Воинственные фейри (ЛП)

Я ничего не сказал в ответ на слова Габриэля, но тяжесть в груди от его пренебрежения ко мне внезапно ослабла. В кого я, черт возьми, превращаюсь?
— В какую сторону нам идти, falco? — спросил Данте, и Габриэль дернул головой, приглашая нас.
Леон отступил назад, чтобы поспешить рядом со мной, пока мы следовали за Большой Птицей, и он наклонился ближе, чтобы прошептать мне на ухо. — Как здорово, что мы все вместе отправились на спасательную операцию. Это ведь для альбома, правда, чувак?
— Пожалуйста, скажи мне, что у тебя нет альбома, — пробормотал я.
— Я застрял в этом доме в ожидании новостей о моей паре в течение двух дней, что еще я должен был делать со всеми фотографиями, которые я сделал за последние несколько недель? — пробормотал он.
— Точно не делать альбом, — отчеканил я. И что за чертовы фотографии?
— Тогда как я покажу Элис все то, чем мы занимались, Шрам? — он огрызнулся, как будто я был сумасшедшим.
Габриэль поднял руку, чтобы остановить нас, и застыл на месте, его глаза остекленели, и он долго смотрел в сторону разбивающихся волн. Затем он снова начал двигаться, направляясь прямо к морю с бешеной скоростью.
— Держитесь позади меня! — рявкнул он, и мы все поспешили за ним.
Холодная вода омывала мои ноги, когда я шел прямо в море, тяжело дыша. Я чувствовал ее где-то здесь, так близко, что почти ощущал ее вкус. И, черт возьми, я бы обязательно попробовал каждый ее дюйм, как только она окажется у меня в руках. Я хотел ее сердце, ее душу, ее боль, все это было моим. И мне было все равно, как далеко мне придется нырнуть в океан сегодня ночью, чтобы спасти ее, потому что когда я вернусь на поверхность, она снова будет рядом со мной, и не было такого путешествия, которое я бы не совершил ради этого.
Я последовал за Габриэлем в темную воду, пока волны яростно разбивались о нас, а мое сердце стучало чуть сильнее, чем обычно. Я не чувствовал холода, а кожа Леона практически пылала от его магии огня, когда он согревал себя, его рука легла на руку Данте, чтобы предложить ему такое же облегчение без единого слова.
Волны накатывали все выше и выше, и когда мы зашли по пояс в воду, огромная волна поглотила нас своей тенью. Она обрушилась с огромной высоты, пенилась и пенилась, прежде чем накрыть нас. Я ожидал, что меня отбросит ее мощь, но вместо этого мои ноги ударились о твердый каменный пол, и я вышел в туннель, освещенный зелеными факелами на стенах.
Габриэль создал вокруг нас заглушающий пузырь, когда Леон и Данте вышли из клубящейся стены воды позади нас, удивленно оглядываясь по сторонам.
Леон издал низкий свист. — Я бы хотел что-то похожее в нашем доме.
— В каком доме? — прошептал Данте, когда мы двинулись по туннелю.
— В том, который мы купим вместе после того, как женимся на Элис, — прошептал он в ответ, и я издал рык. Как будто я когда-нибудь буду жить в одном доме с Инферно или с кем-то из них, если на то пошло.
Дойдя до поворота в туннеле, Габриэль сделал паузу и поманил меня вперед. — Чувствуешь жажду крови, Райдер? — спросил он.
— Всегда, — ответил я, шагнув в его сторону, и он кивнул, приглашая меня идти дальше.
— Один слева от тебя, — сказал он.
Я вскинул в руках стальной клинок с деревянной рукояткой и зашагал вперед, пузырь молчания Габриэля расширился, чтобы остаться вокруг меня. Я свернул в соседний туннель и обнаружил слева члена Черной Карты в длинной мантии, который стоял, глядя в большую камеру перед собой.
Я подкрался к нему сзади и зажал рот ладонью, запустив прямо в рот пузырь глушителя, чтобы заглушить его крики, а затем вонзил нож ему между лопаток. Смерть была быстрой и легкой, но я упивался острой болью, прежде чем он умер, а затем оттащил его за плечи назад, к остальным.
— Здесь, внизу, его негде спрятать, — шипел я. — Используй заклинание сокрытия.
— Неа, — Леон раскрыл ладонь, когда я повалил парня на пол, и огонь полыхнул по его телу с такой яростной температурой, что растворил его в пыли за несколько секунд. Данте взмахнул рукой, и пыль разлетелась в том направлении, откуда мы пришли, а потом впечаталась в стену воды и исчезла навсегда.
 
— Черт, — вздохнул я, ненавидя быть впечатленным, но каков способ избавиться от тела.
— Ты следующий, Данте. Впереди пять туннелей из камеры, и каждый охраняется членом Черной Карты, — сказал ему Габриэль.
— Он получит пять убийств? — прорычал я в разочаровании.
— Штормовые силы, serpente, — Инферно ухмыльнулся, проходя мимо меня. — Вот почему я самый страшный фейри в Алестрии.
— Чушь собачья, — опасно зашипел я, делая шаг вперед, но Габриэль прижал руку к моему плечу и пристально посмотрел на меня.
— Ты получишь больше всех убийств сегодня, независимо от этого, — сказал он низким тоном, и меня охватило удовлетворение.
— Lo vedremo (п.п. увидим), — пробормотал Инферно, уходя по туннелю, и мы направились за ним.
Мы достигли края прохода, окутанные заклинаниями сокрытия, так как Леон и Габриэль работали вместе, чтобы спрятать нас. Электричество потрескивало по телу Инферно, и он поднял руки, глядя на фигуры в мантиях, стоящие у выходов из туннелей вокруг огромной усилительной камеры. Я с усмешкой посмотрел на стеклянную куполообразную крышу над головой и проносящуюся над ней стаю рыб. Думаешь, тебе сойдет с рук спрятать мою девочку под океаном, как чертова многоножка в саду Урсулы из «Русалочки»? Я выжму из тебя каждую каплю боли, Король. Это будет проклятый звездный пир.
Данте выпустил взрыв электричества, пять выстрелов устремились к его жертвам и врезались в их груди. Все они рухнули в унисон, а Габриэль выбежал вперед, маня нас за собой, пока статическое электричество лизало мое тело.
— Леон, Данте займитесь телами. У нас есть две минуты, пока кто-нибудь не направится в эту сторону. Райдер, ты со мной, — приказал Габриэль, и я побежал за ним, когда он свернул в один из туннелей и перепрыгнул через тело в его середине.
Я оглянулся на Леона и увидел, что его глаза прожигают меня.
— Найдешь ее и вернешь, Райдер, — огрызнулся он, и я кивнул, слишком захваченный тем, как близко я чувствовал себя к Элис, чтобы злиться на все приказы, которые я получал налево, направо и, черт возьми, в самом центре.
Я побежал за Габриэлем, свернул в еще один темный проход, прежде чем он остановился и, похоже, стал считать под нос.
Когда он закончил, он посмотрел на меня. — Четыре члена Черной Карты. Парень справа — тот, кого ты должен остерегаться, — сказал он мне. — Я возьму на себя троих, которые сейчас подойдут к нам сзади, — он повернулся и пошел прочь, а я, не раздумывая, бросился вперед, зажав в руке лозу и приготовив другую ладонь, чтобы зарядить ее магией. Энергия бурлила в моих жилах в предвкушении предстоящих убийств. Эмоции были полностью отключены, сердце — холодное, черное, билось только для одной фейри в этом мире. Она была причиной того, что оно вообще работало, причиной того, что оно хотело продолжать биться. Элис Каллисто была жизнью, которой мне не хватало с самого детства, и я был здесь, чтобы вернуть ее вместе с каждой мечтой о будущем, которое она мне подарила. Я больше не хотел просто существовать. С ней я мог испытать все оттенки, которые мог предложить мир.
Я свернул в длинный проход, который заканчивался черной дверью, и тут в меня ударила магия воды из того, что стоял справа. Я воздвиг огромную каменную стену, чтобы заблокировать ее, и с помощью кнута свалил с ног двух придурков слева, а затем метнул в них острые деревянные копья. Они умерли с воплями и болью, шипящей в моих венах, пока я огибал скальную стену.
Огромный водный Элементаль обрушил на меня бурю ледяных осколков, я отбил их еще одной стеной земли. Мой адреналин повысился, когда один из них просвистел мимо моего уха. Я издал гневный вопль, вынырнул из укрытия и ударил кулаком в его уродливое лицо. Его голова откинулась назад и ударилась о стену, моя неожиданная атака оставила его в оцепенении достаточно долго, чтобы я смог вогнать деревянный клинок в его грудь. Он умер со стоном, и я толкнул его на пол, оставив лезвие в его сердце, пока вытирал кровь со своей щеки.