Алмазы французского графа

Леонид Викторович на приглашение следователя согласился, пообещав приехать в управление к десяти утра.
— Вы хотите сообщить мне что-то? — поинтересовался он. — Что-то уже прояснилось?
— Мы работаем, Леонид Викторович, — ответил ему лейтенант. — И нам понадобилась Ваша помощь.
  
ГЛАВА 12
 
Январь 1942 год.
Новый год они встречали весело. Алевтину Борисовну в этот день отпустили с работы пораньше, еще засветло, да к тому же, она явилась в избу с елкой.
— Вот вам лесная красавица, дед Максим принес, — воскликнула она. — Не обманул! Он ведь такая шельма, ему соврать, что мне через левое плечо плюнуть! А тут нате вам! Я и не ожидала.
Мальчишки, увидев елку, закричали ура и захлопали в ладоши.
А потом повисли на шее у Алевтины Борисовны.
— Подождите — ка! — отстранила их она, поочередно чмокнув в макушки. — Пока светло надо на чердак слазить. Там где-то в старом чемодане у нас новогодние игрушки лежат.
— А можно я с тобой полезу, тетя Аля — попросил Дима.
— И я! — ревностно поглядывая на старшего товарища, которому в силу возраста тетя Аля могла и не отказать, требовательно закричал Виталька.
— Нет, мальчишки! На чердак никто со мной не полезет! Там не только ноги, голову сломать можно! Вы мне лестницу держать будете! — и они втроем отправились в сени.
Пока мальчики наряжали елку, Алевтина Борисовна зарубила курицу и поручила ее ощипывать Соне.
— На — ка вот тебе работу! — сказала она, входя в избу с истекающей кровью пеструшкой. Пока будешь ощипывать, я тесто поставлю. Только сначала к Марьяне схожу. Она обещала дрожжей дать. Ей вчера сноха из центра привезла.
— Да, как же, тетя Аля! Ты что ж, пеструшку-то?
— Ничего, Сонюшка, по такому случаю можно! Новый год же!
Соня улыбнулась и покачала головой.
— А сама все сетует, что яиц не хватает!
Стол получился по настоящему праздничный. — Курица с картошкой, квашеная капуста, да еще и пироги с сушеной черникой! Мальчишки уплетали за обе щеки, да и Соня с тетей Алей, которая принесла себе от Марьяны чуток самогоночки, от них не отставали.
А через час после застолья к ним явилась и сама Марьяна. Она присела к столу, чтобы выпить с подругой по стопарику, а потом принялась настоятельно приглашать тетю Алю к себе.
— Пойдем, пойдем Алевтина. Там Зойка Акиншина пришла, Галина Супейко, сноха моя. Посидим, попоем!
— А детвора как же? — забеспокоилась Алевтина Борисовна.
— Да у тебя ж Соня есть! Что ж она за ними не присмотрит?
— Присмотрю и спать уложу! — сказала Соня. — Иди, иди, тетя Аля, не беспокойся.
— Во! Видала, какая помощница! — обрадовалась Марьяна. — Чего тебе тут делать-то!
— Ладно, пойдем, подруга! — согласилась Алевтина Борисовна. — Уговорила.
После ухода тети Али Соня организовала несколько новогодних аттракционов, выуживая их из памяти со школьных новогодних утренников. Она давала мальчикам какие-нибудь задания, а потом, выигравшего, поощряла очередным призом — пирогом. Правда есть его уже никто из них не мог, и посчитанный пирог возвращался на тарелку.
— Ну, все! Теперь канат тянуть будете! — сказала Соня. — Только призов я вам давать уже не буду. Теперь, проигравший сам будет давать мне призы, причем, по моему желанию.
— Какие призы? — почти в один голос спросили мальчики.
— А вот над этим я подумаю. — И она отправилась в сени за веревкой.
Виталька в этом соревновании, конечно же, проиграл. И только, было, настроился заплакать, как у него над ухом прозвучал укоряющий голос Сони.
— Ну вот, а я — то думала, что ты настоящий мужчина!
Виталька шмыгнул носом и вопросительно на нее взглянул.
— Настоящие мужчины никогда не плачут! — сообщила ему Соня. — Им это делать стыдно!
— А я и не плачу! — гордо вскинув голову, сказал мальчик.
— Вот и молодец. Теперь всем ясно, что ты настоящий мужчина, только пока силенками слабоват. Но, ничего, тебе только чуть чуть подрасти осталось, чтобы Димку догнать. А ну — ка, давайте я вас ростом померю. — И она заставила мальчиков прислониться друг к другу спиной.
 
— Ну, Виталька, тебе и осталось-то совсем немного! — Вот сколько!
Виталька, увидев, что размер, ограниченный ее ладошками и впрямь невелик, обрадовался и радостно заскакал по комнате.
Соня же, подняв ему настроение, поняла, что настало время перейти ко второй стадии хитрости.
— Так ты у нас настоящий мужчина или нет? — спросила она малыша.
— Настоящий! — утвердительно ответил Виталька, и сам только что поверивший в это.
— И плакать больше не станешь?
— Неть! — серьезно пообещал он.
— Тогда неси мне приз, раз проиграл.
Мальчик согласно кивнул, еще и сам не понимая, чего она от него хочет, но раз это укрепляло его статус настоящего мужчины, он был согласен на что угодно.
— Неси сюда свою шкатулку! — сказала Соня.
— Неть! — тут же вырвалось у Витальки, ибо посягать на шкатулку он до сих пор еще никому не позволял.
— Ну вот, опять! — разочарованно сказала Соня. — Ты же обещал!
— Неть! — решительно сказал малыш и покачал головой.
— Мы только откроем ее и посмотрим, наконец, что там лежит, а Виталька? — не унималась Соня, которой давно хотелось это сделать.
Тут и Дима подключился к уговорам, обещая, что ничего они с этой шкатулкой не сделают, а как только посмотрят, что там лежит, тут же вернут ее Витальке.
— Неть! — упрямо повторял мальчик, не подаваясь на уговоры друзей.
— Жадина! — обозвал его Дима, понимая бесполезность их с Соней стараний.
— А мы тогда водиться с тобой не будем, правда, Соня?
— Правда! — согласилась Соня.
Виталька насупился, явно сдерживая слезы, а потом отвернулся от них и припустился бегом в другую комнату.
Он забрался на кровать, вытащил из-под подушки свою шкатулку, прижал ее к себе и отвернулся от Сони с Димой, которые вошли вслед за ним.
— Ну и спи теперь со своей шкатулкой, — в сердцах сказала Соня. — А мы с Димкой будем веселиться, пока тетя Аля не придет! — И они, затворив за собой дверь, ушли.
Они посидели за столом еще немного, решив попить чаю. Соня поставила на плиту чайник, а потом заварила сушеный лист смородины и малины в маленькой кастрюльке, разбавив его кипятком.
— А давай вытащим у него шкатулку после того, как он уснет! — предложила она Диме.
— Давай! — согласился тот.
До сих пор им такой возможности не представлялось. Днем Виталька тщетно следил за своим сокровищем, а на ночь вытаскивал из-под подушки и передавал на хранение тете Але.
Они подкрались к кровати незаметно. Виталька тихо посапывал во сне, раскинув руки. Шкатулка лежала под его правой рукой. Соня осторожно приподняла ее, взявшись за край рукава, и вытащила шкатулку.
— Бежим! — скомандовал Дима.
— Ты что! — урезонила его Соня. — Наоборот, надо выйти тихонько, на цыпочках, чтобы он не проснулся!
Они уселись на диван, и Соня, взяв в руки шкатулку, принялась крутить круглый шифрованный замочек, поочередно совмещая разные цифры с белым треугольничком — меткой, нанесенным на боковую поверхность крышки шкатулки.
— Что ты хочешь сделать? — поинтересовался Дима.
— Я пытаюсь разгадать код.
— Какой код?
— Набор цифр. Видишь, вот здесь на циферблате циферки?
— Угу!
— Ну вот! Теперь, по видимому, надо их совмещать вот с этим треугольничком поочередно, и угадывать код.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю. У моего папы был такой портфель с кодом. 1, 5, 8, 4. — Вот какой у него был код!
— А здесь какой? — не унимался нетерпеливый Дима.
— Не знаю, потому и надо угадывать!
Дима разочарованно вздохнул.
— Я думал, мы ее сразу откроем.
— У тебя, что, терпения не хватает? — по взрослому заметила ему Соня.