шером. Но этот брутальный эгоист мне даже СМСки не напишет, куда уж там — песню. И вообще, мы с ним расстались, так что пора бы выбросить его из головы, но напевая эти строчки припева, я представляла именно его лицо перед собой.
Перед тем, как выйти на сцену, я вспомнила про Соню.
— Что случилось, Олли? Куда подевалась Сонечка?
Вид у друга стал грустноватый.
— Она ушла домой.
— В чём дело?
— А? — немного удивился мой друг. — Ты о чём?
— У тебя вид как… у побитой собаки, — с извинением во взгляде подобрала я сравнение: — глаза грустные, плечи опущенные… разве что не скулишь.
Он печально улыбнулся, при этом дрогнули лишь уголки его красиво очерченных полных губ:
— Мы расстались.
— Что? Что вы сделали?
Прозвучало невероятно и неправдоподобно.
— Расстались, — серьёзно сказал он.
— Но почему?
— Давай потом это обсудим, зай, нам пора на сцену.
Былой мандраж немного поутих после услышанной новости, но вот вернулся вновь. Простенькая круглая сцена, в правом углу которой стояла ударная установка, микрофон в центре, а также рядом с синтезатором слева. Вот он-то и предназначался мне.
В свете прожекторов не было видно лиц в зале, но гомонящая и улюлюкающая толпа не давала расслабиться.
Парням выступление было не в новинку, и они спокойно прошествовали к своим местам. Я тоже мирно дошла до своего, но моё показное хладнокровие лишь этим и ограничивалось. Внутри меня бушевала стихия. Я сто раз пожалела, что согласилась, хотя песня, определённо, того стоила. Пусть раньше я такие и не любила, да и сейчас особой любви не испытываю, но она стала исключением. К тому же песня обрела мега-интересное звучание. Прочитав текст в первый раз, я и не представляла её иначе, как спокойную балладу, может в стиле ар-эн-би. Но то, что вышло у ребят — шедевр! Совсем сырой, но шедевр.
Оливер, мягко дотронулся до моего плеча и улыбнулся из-под кепки, которую специально натянул, чтобы его не узнали. Я шепнула ему спасибо и взбодрилась. Хорошо, когда рядом друзья.
Нам громко аплодировали, Найс подбадривал слушателей в микрофон:
— Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте! Хотите рэпа? — ползала завопило, что хотят. — А может, хотите рока? — заорала вторая половина, а некоторые индивиды орали в обоих случаях. — Тогда, поприветствуйте нас, мы группа «Епически Эпичные»! И сейчас мы исполним новую песню, которую ещё никто не слышал. Вы — первые!
Зал вопил и улюлюкал, а мы начали. Шива задал ритм, вслед за которым раздались первые аккорды гитары, подхваченные и второй гитарой, а затем подключился и Олли с клавишами. Слушателям начало нравилось, судя по восторженным воплям. А вот и Найс включился, хриплым речитативом врываясь в уши всех, кто находился сейчас в зале.