Мой покойный муж (СИ)
Он поднимается.
— Ваше Величество! — он кивает в сторону короля. — Я благодарю за оказанную мне честь! — его голос высокий и чистый, словно у певчего в церковном хоре. — С благословления своего отца, лорда Ришерта Иверача, я приехал сюда просить руки прекрасной принцессы Майрет. Уверен, наш брак послужит миру и процветанию всего королевства.
Шепот за столом. Все знали, конечно, отчего бы не пошептать.
Джон поворачивается к нему, пытается смотреть, но видно, как сконцентрироваться ему сложно.
«Благословляю» — шепотом говорит Шибел ему на ухо.
— Благословляю, — эхом повторят Джон. Хрипло, медленно, но это не апоплексический удар точно, после удара говорят не так.
— Благодарю вас, Ваше Величество! — говорит Алан, поднимает бокал.
Майрет демонстративно сосредоточенно режет соленое ухо у себя в тарелке.
* * *— Мне нужна твоя помощь, Майрет. Ты ведь не хочешь за него замуж?
Времени у меня совсем мало, так что на пустую болтовню мы тратиться не будем.
Дворцовый парк, раннее утро. Второго гвардейца Марет отослала с каким-то поручением, а Ульриху мне стоило только улыбнуться. «Все пару минут», — сказала я, погладила пальчиками по его груди, в память о той… даже не ночи, вспышке… не важно. Ну, какая от меня может быть опасность для принцессы? А в подробности игры гвардейцев не посвящают.
Майрет смотрела на меня спокойно и прямо. Записку ей передали, и она понимает.
— Не хочу, — сказала она. — Но если откажусь, Нивен умрет. Он им не нужен.
Значит, Майрет все знает?
— Ты ведь не беременна, правда?
— Нет, — говорит она.
Спокойно говорит. Ни сожалений, ни оправданий, и уж точно никаких слез. Она ожидает, что у меня есть план и готова действовать. Остальное неважно.
— Скоро будет бал, — говорю я. — Нужно спровоцировать Алана так, чтобы он при всех оскорбил тебя. Тогда Кит вызовет его дуэль.
— Алан отличный фехтовальщик, вы не боитесь?
— Я боюсь, что Кит полезет драться без повода. В честном поединке у него, по крайней мере, будет шанс.
Майрет поджимает губы, смотрит на меня внимательно.
— Я не хочу, чтобы Кит пострадал из-за меня. Если Кит убьет Алана, его осудят, сейчас отец не сможет Кита защитить.
— Нам не обязательно убивать его, нам хватит его только ранить. Нужно, чтобы Ришерт приехал сюда раньше свадьбы, и повод свадьбу оттянуть. И пусть лучше будет официальный повод. За убийство без повода Кита осудят куда серьезнее.
Майрет кивает.
— Хорошо. Я найду повод.
Спокойно и без сомнений. Да, она сделает. И то, как она спокойна сейчас — я вижу, она просто устала бояться.
— Еще одно, — говорю я. — Твоему отцу дают яд, чтобы он потерял способность понимать, что происходит. А потом его убьют окончательно, спишут на удар, ни у кого сомнений уже не возникнет.
— Я знаю, — Майрет кивает. — Но никак не могу этому помешать.
— Не помешать, предупредить его. Мы сможем подменить яд на безвредный состав или даже на противоядие, и Джону со временем должно стать лучше. Но очень важно, чтобы этой перемены не заметили раньше времени. Если Джон начнет понимать, что с ним происходит, сможешь ли ты убедить его притворяться, что становится только хуже? Без Джона нам не справиться, но нужно время.
— Я сделаю, — говорит Майрет серьезно. — Мне позволяют видеться с отцом. Не часто, но позволяют.
Хорошо. Это, пожалуй, все. Мне стоит уйти, пока меня не заметили.
— Подождите, — Майрет останавливает меня. — А ваш муж… Отец сказал мне, что его отпустят…
Осторожная надежда. То, что она сделала, не дает Майрет покоя.
— С ним все хорошо, — говорю я.
* * *До бала оставалась почти неделя, так что время было.
За Нивеном в Лотиан Нэт отправил верных людей, лучших из тех, что можно найти. При других обстоятельствах, он поехал бы сам, не доверил бы такое дело, но сейчас он нужен здесь. В этой истории — самое главное вытащить Джона, без этого — остальное пойдет прахом.
Если Кит будет драться с Аланом у всех на виду — это отвлечет внимание, даст небольшой шанс. За эту неделю, я очень надеюсь, Джону станет хоть немного лучше и сможет идти сам… Гвардейцы в отсутствии Джона подчиняются Шибел, с ней будет сложнее всего, Шибел непредсказуема. В отсутствии Шибел — Гордану. А вот с Горданом, возможно, будет проще…
С Горданом мы пошли гулять в парк. Перед самым балом, чтобы у него не было времени передумать и прийти в себя, найти другие пути.
Ночи сейчас теплые. И темные, как назло, никаких звезд на небе, все заволокло облаками. Или на счастье, наоборот, если вспомнить, зачем я сюда пришла. Легче укрыться.
Я веду его в дальний, темный, укромный уголок. Настолько укромный, что у Гордана, кажется, начинают мелькать подозрения, но стоит его страстно приобнять, и Гордан готов на все. Он не глуп, но тщеславен, близкая цель и скорая награда затмевают осторожность. И он искренне верит, что я могу его хотеть. А когда пытается спросить — куда же мы в такую глушь, я только загадочно улыбаюсь: «Чтобы нас никто не услышал», и целую его быстро, но многообещающе, и Гордан, конечно, совсем не о том думает.
Главное, чтобы Нэт был на месте, чтобы ничего не задержало его.
Вон там, в конце высокой живой изгороди. Мне нужно только довести Гордана до угла, а дальше дело за Нэтом.
Но Гордан останавливается.
— Ланни, зачем мы здесь?
Прислушивается.
Я не слышу ничего, но Гордан, похоже, начинает подозревать.
— В память о наших первых встречах, — ласково говорю я. — Идем, я хочу здесь, в саду.
— Ланни…
Гордан смотрит на меня с сомнением, что ж, он не дурак. Вот только уже поздно. Если Нэт на месте, он уже заметил нас, и тут достаточно темно и тихо, чтобы внимание не привлекать. Нужно только, чтобы Гордан не поднял тревогу.
Я обнимаю его за шею. Целую.
— Хорошо, давай здесь, — говорю достаточно громко, чтобы Нэт услышал.
Начинаю расстегивать пуговички на его груди.
На мгновение Гордан останавливает меня, недоверчиво. Я так долго отказывала, что теперь…
— Почему здесь?
— Я так хочу.
Улыбаюсь, глажу его щеку.
Через его плечо вижу, в конце дорожки из-за изгороди выныривает тень. Мягко, быстро приближается.
И пока Гордан не услышал шаги, я снова целую его.
Лишь несколько мгновений, и Гордана отбрасывает в сторону, на землю. Так же, как Кита на лестнице — вывернув руки за спину, прижав коленом к земле. Вот только еще и рот ему зажимает.
— Услышу хоть звук, перережу горло, — говорит Нэт. — Ты умрешь раньше, чем подоспеет помощь. Кивни, если понял.
Гордан кивает отчаянно.
Нэт быстро и умело связывает ему руки за спиной. Потом переворачивает.
— Сейчас пойдешь со мной, — говорит ему. — Если будешь вести себя хорошо, то пока останешься жив, я даже верну тебя во дворец утром. Но помни — дернешься неудачно и умрешь сразу. И еще, что бы ты знал, Милн передал мне интересные бумаги, если я придам их огласке, за твою жизнь больше не дадут и медяка.
— Бумаги?
— Я разрешал говорить? — удивляется Нэт, и бьет кулаком в зубы. — Твои письма Ришерту. Об Эйрике. И Нивене.
И я даже отсюда, даже в темноте вижу, как Гордана трясет.
* * *Подвал какого-то дома в окрестностях. Тут недалеко.
Гордана вывели из сада с дальней стороны, Нэт буквально перебросил его через забор, Гордан не пытался особо сопротивляться. А там ждала повозка и Мартин.
— Я думал, ты мертв, — сказал Гордан еще по дороге.
— Я думал, ты умнее, — усмехнулся Нэт. — Теряешь хватку, раз тебе не сообщают такие вещи. Думаешь, Ришерт оставит тебя в живых?
Гордана передернуло.
— Я ему нужен.
— Зачем? — удивился Нэт. — Когда он получит власть, то приведет в Кетнах своих людей. А ты слишком много знаешь, значит опасен. Ты долго не проживешь.
— Хочешь сказать, ты готов простить меня?