Нам все равно, если вы обиделись! (ЛП)

Гарриет выключила телевизор и бросила пульт на журнальный столик. Она протопала на кухню и распахнула дверцу холодильника. Ее пухлые пальцы схватили огромную свиную ногу и она оторвала сочное мясо от кости своими зубами. Громкий стук в дверь нарушил жевание Гарриет. Она подошла к двери и отворила засов. На пороге стояли два офицера в форме.
- Да? - пробормотала Гарриет, жуя кусочки свиного мяса и разглядывая полицейских.
- Мисс Гарриет Хэмбист? - cпросила женщина-офицер.
Ее взгляд сразу же остановился на свиной ноге, которую Гарриет сжимала в руке.
- Да, кто хочет знать? - Гарриет оторвала еще один кусок мяса.
- Я - офицер Дженкинс, а это - офицер Моррис, - oна махнула рукой в сторону своего ухмыляющегося коллеги. - Мы бы хотели, чтобы вы проследовали с нами в полицейский участок, чтобы ответить на несколько вопросов.
- О чем?
Это никак не могло быть связано с инцидентом в школе йоги. Все, в чем она была виновата, это в том, что случайно прилюдно обосралась.
- У нас есть основания полагать, что вы были вовлечены в инцидент в школе йоги "Oм-Bвероятно" сегодня утром.
- Что? Нет. Мистер Рама дал мне выпить травяной отвар, и от него у меня начался сильный понос. Вы не можете арестовать кого-то за взрывную диарею.
Гарриет отступила от порога и хотела закрыть дверь, но офицер Моррис поставил свой большой ботинок в дверной проем.
- Мы очень серьезно относимся к подобным нападениям на нашу страну, мисс Хэмбист. В школу йоги пришлось вызвать группу быстрого реагирования на биологическую опасность, а улица была перекрыта для движения в обоих направлениях. Многие люди участвовавшие в инциденте, получили серьезные травмы и нуждаются в медицинской помощи. Если вы не желаете проследовать с нами в полицейский участок, мы будем вынуждены арестовать вас по обвинению в том, что вы подозреваетесь в терроризме, - xолодно сказала офицер Дженкинс.
Гарриет неохотно пошла с офицерами к фургону полиции, припаркованному у ее дома. Вокруг машины собралась толпа.
Гарриет заметила, что люди смотрят на нее из-за штор. Ее лицо раскраснелось от смущения.
- Она опять ворует еду? - cпросил один мужчина.
- Не подходите... Cпасибо, сэр, - oтветил офицер Моррис.
- Держу пари, она не заплатила за свиную ногу.
Гарриет стала еще краснее, когда посмотрела вниз и увидела, что все еще держится за наполовину съеденный кусок вареного мяса. Она передала его офицеру Дженкинсу и опустила голову. Гарриет замешкалась, когда офицер Моррис открыл дверь фургона.
От него исходил едкий запах мочи. Ее никогда раньше не арестовывали. Ее сердце ударилось о ребра, а желудок сжался.
- Уверяю вас, вам будет очень комфортно, мисс Хэмбист. Когда диспетчер сообщил нам, что мы забираем интересующего нас тучного человека, мы специально пригнали фургон. Он вмещает до шести человек. К сожалению, сегодня утром его использовали, чтобы собрать кучку пьяных футбольных хулиганов, которые не смогли удержать свои мочевые пузыри по пути в камеры. Прошу прощения за запах. Позвольте мне помочь вам. Вы выглядите так, как будто вам нужно присесть. Вон там есть сухое место.
* * *
Удивительно, но на следующее утро Гарриет разрешили вернуться домой под залог. Никогда в жизни она не была так унижена. Сначала полиция поместила ее в переполненную тюремную камеру, но когда прошел слух что она - "токсичный распылитель", другие заключенные подняли шум и угрожали бунтом, если офицеры не переведут ее в другое место.
Для защиты других заключенных ее пришлось перевести в одиночную камеру. Они испугались делить камеру с подозреваемым в терроризме, чья задница была классифицирована, как потенциально смертоносное оружие. Быстро было назначено судебное заседание на первое утро понедельника и адвокат сказал что Гарриет следует ожидать значительного тюремного срока. Он спросил ее, владеет или арендует ли она свой дом, потому что на нее вероятно также наложат большие штрафы.
Ее взрыв кишечника в клубе был преувеличен. Полное недоразумение, не более того.
 
HEFFER были правы. В обществе царила жирофобия. Гарриет не собиралась больше терпеть эти предрассудки, это несправедливое отношение. С нее было достаточно.
Сидя в одиночестве в мрачной камере, она решила, что нужно преподать несколько суровых уроков узколобому, узкоплечему обществу. Она, Гарриет Хэмбист, была той женщиной, которая должна была это сделать.
В понедельник утром, когда школа снова откроется, она нанесет последний визит захудалому Сандираме и этим костлявым ботоксным сучкам.
* * *
Когда Гарриет приехала в школу йоги в шесть ноль-ноль, рассветное небо окрасилось в красные тона. Это было как раз для того, что она задумала. Она прокралась по ярко освещенной дорожке и на цыпочках поднялась по ступенькам на крыльцо. Полицейская лента была снята и все признаки указывали на то, что школа возобновила свою нормальную работу.
В конце концов, Шива был готов.
Женский класс был уже в полном разгаре и напевы "Ом..." звучали по скудно обставленному коридору. Очевидно, персидский ковер не удалось спасти с помощью промышленных чистящих средств. Раздвижные двери в конце коридора были широко распахнуты. Гарриет увидела Сандираму и его класс, сидящих в позе лотоса с закрытыми глазами. В комнате было много новых лиц. Она прокралась по коридору, подкралась к каждой клетке с животными и открыла засовы. Никто не заметил ее, а животные дремали. Все оказалось проще, чем она ожидала. Она вытащила змей из аквариумов и бросила их в центр комнаты.
Глаза открылись, когда она опрокинула плетеную корзину наполненную скорпионами. Она с затаенным дыханием наблюдала как дракон Комодо выскочил из своего вольера навстречу темноволосой красавице, медленно выходящей из медитативного транса. Спящий бабуин вскочил и вырвался из клетки, когда Гарриет распахнула стальную дверь.
Визжащий зверь взвился в воздух и обхватил голову женщины своими конечностями. Пронзительные крики ужаса разорвали ошеломленную тишину. Гарриет тихо проскользнула в пустую клетку бабуина и захлопнула дверцу.
Разъяренное животное обхватило задыхающуюся женщину, трахая ее в рот, в то время как мощные челюсти разгрызали ее череп. Острые клыки пронзили кость и бабуин оторвал верхнюю часть черепа. Из женщины вырвался приглушенный крик. Павиан зачерпнул ее мозг словно клубничный бланманже и запихнул розовую клейкую массу в свой слюнявый рот.
Гарриет ухмылялась, глядя как обезьяна высасывает все содержимое головы мертвой женщины.
Находясь в безопасности своей клетки, Гарриет усмехалась и грызла полусъеденный кукурузный початок, который она нашла среди обломков на полу.
Она посмотрела в коридор, где орда перепуганных женщин бросилась к выходу. Армия скорпионов с поднятыми хвостами преграждала им путь. Плачущие женщины перепрыгивали и перебегали через порог, держась за голые подошвы своих ужаленных ног. Скорпионы свисали с их пальцев как побрякушки на рождественской елке.
Павиан набросился на другую женщину, схватил ее под подбородком и вырвал челюсть. Он бил отделенную костлявую массу о землю, демонстрируя свое превосходство, а затем использовал ее, чтобы забить до смерти более старую, небольшого телосложения женщину.
В комнате пахло коровником, а через открытую входную дверь с жужжанием влетали мухи. Гарриет отгоняла насекомых, отказываясь делиться лакомыми кусочками, которые она раскопала в клетке бабуина. По полированному полу к ней ползла хрипящая женщина. Мускулистое тело бирманского питона плотно обвилось вокруг ее туловища. Гарриет вздрогнула, когда ребра женщины треснули со звуком, похожим на задний ход грузовика, и костяные осколки вонзились в грудь. Женщина втягивала воздух, извергаясь нитями слизистых внутренних органов. Глаза Гарриет расширились, когда она посмотрела на блестящую кучу, дымящуюся на окровавленном полу рядом с клеткой.