Далекие странники (ЛП)

— Ха! Занятно! — озорно хихикнула Гу Сян.
Пользуясь случаем, девушка выпустила из рукава дротик, который попал в лицо стоявшему перед ней противнику. Тот рухнул навзничь, даже не пикнув. Оставшиеся враги заметно подрастеряли мужество.
Гу Сян, почуяв слабину, впала в убийственную ярость и начала атаковать всех без разбора. Но Чжоу Цзышу после приёма со статуей окончательно выдохся. Почувствовав, что конечности опять сковал холод, он перестал красоваться, оставил сражение и безмятежно присел на алтарь, приняв позу для медитаций.
Поглощённая схваткой Гу Сян не сразу это заметила. А заметив, не поверила глазам.
— Чжоу Сюй! Ты что делаешь?! — обвиняюще крикнула она через плечо.
— Сестрица Гу, я всего лишь беспомощный нищий, — лениво отозвался Чжоу Цзышу. — Я никогда раньше не видел таких грозных мужчин. Мне очень страшно. Прошу, защити меня!
У Гу Сян от гнева затряслись руки, и она вогнала свой кинжал в грудь противника по самую рукоять. Клинок намертво застрял между рёбрами человека в маске — ни туда ни сюда. Гу Сян была проворна, но недостаточно вынослива для длительной борьбы. Лишившись оружия, она встревоженно отступила на три шага, продолжая защищаться из последних сил.
Чжоу Цзышу успел перевести дух, но предпочитал с улыбкой наблюдать за происходящим, не торопясь возвращаться к битве. Пока все были заняты свирепой воительницей, он подобрал из-под ног несколько камешков, покатал их в ладони, а затем резко метнул один. Камень попал в лоб неприятеля, намеревавшегося исподтишка наброситься на Гу Сян.
— Плохо, юная дева! Совершенно неприемлемо. Твои движения непродуманны и бессистемны, — указав Гу Сян на ошибки, Чжоу Цзышу швырнул второй камешек.
Вылетев со скоростью молнии, крохотный снаряд щёлкнул по точке хуаньтяо[39] одного из людей в черном. Тот покачнулся и начал падать. К удобству Гу Сян, прямо ей под ноги. Девушка инстинктивно подняла стопу, и вспышка света отразилась от короткого кинжала, выскочившего из подошвы её расшитого сапожка. Лезвие вонзилось мужчине в горло, а Чжоу Цзышу продолжил неторопливо давать наставления:
— Таз — это основа равновесия. Устойчивая стойка крайне важна. Если твои движения разболтаны, а опора — ненадёжна, сможешь ли ты поручиться, что не потеряешь контроль над телом в критической ситуации?
Гу Сян была сообразительной девочкой. Уворачиваясь от атаки, она пригнулась и с силой подсекла щиколотку противника. Как только человек в маске утратил то самое равновесие, девушка перехватила его запястье и отняла оружие, а потом окончательно добила врага ударом в темя.
Третий камень Чжоу Цзышу угодил в точку цзянь-цзин[40] на теле следующего убийцы, застигнув того во время прыжка вперед. Перестав чувствовать верхнюю часть тела, нападавший по инерции хлопнулся на землю.
— Всё равно плохо! Построение удалось разбить, но это не повод рисковать. Прекрати их недооценивать! — осуждение манеры боя Гу Сян сопровождалось разочарованным вздохом скучающего бездельника.
После новой подсказки Гу Сян выполнила последовательность быстрых летящих шагов, гибко уклонившись от троих противников. В попытке дотянуться до девушки они неосознанно нарушили построение, что ослабило их защиту и открыло слабые места. Гу Сян воспользовалась этой ошибкой и поочерёдно избавилась от каждого.
Вскоре на полу образовалась гора трупов. Оставшиеся в живых враги переглянулись и начали отступать, сообразив, что и для них дело добром не кончится. Чжоу Цзышу хмуро сдвинул брови: эти люди доставили слишком много хлопот. Он согласился сопроводить осиротевшего мальчишку в Тайху к господину Чжао, но вовсе не был настроен всю дорогу отбиваться от убийц. Если позволить людям в масках сбежать, позже они вернутся с подмогой. Эти заговорщики, трусливо скрывающие лица, предприняли подлую атаку в попытке уничтожить всех до последнего членов благородной семьи Чжанов. Определённо, от подобных отбросов не стоило ждать ничего хорошего.
Молниеносное движение размытого силуэта вызвало у Гу Сян головокружение. Только что Чжоу Цзышу сидел на алтаре — и вот уже переметнулся к порогу с лёгкостью ивовой пушинки, плывущей по ветру.
 
Ближайший к выходу человек хотел отворить дверь плечом, но плечевую кость с треском выбили из сустава. Чжоу Цзышу схватил противника за горло и сломал ему шею одним мягким движением пальцев, одновременно подняв упавшее оружие жертвы носком сапога.
На болезненно-жёлтом лице Чжоу Цзышу появилась зловещая улыбка.
Гу Сян не успела и глазом моргнуть, как все убийцы превратились в трупы. Девушка изумлённо вытаращилась на бездыханные тела. Оборванец Чжоу Сюй разговаривал и держался, как представитель именитого клана, а его боевой стиль потрясал искусностью и безжалостностью. Всё это вынуждало задуматься, что он за человек.
Увы, в данный момент Чжоу Цзышу был куда слабее, чем полагала Гу Сян. Его ноги грозили подломиться, суставы словно превратились в желе. На скорость движений в схватке это не влияло, но едва он приземлился, понял, что вот-вот упадёт. Чжоу Цзышу не желал демонстрировать слабость перед малознакомой девицей, и, когда его сильно качнуло, отступил на несколько шагов с таким видом, будто так и было задумано. Походка Чжоу Цзышу казалась невесомой, как полет пёрышка, но в действительности он был в плачевном состоянии, отчаянно пытаясь сохранить равновесие или найти опору.
Неизвестно откуда появилась пара рук, что обхватила его сзади и удержала на месте. Чжоу Цзышу вздрогнул: он совершенно не заметил приближение другого человека! От осознания своего промаха его бросило в холодный пот. К счастью, незнакомец не преследовал иных целей, кроме как помочь Чжоу Цзышу устоять на ногах.
— Господин! — просияла Гу Сян.
Чжоу Цзышу облегчённо выдохнул и обернулся. Его поддерживал тот самый мужчина в сером из таверны. При ближайшем рассмотрении ему можно было дать около двадцати восьми лет. Мужчина обладал выдающейся красотой, однако цепкий взгляд чёрных глаз кого угодно заставил бы почувствовать себя неуютно.
Прямо сейчас эти пытливые глаза вперились в лицо Чжоу Цзышу нагло и беззастенчиво, словно норовили увидеть, что там под кожей.
Чжоу Цзышу прокашлялся и сказал:
— Благодарю…
— Вэнь. Вэнь Кэсин, — подсказал мужчина, продолжая глядеть то ли с недоверием, то ли с недоумением. Когда он хмуро обозрел шею и руки Чжоу Цзышу, подозрительности во взоре прибавилось.
Чжоу Цзышу не знал намерений мужчины, но был совершенно уверен в безукоризненности своей маскировки. В противном случае он лишился бы головы ещё лет десять назад.
— Ах, спасибо, Вэнь-сюн,[41] — произнёс Чжоу Цзышу без малейшего волнения.
Человек в сером даже не подумал прервать свой загадочный осмотр. Прошло немало времени, прежде чем он кивнул:
— Не стоит.
После этого Вэнь Кэсин наконец отвёл взгляд и вошёл в полуразрушенный храм. Расторопная Гу Сян уже навела там уют — оттащила трупы в сторонку и подгребла свежее сено, приготовив своему господину место для сидения. Вэнь Кэсин удобно устроился и продолжил изучать лицо Чжоу Цзышу, будто не мог наглядеться. Во избежание недоразумений он уведомил:
— Я не имею в виду ничего предосудительного.
Чжоу Цзышу сразу понял, у кого Гу Сян набралась эксцентричности. Без лишних слов он отсел подальше и сосредоточился на медитации.
Приблизительно через два часа Чжоу Цзышу открыл глаза и вновь увидел Вэнь Кэсина прямо перед собой. Тот сидел, расслабленно прислонившись к стене и согнув одну ногу в колене. Непонятно чего дожидаясь, этот странный человек склонил голову набок и продолжал сверлить Чжоу Цзышу пристальным взглядом из-под ресниц.
Чжоу Цзышу не мог не спросить:
— У меня что-то с лицом? Почему Вэнь-сюн рассматривает меня часами напролёт?
— Ты изменил внешность? — невозмутимо поинтересовался Вэнь Кэсин.
Чжоу Цзышу внутренне напрягся, но не подал виду.
— Что-что?
Вэнь Кэсин проигнорировал вопрос, продолжив разговаривать сам с собой: