Воинственные фейри (ЛП)

— Так, где же номер четыре? — прорычал я, направляясь по туннелю, и увидел, что он царапается в дверь и зовет кого-то открыть ее с другой стороны. Однако не было похоже, чтобы кто-то пришел ему на помощь.
Я заключил его голову в глушащий пузырь, подавляя крики, и он повернулся, чтобы сразиться со мной, магический ветер хлестал вокруг меня, пока он отчаянно пытался воспользоваться своим воздушным Элементом. Я вырастил острый сталактит из потолка над ним, и он врезался в его голову, убив в одно мгновение, вымещая свою ярость на этом куске дерьма, который посмел скрыть от меня мою девочку.
Габриэль вернулся ко мне, его руки были в крови, а глаза потемнели, когда он подошел к двери. — Она здесь, — пробормотал он, и мое сердцебиение участилось. Я попыталась открыть дверь с помощью магии земли, но какая-то темная сила помешала мне использовать ее.
— Открой ее, — приказал я, и Габриэль начал накладывать на черную дверь свое заклинание «дверь-куда везде», протягивая перед собой пузырь глушения, чтобы сделать свою работу тише. Проклятие покинуло его, пока он работал, и я видел, как он борется с темной магией, которую использовал, что сделало меня менее склонным к желанию выучить это заклинание.
Когда все было готово, он прошел через треугольную дверь, вырезанную в металле, и я последовал за ним, отчаянно ища ее, когда мы оказались в другой усиливающей камере. Дверь мгновенно захлопнулась за нами, и Габриэль перевел дух, приходя в себя от темной магии. Его рука внезапно выбросилась вперед, и черноволосая девушка в одеянии попала в захват его лиан.
Она показалась мне смутно знакомой, и когда Габриэль с усмешкой посмотрел на нее, ее глаза расширились от узнавания.
— Габ-риэль? — прохрипела она.
— Отчасти это ради лягушек, Карла, но в основном ради моей девочки, — он развел руки в стороны и свернул ей шею, его взгляд был беспощаден, когда она рухнула на пол.
Я протиснулся мимо него, разыскивая Элис, и мой взгляд остановился на пряди сиреневых волос, выглядывающих из-под кучи одеял, в которых она свернулась на полу. Я бросился к ней, опустился на колени и оттащил одеяла назад, рассеивая вокруг себя заглушающий пузырь.
Она обмякла в моих руках, и паника пробрала меня до костей. — Габриэль, что с ней? — потребовал я, ощущая ее тепло на моей ледяной плоти как единственное утешение, что она все еще жива.
Его брови сошлись в озабоченности. — Ее накачали неллавидом, чтобы держать в состоянии покоя, — прорычал он, и мои зубы удлинились до острых кончиков во рту, когда я приготовился дать ей свое противоядие.
— Подожди, — шипел он. — Не большая доза. Король истощил ее, и она изголодалась по крови. Если она полностью проснется, она потеряет себя от жажды крови и убьет тебя прежде, чем поймет, что натворила. Мы сможем накормить ее, когда выберемся отсюда.
Ярость пронзила мою грудь при этих словах: что этот гребаный кусок дерьма Король сделал с моей девочкой. Я бы заставил кричать каждое нервное окончание в его теле, когда он окажется в моих руках. Я буду пировать на его боли, вытягивая каждую каплю, которую он сможет дать.
Я убрал прядь сиреневых волос с ее шеи, а затем прикусил, впуская немного противоядия из себя в ее вены. Я отстранился, борясь с желанием дать ей все, что нужно, и провел большим пальцем по следам от зубов, чтобы залечить их. Она сонно моргнула, и ее ярко-зеленые с серебром глаза нашли мои. Черт возьми, она так прекрасна.
— Привет, детка, — я ухмыльнулся, мое сердце билось сильнее, чем когда-либо, практически вырываясь из груди. — Ты действительно думала, что я не приду за тобой?
— Райдер, — вздохнула она, потянувшись ко мне, и я прижал ее к своей груди, яростный рык защитника вырвался из меня.
Ее губы прижались к моим, и я получил поцелуй, которого жаждал уже несколько недель. Весь мой мир был здесь, в моих объятиях. Эта девушка была началом и концом моей жизни и всем, что было между ними.
Габриэль вдруг оказался рядом, поднял нас на ноги, и Элис оторвалась от меня со стоном потребности, прильнула к нему и обвила руками его шею, целуя его тоже.
 
— Как вы меня нашли? — умоляла она, прижимаясь к его губам, и я понял, что мне даже не хочется отрубить ему голову за то, что он так к ней прикоснулся. Его потребность в ней была такой же острой, как и моя собственная, и если он готов наказывать, пытать и убивать ради этой девушки, как это сделал бы я, то, полагаю, я должен считать его достойным.
Габриэль не успел ответить на этот вопрос, как Данте и Леон начали колотить кулаками по двери и кричать, чтобы их впустили. Последовал оглушительный грохот, и статическое электричество заставило волосы на моих руках встать дыбом.
Я рванул через всю комнату к мертвой суке на полу, порылся в ее карманах, но ключа не нашел. — Как, блядь, мне ее открыть, Большая Птица?
— У нее есть метка, используй ее ладонь, — настоятельно сказал Габриэль, и я потащил девушку к двери за руку, шлепнув ладонью по ней.
Дверь открылась, и Данте с Леоном проскочили внутрь, прежде чем я захлопнул ее перед рукой парня. Я продолжал хлопать, пока он не отдернул ее с воплем, и дверь не встала на место.
Данте и Леон были окровавлены и задыхались, но когда их глаза упали на Элис, вся тьма в них рассеялась, как пелена. Мы с Габриэлем перекинули лианы через дверь, чтобы она не открылась снова, но, судя по звукам, там было чертовски много фейри, пытавшихся проникнуть внутрь. И это не могло продолжаться вечно.
— Маленький монстр! — Леон подбежал к Элис, вырвал ее из рук Габриэля и закружил, целуя ее как маньяк.
— Лео, — пролепетала она, цепляясь за него изо всех сил в своем ослабленном состоянии, а затем прижалась к Данте, когда он поцеловал ее.
— Давайте оставим воссоединения на потом, когда мы действительно сбежим, — прорычал я, когда Леон сжимал ее задницу и выглядел на одну секунду от того, чтобы устроить трах в середине дерьмового шторма.
Но потом она обмякла в его руках, и ее глаза на мгновение закрылись, заставив всех нас встрепенуться. Леон с озабоченным рыком погладил ее по голове, и я ощутил то же чувство до самых костей. Нам нужно было увезти ее отсюда. Быстро.
С другой стороны двери раздался громкий стук, и она зловеще задрожала.
— Ей нужно покормиться, — прорычал я, с тревогой глядя на Габриэля, и моя челюсть сжалась.
— Нет, сейчас это слишком опасно, — твердо сказал Габриэль. — Мы покормим ее, как только выберемся отсюда.
— Тогда скажи мне, что у тебя есть план, мальчик будущего, — потребовал я.
Глаза Габриэля остекленели, и Элис подняла голову, глядя на него с болью в глазах. Выражение ее лица было напряженным. Я бы накормил ее до последней капли крови в моих венах, как только доставил бы ее в безопасное место.
Габриэль вынырнул из своих видений, когда дверь вздрогнула и чуть не поддалась. Я добавил больше магии к путам, но еще одна громовая атака заставила их затрещать.
— Понял, — сказал Габриэль сдавленным голосом, который говорил о неминуемой гибели. — Без паники.
Он поднял руки, устремив взгляд на стеклянный потолок над головой, и его пальцы скрючились, когда он зачерпывал воду за ним. Паутина трещин рассыпалась по стеклу, и мое дыхание участилось.
— Это и есть твой гребаный план? — прошипел я, но он не ответил, его решение было очевидным в его глазах.
Я подбежал к Элис, забрал ее из рук Леона и крепко прижал к груди, пока остальные сгрудились вокруг меня.
— Ты уверен в этом, Гейб? — спросил Леон.
— Нет, — ответил Габриэль, сосредоточившись.
— Если ты убьешь нас, я вернусь из-за завесы, чтобы убить твою задницу с большой силой, falco, — предупредил Данте.
— Поддерживаю, — задыхаясь, сказала Элис, а потом ее глаза снова затрепетали, и мое сердце заколотилось.
— Приблизьтесь ко мне, все вы, — потребовал Габриэль, и мы сгруппировались вокруг него. Леон прижался ко мне, в его груди раздалось глубокое урчание, когда он наклонился поближе, чтобы лизнуть волосы Элис.