Нарушенная клятва (ЛП)

Я не потрудилась включить свет. Теперь, когда солнце садится, кухня становится тусклой и темной. Экран ноутбука подсвечивается, так что для работы свет мне не нужен. Но я все равно чувствую порыв встать и щелкнуть выключателем. Я чувствую беспокойство, крошечные волоски поднимаются на моих голых руках.
Телефон Рэйлана жужжит на столе, пугая меня. Я поднимаю трубку и вижу номер Кэла.
— Привет, — говорю я.
— Привет. Я хотел сообщить тебе, у нас нет Джоша.
Мой желудок опускается вниз, как лифт.
— Что случилось? — спрашиваю я.
— Мы позвонили дяде Орану, и он сказал, что Джош сегодня не пришел на работу, он заболел. Поэтому мы поехали к Джошу домой. Но там никого не было. Там был полный бардак. Трудно было сказать, собрал ли он вещи и убрался, или он просто неряха.
— В его офисе тоже так, — говорю я Кэлу.
— Мы обыскали все улицы, чтобы узнать, нет ли где-нибудь его машины. Подкупили его соседа, но он сказал, что Джош уехал утром в обычное время, и он не видел, чтобы он возвращался. Мы следим за всем, что только можно придумать…
— Вы проверили квартиру его девушки?
— Да, дядя Оран рассказал нам о ней. Она была на работе, сказала, что не разговаривала с ним. Мы взяли ее телефон, пытались отправить смс и позвонить ему. Не отвечает. Мы заставили ее отдать нам ключи и обыскали квартиру. Ничего, блять.
Мне совсем не нравится, как это звучит.
Мы заканчиваем разговор.
Мой желудок сжимается и скручивается. Меня колотит от беспокойства.
Почему Джош вдруг уехал?
Он должен знать, что мы узнали о его поступке. Но откуда он мог это знать?
Может, это совпадение? Неужели он всегда планировал взять деньги и сбежать, как только соберет достаточно денег?
Я не верю в такие большие совпадения. Он исчезает в тот самый день, когда мы его ищем? Это кажется странным.
Может, он узнал, что Люси послала мне эти файлы. Я никогда не просила ее держать это в секрете.
Я помню, как Рэйлан отреагировал, когда я рассказала ему о переписке. Он выглядел неловко, как будто я совершила ошибку. Можно ли отследить IP-адрес? Если я писала Люси с этого ноутбука, мог ли кто-то определить, откуда пришло мое письмо? Могли бы они узнать, где я прячусь?
Я говорю себе, что у меня просто паранойя. Здесь я в безопасности — вот почему Рэйлан привез меня на ранчо.
Это было просто письмо.
И все же мне хочется, чтобы Рэйлан был здесь, рядом со мной, а не в поле, собирая лошадей.
Я тихо сползаю со стула и подхожу к стойке, где в резном деревянном блоке аккуратно уложены в пазы ножи Селии. Я достаю один из ножей, не тесак, он слишком большой и громоздкий. Вместо него я беру нож для рыбы — длинный, тонкий и смертельно острый. Затем я снова возвращаюсь к столу.
В кухне становится совсем темно. Я могла бы включить свет, но что-то подсказывает мне не делать этого. Вместо этого, очень тихо, я закрываю экран ноутбука, гася последние лучи света.
Затем я сижу в темноте и прислушиваюсь.
Сверху доносится тоненький скрип. Я уже хорошо знаю этот дом на ранчо. Думаю, этот звук доносится из гостевой спальни. Моей спальни.
Я помню, как Джинн ждал меня в бассейне. Как он ждал почти час, тихо и неподвижно, на дне бассейна. Должно быть, он видел, как я прыгнула в воду. Он смотрел, как я плаваю взад и вперед по бассейну, над его головой. Он наблюдал за мной снизу, как акула. Нет… как угорь в пещере.
Джинн — хищник из засады.
Он любит прятаться, ждать и наблюдать. Наслаждаясь беспамятством своей жертвы. Позволяя им подбираться все ближе и ближе.
Затем, когда наступает подходящий момент… он набрасывается.
Мое сердце колотится о ребра. Все это может быть полной фантазией. Нет причин думать, что Джинн нашел меня здесь. Нет причин думать, что он прячется наверху, в моей комнате, только потому что я услышала пару скрипов.
Но я не могу выбросить из головы эту картину — темную фигуру, лежащую в ожидании под моей кроватью. Ждет, когда я лягу и усну, чтобы подняться снизу и снова обхватить мое горло.
Я застыла на месте, желая выйти к Рэйлану, но боясь пересечь темные поля в одиночку. Я сжимаю в кулаке рукоятку ножа для рыбы, застыв неподвижно на кухонном стуле. Мои уши напряжены в поисках любых других звуков, которые могли бы подсказать мне, реально ли то, что я себе представляю, или это всего лишь параноидальная фантазия, как у ребенка, который выбегает из подвала, думая, что за ним по пятам идет монстр.
 
Тишина. Полная тишина.
Я идиотка. Я просто заставляю себя бояться, сидя одна в темной кухне.
Тем не менее, я хочу видеть Рэйлана так, как никогда никого не хотела видеть. Если бы он сидел рядом со мной на веранде, с напитком в каждой из наших рук, я бы ничего не боялась.
Он, должно быть, уже почти закончил с лошадьми. Я собираюсь выйти ему навстречу.
Все еще держа нож, почти забыв, что он у меня, я быстро иду к двери кухни. Там так темно, что я полуслепо нащупываю ручку.
В тот момент, когда мои пальцы сомкнулись вокруг нее, рука сомкнулась на моей шее.
Я ничего не слышала. Ни скрипа. Ни вздоха.
Джинн хватает меня сзади и рывком поднимает на ноги.
Его рука — стальной прут на моем горле, мгновенно перекрывающий доступ воздуха. Он поднимает меня на ноги, нечеловечески сильный. И сжимает сильнее.
Все это слишком знакомо, мы на воздухе, а не в воде, но я снова оказываюсь там, где мы были. Я снова тону, задыхаясь в объятиях Джинна.
Другая его рука зажимает мне рот. Это не имеет значения, без воздуха я не могу кричать. А даже если бы и могла, Рэйлан слишком далеко, чтобы услышать меня.
Джинн наблюдал и ждал. Он знал, что я одна в доме.
Потеря воздуха настолько внезапна, что мои конечности слабеют. Пальцы ослабли. Я чуть не выронила нож.
Почти… но не совсем.
Собрав все силы, я крепко сжимаю его. Я вслепую качусь назад, целясь в его тело.
Рыбный нож вонзается ему в бок. У меня в ухе раздается вопль боли и ярости. Это первый звук, который я услышала от него. Но он не отпускает меня.
Я держусь за рукоятку и снова выкручиваю нож, а затем снова замахиваюсь им на него. Он дергается всем телом, уклоняясь от лезвия. Но ему приходится ослабить свою хватку на моем горле.
Как только я чувствую, что его предплечье ослабло, я поворачиваю подбородок в сторону и падаю всем весом вниз, выскальзывая из его хватки. Я дико размахиваю ножом, и на этот раз он вонзается ему в бедро. Я теряю хватку на рукоятке. Джинн издает придушенный вопль и бьет меня сзади, отбрасывая назад.
Я сползаю назад по кухонной плитке. Впервые я хорошо вижу Джинна во плоти. Или, по крайней мере, настолько хорошо, насколько это возможно в темноте. Он одет в облегающий черный костюм, не сильно отличающийся от того, в котором он был в бассейне. Его голову закрывает плотный капюшон, а глаза выглядят чудовищно увеличенными, как у мухи, потому что на нем очки ночного видения. Рыбный нож торчит из его бедра.
Это все, что я вижу, прежде чем снова вскочить на ноги и побежать к двери. Я открываю ее ключом и выбегаю из дома на задний двор. Я бегу босиком по дорожке между огородом и цветником. Я кричу как можно громче:
— РЭЙЛАН!!!
Я понятия не имею, как далеко он находится, и есть ли шанс, что он меня услышит.
Мы так далеко от всего. Если я попытаюсь выбежать на главную дорогу, мне придется пройти больше мили по проезжей части. На улице кромешная тьма, единственные фонари расположены прямо вокруг сараев и конюшен. Мне не по душе идея бежать в одиночку в темноте. Особенно когда я знаю, что Джинн видит гораздо лучше меня.
Поэтому я бегу к конюшням. Я проскальзываю внутрь, вдыхая теплый запах лошадей, чистого сена и рассыпанного овса. Я слышу, как лошади переминаются в своих стойлах, их ноги мягко стучат по деревянному полу.
Я нахожу стойло Пенни и захожу внутрь к ней. Она узнает меня и тихонько поскуливает. Она трется боком своей головы о мое тело.
Я говорю: