Далекие странники (ЛП)

Гу Сян готова была пылко возразить, однако, взвесив все за и против, веско кивнула:
— Ты прав. Если бы я в самом деле убила Призрака Висельника, мои предки восстали бы из могил! Но у меня нет родителей, я понятия не имею, где они похоронены и есть ли у них вообще могилы. Поэтому они не могут восстать. Следовательно, этот человек точно не Призрак Висельника.
В выводах Гу Сян не было абсолютно никакой взаимосвязи, но она осталась довольна работой собственного ума. Чжоу Цзышу не хватило духу испортить девушке настроение. К тому же, у него начинало темнеть в глазах от боли. Поэтому Чжоу Цзышу просто прислонился к стене и сомкнул веки в ожидании утра.
После полуночи терзания от гвоздей становились адскими. Обычно Чжоу Цзышу старался лечь пораньше, чтобы успеть отдохнуть к окончанию третьей стражи[33] и пережить приступ с новыми силами. Однако сегодня выспаться ему не дали, а теперь заснуть было невозможно. Всё, что оставалось — стиснуть зубы и терпеть.
Только когда на восточном горизонте забрезжил рассвет, мучения пошли на убыль. К этому времени Чжоу Цзышу чувствовал себя практически парализованным. Он занялся дыхательной практикой, чтобы распределить энергию по онемевшему телу. Но внезапно Гу Сян, прикорнувшая на алтаре, вскинулась и начала тревожно оглядываться.
— У нас гости! — прошипела она.
Чжоу Цзышу помрачнел. Он тоже почуял чужое присутствие и хотел вскочить, но пошатнулся и осел на землю. Гу Сян застыла от удивления.
— Ноги затекли, — пробормотал Чжоу Цзышу и уже осторожнее пополз вверх, цепляясь за алтарь с благовониями. Оправдание было неубедительным, и глаза Гу Сян медленно расширились.
По утрам Чжоу Цзышу был слабее всего, а короткая медитация не успела снять напряжение в одеревеневшем теле. Меньше всего ему сейчас хотелось сражаться.
— Бери мальчишку и прячьтесь, — шепнул он Гу Сян.
— Куда же тут прятаться, не подскажешь?!
Чжоу Цзышу не успел ничего придумать, так как в храм плавно и слаженно проскользнули вооружённые люди в масках. Вошедшие сразу заметили спящего Чжан Чэнлина и без разговоров ринулись в атаку. Чжоу Цзышу всё ещё держался за алтарь, когда первый из нападавших обнажил хэндао[34] и метнулся к парнишке. Никто не разглядел, что случилось дальше: мелькнула расплывчатая тень, а в следующую секунду горло человека с клинком раздавили худые пальцы. Незваный гость и охнуть не успел — лишь судорожно дёрнулся и испустил дух. Жестокая техника убийства повергла в шок остальных членов отряда. Все они замерли, напряжённо и недоверчиво разглядывая ходячий скелет, который даже стоял с явным трудом.
Гу Сян украдкой показала им язык и, спрыгнув с алтаря, встала позади Чжоу Цзышу.
Судя по ступору, возникшему в их рядах после гибели соратника, люди в чёрном не являлись опытными воинами. Их маскарад только выглядел устрашающе. Будь они, допустим, из Тяньчуана, поставили бы выполнение миссии на первое место, невзирая на угрозу смерти. Призрачное братство с хребта Цинчжу тоже действовало иначе — каждый призрак сражался в собственной манере, а не в едином построении…
Так кто же задумал расправиться с семьей Чжанов?
Чжоу Цзышу деловито поправил рукава, словно потрёпанные лохмотья были его прежней парчовой мантией с серебряным шитьем. Почувствовав неуместность этого жеста, он спокойно остановился и с улыбкой обратился к молчаливым маскам:
— Господа, вы не находите, что время для визита слишком раннее? Кроме того, нападать на беззащитного ребенка, даже не поздоровавшись, немного невоспитанно, не правда ли?
Примечание к части
∾ Шушу (叔叔) — дядя. Обращение к человеку, возрастом младше отца говорящего.
∾ Наньхэ — Южная река (南河).
∾ Призрак Висельника — 吊死鬼, прозвище Сюэ Фана (薛方).
∾ Хребет Цинчжу — Зелёный бамбуковый хребет (青竹岭).
∾ Гора Фэнъя — гора Ветровых утесов (风崖山).
∾ Цветочный вор — насильник.
∾ Третья стража — время с 23:00 до 01:00, час крысы.
∾ Хэндао — 橫刀, одноручный прямой палаш с односторонней заточкой. Компактное, лёгкое оружие общей длиной до 1 метра. Также известен как танхэндао. Возможный прототип японской катаны, https://bit.ly/3PoELWL.
 
Том 1. Глава 6. Красавец 
Примечание к части
Встречаем беспардонного господина Вэнь Кэсина, который начинает знакомство с того, что лапает Чжоу Цзышу! Я с него не могу! Он классный!
Тишина была красноречивее любого ответа. Наёмники обменялись безмолвными жестами и, на время позабыв о Чжан Чэнлине, начали медленно окружать Гу Сян и Чжоу Цзышу.
— Вот досада! — сокрушённо воскликнула Гу Сян. — Я так давно не совершала добрых дел, а как решилась, так сразу накликала на свою голову неприятности! Чжоу-сюн,[35] я всего лишь хрупкая девушка, которая никогда раньше не видела таких грозных мужчин. Мне очень страшно. Прошу, защити меня!
Чжоу Цзышу чуть не поперхнулся, услышав последнюю фразу — настолько она не вязалась с обычным поведением этой юной особы. Должно быть, девушка хотела сбить противников с толку.[36] Чжоу Цзышу укоризненно посмотрел на Гу Сян, но та продолжала изображать беззащитную деву в беде и таращилась на него широко распахнутыми растерянными глазами.
Очевидно, люди в чёрном не прониклись импровизированным спектаклем. Коротко свистнув, один из них шагнул вперёд, а другие быстро перестроились. В мгновение ока сформировалось паутинообразное построение, поймавшее Чжоу Цзышу и Гу Сян в ловушку.
Из уст девушки вырвалось слабое «ах», и на её лице появилось выражение крайнего замешательства. Но уже в следующий миг Гу Сян бросила притворяться испуганной ланью. Даже не оглянувшись на Чжоу Цзышу, она выдернула из-за пояса кинжал и ринулась в бой.
Гу Сян знала свои возможности, но не учла коварство замысловатого построения. Всего врагов было четырнадцать, и девушка одержала бы победу над любым из них по отдельности. Однако «сеть» противников действовала сообща, они давили атаками со всех сторон и не оставляли брешей в защите. Ситуация становилась всё опаснее. Из-за промаха Гу Сян пришлось попятиться, и люди в масках снова сжали кольцо, блокируя любую возможность побега. Гу Сян храбрилась напоказ, но её сердце замирало от страха. В конце концов девушка была вынуждена отступить и встать с Чжоу Цзышу спина к спине.
— Я их недооценил, — тихо признался Чжоу Цзышу, наблюдая за врагами мрачным, немигающим взглядом.
Лоб Гу Сян блестел от пота, дыхание сбилось. Она не ожидала такого поворота событий.
— Что… это за подлое построение?
— Я ни разу с таким не сталкивался, — ответил Чжоу Цзышу, — но слышал о непобедимом построении из четырнадцати человек под названием «Вдоль и поперёк».[37] Его структура изменчива и отлично скоординирована. Слабые места в защите одного звена компенсируются соседним, создавая непробиваемый барьер.
Гу Сян вскрикнула, когда он голой рукой отбил пущенный из «сети» клинок.
— И как нам выкручиваться?
Чжоу Цзышу не ответил, полностью сосредоточившись на противнике. Внезапно он подпрыгнул, оттолкнулся от хлипкой курильницы для благовоний и поднялся в воздух. Пыльная курильница при этом даже не покачнулась. Трое в масках взлетели следом, преградив клинками путь вперёд. К их удивлению, враг не стремился прорваться через причудливое построение. Наоборот, он отступал назад, перемещаясь по воздуху как рыба в воде,[38] и в мгновение ока оказался позади статуи Будды. Незаметным движением Чжоу Цзышу протянул руку, с лёгким выдохом толкнул ладонью каменную фигуру и смиренно пробормотал:
— Милосердный Будда, выручи своего последователя!
Тяжеленная статуя со свистом устремилась вперёд. Гу Сян без промедления отскочила и, уходя с пути, почувствовала, как мощный порыв ветра растрепал её волосы. Троих преследователей манёвр Чжоу Цзышу застиг в воздухе. Не успев вовремя среагировать, они встретились с каменной громадиной лицом к лицу без возможности уклониться. Статуя врезалась в них и отшвырнула к противоположной стене, а в построении образовалась зияющая брешь.