По лазоревому ветру (СИ)

 Он перебирал в уме слова, написанные чародеем, пытался найти в них что-то полезное, искал смысл и связь, но ничего путного не получалось. Тогда он начал искать какую-то другую логику, решив исходить из теории, что Элейна права насчёт его неприятеля, и какая-то логика в шифре должна быть, чтобы позволить найти артефакт. Его мысли начинали крутиться вокруг цифр, и он попытался составить слово, исходя из того, что первая буква в первом слове является первой буквой в названии искомого зверя, вторая – во втором, но из этого тоже ничего не выходило. Наличие в шифре анаграмм тоже не подтвердилось после нескольких безрезультатных попыток найти имя зверя путём перестановки слогов и звуков в оставленных Фогуном словах. Мозг начинал искать какие-то зацепки и строить логические пирамиды, которые постоянно обрушивались, не доходя до победного решения, но крутясь где-то совсем рядом с ним, или это только казалось. Принц почувствовал, что голова начинает гудеть, и предложил выйти на улицу.
При дневном свете они разложили по порядку обрывки бересты, и продолжили угрюмо вглядываться в слова и цифры. Элейна выжидающе посмотрела на принца и призналась:
- Мне не под силу разгадать это. И Фогун знал, что я не смогу разгадать. Потому что у меня напрочь отсутствует терпение. Теоретически я понимаю, что когда есть числа, чаще всего они соответствуют буквам. Хорошо, если и тут так: вариантов может быть много, но расшифровка – дело времени. Но меня никогда не хватает на то, чтобы долго подбирать варианты… Со словами ещё хуже: мы не знаем, по какому принципу он выбрал именно их и почему некоторые записки содержат только числа.
Принц кивал, полностью соглашаясь с мыслями девушки. Однако у него терпение было, и, кроме того, Эдвард некогда учил его подобным вещам, так что какие-никакие знания и практика в разгадывании шифровок у него имелись. Он поделился своими идеями с девушкой:
- Цифры достаточно большие, но ни одно из них не превышает тридцати трёх. Думаю, это неспроста.
- Намекаешь, что цифры соответствуют номерам букв в алфавите? – догадалась девушка.
- Почти, – принц улыбнулся, так как в уме уже прикинул, что самый очевидный вариант шифровки текста немного не подходил,  присел на корточки и нашёл на земле прутик от ветки берёзы. – Ты же считала чародея умным, так что да, цифры соответствуют буквам алфавита…. только пронумерованным в обратном порядке, я полагаю, и из них можно попытаться сложить слова. – Лефир начал вычерчивать прутиком на земле буквы алфавита и ставить напротив каждой цифру, чтобы было удобнее читать послание Фогуна.
- Ну как, получается? – поинтересовалась Элейна, не стремясь смотреть на то, что он пишет.
Принц немного помолчал, глядя на составленную им таблицу, а потом ответил:
- Да, получилось, – он быстро стёр сапогом написанное на земле, встал и выпрямился. - Но там нет названия зверя… если только эльфы не относятся к зверям.
Элейна фыркнула и недовольно спросила:
- Его величество принц поделится со мной своими познаниями или мне придётся самой считать буквы в алфавите?
Лефириус вздохнул, так как послание Фогуна явно относилось к Элейне и так же явно могло навредить установившимся доверительным отношениям между принцем и девушкой. Он посмотрел на неё и убедился, что она ждёт ответа. В любом случае она могла теперь без труда разгадать послание Фогуна и без помощи Лефира, и потому не было никакого смысла тянуть время. Он нехотя ответил:
- «Верь лишь мне и эльфам». Восемнадцать букв, по две с каждого клочка бересты, – он решил не ждать, пока Элейна начнёт анализировать услышанное, и спросил: - Это Фогун намекал на то, что нельзя доверять людям, в том числе и мне, надо полагать?
- Наверно… – тихо ответила Элейна, погружаясь в свои мысли.
По всему выходило, что чародей предвидел ход развития событий после пленения принца. Предвидел, но не удосужился лично объяснить всё происходящее ей, а ведь это бы намного упростило её жизнь сейчас. Получалось, что Лефириус мог быть прав, и чародей вовсе не доверял ей. Об этом девушке совершенно не нравилось думать. Она помотала головой, пытаясь выгнать из неё все мысли. Лефириус молча ждал её реакции, боясь загадывать наперёд, какой она будет. Наконец, Элейна приняла решение остаться на стороне принца. В его пользу свидетельствовали факты, что его все хотят убить, а так же то, что она в него влюблена. Против него было лишь мнение Фогуна, человека, в котором теперь появлялись причины сомневаться. Очень не хотелось бы остаться одной, а потому не доверять принцу она не могла себе позволить, несмотря ни на какие записки. В конце концов, Лефир не обманул её и честно озвучил разгаданное послание, хотя мог просто выбросить бересту или невзначай испортить, чтобы она не узнала, что хотел донести до неё Фогун.
 
Элейна подняла глаза на внимательно смотрящего на неё принца и сказала:
– Итак, он меня предупредил. Но он должен был оставить путь к артефакту, иначе зачем всё это?
Лефир едва уловимо улыбнулся, охотно соглашаясь пока не обсуждать тему доверия, а продолжить начатый поиск.
- Я постараюсь разгадать, что за зверь нам нужен, – сказал он. - Или можно пытаться вырвать шерсть у всех животных, что мы встретим, и жечь в указанном зале – когда-нибудь получится.
Вариант был неплохой, но требующий уйму времени. А в замке хранилось много разных образцов шерсти, которые иногда требовались для различных зелий, но жечь каждый было бы очень долгим и муторным занятием. Элейна попросила:
- Попытайся разгадать. А я попробую тебе помочь, – она смущённо улыбнулась, так как никогда не могла разгадать даже шутливые загадки чародея, так что о её шансах разгадать его шифры можно было не говорить.
Однако, как бы то ни было, Фогун оставил все записки для неё. Из этого следовало, что он предвидел и то, что Элейна будет не в одиночестве. Ей вдруг подумалось, что наверняка он знал, что она пойдёт на поиски правды с Лефиром. И тут же подумалось, что нет никакой разницы, что там думал чародей. Как нет и поводов для беспокойства. Умиротворение и уверенность в завтрашнем дне полностью поглотили её страхи и тревоги. Можно было переночевать в замке, а поутру отправиться в Иллэдон, отыскать там спасшего её эльфа, попросить его помощи или совета. А потом, если уж не найдутся ответы на все вопросы, так и ладно. Можно, в конце концов, уйти далеко от Северного Догорма. Ей было не привыкать менять место жительства, и сейчас она смело смотрела в будущее: мир велик, и можно начать новую жизнь где-нибудь далеко… возможно, с Лефириусом, а, возможно, без него… Лучше, конечно, с ним… Мысли Элейны были оптимистичны и вялотекущи. На мир опускался тёплый весенний вечер.
  
16
 
Некоторое время принц всё о чём-то думал, загибал пальцы, разгибал и снова думал, а когда посмотрел на Элейну, увидел, что она разглядывает пейзажи, и весь её безмятежный вид говорил о том, что она не очень-то стремится разгадать загадку. Он хотел было возмутиться, ведь это из-за её чародея у них возникло столько сложностей с поиском артефакта, но вечернее золотое солнце так освещало её лицо, что она казалась частичкой этого пейзажа, неотъемлемым элементом этой вечерней тишины, такой милой и трогательной девушкой, что вернуть её к реальности своим справедливым негодованием было бы непростительно. Эльфийские уши добавляли ещё облику что-то волшебное, неземное и недоступное ему, человеку. Но в эту минуту грустно от этого не становилось, наоборот, он словно смотрел на прекрасную гармоничную картину, и было неважно, кем являлась эта девушка, главное - она была чудесна, красива и находилась рядом с ним.
 
Он смотрел в её глаза, которые можно было отлично разглядеть при таком свете, и мог без преувеличения признаться, что более глубоких и прекрасных глаз он не видел ни разу. И её остроконечные ушки, напоминающие о том, что она не человек, заставляли ощущать, что она живёт более гармонично с природой, чем он, принц, мог бы вообразить. Отчего-то Лефириус вдруг почувствовал себя совершенно лишним здесь, словно девушка общалась с миром, а он мешал этому. Хотелось дышать тихо-тихо, чтобы случайно не привлечь внимание Элейны и не разорвать её общение с самой природой.