Отдел «15-К»
– Надеюсь, это будет не женщина в белом – Герман изобразил сценку «снимание шляпы» и, отходя от стойки, печально произнес – Прощайте, прекрасная надменность.
– Слабак! – махнула рукой старушка, без уважения глядя на Германа – Вырождается мужик.
– Ничего и не слабак – ворчал Герман, садясь на банкетку – Никуда она не денется!
Колька ухмыльнулся, но в душе не верил, что ушлому оперу здесь что-то обломится. Уж очень непреклонная была дама. И красивая.
Минут через десять к заскучавшей было парочке (больница, как ни крути, не лучшее место для времяпровождения) подошел мужчина в зеленом халате.
– Вы из следственных органов? – спросил он, глядя на Германа, видно сразу понял, кто тут главный – Нам позвонили из регистратуры, сказали, что хотят видеть представителя из кардиологии.
– Совершенно верно – Герман встал и, достав из кармана удостоверение, показал его мужчине – Капитан Стернин, это лейтенант Нифонтов, мой помощник. А вы, видимо, заведующий кардиологическим отделением?
– Ну, мне до заведующего еще далэко – улыбнулся врач, его слова почему-то были сопровождены легким кавказским акцентом – Я старший ординатор, зовут меня Сергей Сергеевич Можаев, можно просто Сергей. Задавайте ваши вопросы.
– Да вопрос один – Герман пытливо уставился на Сергея – С чего это столько народу прописку земную на небесную сменило?
– А с чего туда за время существования земной тверди столько народу отправилось? – развел руками врач – Простите за банальность, но человек смертен. Не мной это придумано и не мной сказано, но все обстоит именно так.
– Но чтобы вот так живенько, простите за каламбур, чтобы восемь человек, один за другим? – гнул свою линию Герман.
– И так бывает – спокойно ответил ему врач – Все умершие были людьми немолодыми, почти у всех был атеросклероз с преимущественным поражением коронарных артерий сердца, на разных стадиях, но…
– Вскрыли всех? – деловито поинтересовался оперативник.
– Разумеется – кивнул Сергей – У всех одно и то же – спазм пораженных склеротическим процессом коронарных артерий.
– Понятно – Герман потер подбородок, видно он из слов врача, в отличие от Кольки что-то понял – То есть – естественные причины?
Врач развел руками, как бы говоря – вам виднее, что мог, то сказал.
– А вот вы сказали, что почти у всех был этот, как его – Колька посопел, вспоминая слово – Атеросклероз. А у остальных?
– У двоих была гипертония – пояснил врач – По сути это не то, чтобы одно и то же, но эти два заболевания часто сочетаются друг с другом.
– Скажите, а смерти, часом, не были, как бы так сказать… – Герман щелкнул пальцами – Схожи? Время суток, конкретные часы, выражение лица покойных, как бы дико это не звучало?
Врач задумался.
– По времени – все смерти произошли в ночные смены – наконец ответил он – Что до того, в каком часу они были – это мне неизвестно. На аппаратах из умерших никто не сидел, так что обнаруживалось это, как правило, не сразу. Впрочем, если надо, можем поднять истории, в акте вскрытия должно быть предположительное время смерти. А по поводу выражения лица… Не знаю, специально не смотрел и не запоминал. Впрочем, … Вы знаете, помню двоих. Их лица были какие-то… Счастливые, что ли?
– Стало быть – ночью – протянул Герман – Понятно. Ну что, друг мой Колька, пошли, поглядим на палаты? А вы, док, дайте команду, чтобы все истории покойных подняли, мне интересно время смерти каждого из них.
Колька понял, что Германа что-то насторожило, и что по-быстрому они отсюда уже не уйдут.
– Халаты только наденьте, и бахилы – немного равнодушно сказал кардиолог – Порядок есть порядок.
Судя по всему, визиты милиции были не редкостью, да оно и понятно – экстренная медицина потому и является экстренной, сюда всех болящих везут, в том числе и криминальных.
Герман посновал по этажу, где находилась кардиология, посмотрел палаты, пожелал всем скорого выздоровления, пообщался с больными, почесал затылок, после посадил Кольку в коридоре, предварительно выдав ему шоколадную конфету, которая, судя по замусоленному фантику, у него в кармане со времен царя Гороха лежала и отправился калякать с медсестрами.
Не было его долго, часа полтора, Колька уже конфету съел, аккумулятор телефона посадил, играя в слот-машину и теперь с завистью принюхивался к ароматам еды – наступило время ужина и самоходки с огромными кастрюлями и чайниками загромыхали по коридорам. Судя по всему, сегодня кормили пюре и жареной рыбой.
– Что, заскучал? – рядом с Колькой плюхнулся довольный Герман – Ну, Федул, чего губы надул? Обиделся, что я тебя с собой не взял?
– Ничего я не обиделся – как можно нейтральнее ответил Колька – Не взял – стало быть, так надо. Для дела.
– Обиииделся! – с уверенностью чуть ли не пропел Герман и приобнял Кольку за плечи – Оно и понятно, обидно, но вот какая штука, приятель – не нужен ты мне там был. Лишним бы ты оказался.
– Ты чего, кого из сестричек там уже того? – выпучил глаза Колька – Офигеть!
– Ну, было бы неплохо, кабы было по-твоему – потупился Герман – Но нет. Просто то, что я у них узнал, они бы при третьем лице мне не сказали, понимаешь? Еле раскрутил, клянусь мамой.
– Слушай, я уже ничего не понимаю – признался ему Колька – Запутал ты меня.
– А вот это плохо – Герман повел носом – О, рыба с пюрешкой, а может даже и с огурчиком соленым. Это хорошо. О чем я? А, да. Ты оперативник, а значит должен думать быстро и факты связывать воедино. Установочной информации у тебя море, вот сиди и думай, на что я там сестричек колол. А я пойду.
– Куда? – страдальчески сморщился Колька.
– Туда – ткнул пальцем налево Герман – Об ужине для нас договорюсь. Мы, Николя, нынче здесь с тобой ночуем. Не знаю, как у тебя, а у меня кишка кишке стучит по башке.
Только полы халата свистнули. Был Герман – и нет его.
Сестрички оказались вполне симпатичные и добрые. Получив от своего начальства подтверждение того, что оперативники заночуют на этаже, они отвели их на кухню, где выдали по тарелке вожделенного пюре с жареной треской и чайник с чаем.
– Не люблю больницы – допил Колька чай и потянулся наполнить кружку еще раз – Но чай тут вкусный.
– Хорош – хлопнул его по руке Герман – Кружку выпил – и шабаш. Мы тут не для разнообразия ночевать будем, а по делу, стало быть, нечего чаем наливаться под горлышко. Тебе приспичит в туалет бежать в самый неподходящий момент, поверь мне. Лучше скажи мне – ты понял, о чем я говорил с сестрами?
– Версии есть, но они все бредовые – признался Колька.
– Хорошо – Герман смаковал парующий напиток – Вот скажи мне, приятель – в чем таком не захочет признаваться местная работница, учитывая специфику этого учреждения? Поверь, младший медперсонал абы чем не проймешь, они все видели и все знают, тем более работая здесь.
– В связи с пациентом? – предположил Колька – Ну, ты понял, о чем я.
– Кто о чем! – поднял глаза к потолку Герман – Нет. Это не приветствуется, но и не запрещается, особенно если не на рабочем месте, не в рабочее время и не за денежку. Да и вообще – у медиков мораль немного другая, понимаешь? У тебя не было медичек?
– Нет – у Кольки и не медичек было немного, чего греха таить.
– Ну, оно и видно – Герман осушил кружку, с печалью посмотрел на чайник и вздохнул – Запомни, юноша, одно из самых страшных прегрешений младшего медперсонала – это сон на рабочем месте, а особенно это касается дежурных. Уснул, не услышал «пи-пи-пи» какого-нибудь прибора – и все. Статья, причем не в трудовой книжке.
– А они уснули – понял Колька.
– Да – подтвердил его слова Герман – Причем каждая из них. Причем приблизительно в один и тот же отрезок времени. Понимаешь?
– Вряд ли это совпадение – заключил Колька.
– Скажу тебе больше – это вообще ни разу ни совпадение. Ответь мне – почему?
– Время смерти! – не сразу, но дошло до Кольки – То, что в заключении экспертизы!
– Молодец, так оно и есть. Третий час ночи. – Герман дурашливо погладил его по голове и протянул ему белую круглую таблетку – Держи аскорбинку, мне ей весь карман набили.