Киберклан 90.200.10. Книга 1: Сабаи (СИ)

— Не предпринимал ли отряд Браво попыток покинуть астероид?
— Да не похоже. Да и как бы у них это получилось, на блохе-то?
— Ты удивишься, дед! — запальчиво крикнул Нанобот.
— Тишина! — рявкнул судья, потирая виски.
— Следующий, — дребезжал Сверхразум.
Высказалось ещё несколько солдат и члены оперативной группы, пробившейся в тоннели после нашего ухода, а так же экипаж, проводивший наше окончательно задержание. Кварковый заряд прошёл по делу как улика номер три, но спросить за неё оказалось некому, поскольку Берта безмолвствовала. Пришлось отдуваться мне, я вернулся в паутину проводов и электродов. Пришлось доказывать, что угрозы подрыва всего не имели под собой настоящих оснований. Но плюсиков в нашу общую карму это не добавило.
Предварительный вердикт по эпизоду Сверхразум измышлял несколько минут. Судья удалился на перерыв, зал расслабился. Несколько репортёров подсели к капитану Лазло и тот охотно травил байки о приключениях отряда боевых мехов в тот день. Клановую ложу покинул ещё один типчик в маске. Незаметно уйти попытался и Далтон. Вжав голову в плечи и ссутулившись, он поднял воротник плаща и бочком по дальней стенке направился к выходу. Но трое репортёров увязались следом, не отставая ни на шаг. В итоге Френсис убежал без оглядки вместе с ними на хвосте и прихватил до кучи пару операторов.
Остальные засвидетельствовали оглашение вердикта.
— Диверсия на станции Кибер-1 защищала частные интересы клана Этанару, но в то же время поставила под удар некоторых его членов, а так же представителей других кланов, входящих в Совет Пятидесяти, чьи интересы так же должны соблюдаться. В данном случае протекция Догмата не применима. Рядовой Сабаи приложил все усилия, чтобы минимизировать ущерб. Отряд Браво оказывал содействие Гвардии защитников. Однако подопечные рядового Сабаи угрожали безопасности станции и причинили вред комендатуре. Рекомендуется применить к рядовому Сабаи административные наказания за действия его подопечных в размере месячного жалования рядового Гвардии за каждый зафиксированный случай. Рекомендуется проверить компетентность рядового Сабаи в вопросах ухода за киборгом, проходящим реабилитацию. Отправить соответствующий отчёт в Профсоюз. Назначить заседание трибунала по факту нанесённого ущерба рядовым Сабаи имуществу Гвардии и личному составу.
Я выдохнул: и только! Штраф за выходки Лии и Сифри? Да пожалуйста! Настораживал только предстоящий трибунал, но до него нужно было ещё дожить.
Судья объявил глобальный перерыв и исчез почти на два часа. Грузчики укатили Сверхразум на профилактику. Часть свидетелей удалилась. Полковник Закиро и нервно озирающийся Хатори сидели на своём месте как влитые. Малышка Акеми устроилась рядом с ними на освободившемся месте и что-то тихонько нашёптывала на ухо интенданта. Остальные участники и свидетели нашей диверсии постепенно удалялись. Вместо них в зрительный зал набился всякий сброд. Гражданские зеваки, клерки в радужных галстуках и менее пронырливые журналисты, не попавшие на начало суда.
— Прекрасно! — бубнил Пьер. — Долго мы ещё будем тут торчать? Пока мы тут жопы греем, кто-нибудь наверняка прошерстит Кроху и что-нибудь сопрёт!
— Было бы чего переть, — пожал плечами Циклоп.
— А линза? А наша выручка за джет? Помяни моё слово — либо бабки сопрут, либо скрутят установку. Или чего доброго, состряпают чертежи и понаставят на свои челноки таких же. И всё, прощай пальма первенства…
— Я думаю, после того что произошло нам всё равно не светит пострелять по колоссам.
— Это ещё бабушка надвое сказала! — мрачно произнёс Нанобот. — Сегодня мир, а завтра — хрен с ним!
— Кстати, — спросил я. — А почему вас не отпустили? Вроде же вы, ребята, только по первым эпизодам проходили?
— Окончательный вердикт всё равно выносят по итогу. Судья может ещё и передумать, если откроются новые подробности.
— Так, а что у нас на десерт?
— Встать, суд идёт!
На десерт было обновление материалов смежного дела полковника Закиро. Следствию не хватало моих показаний, как непосредственного участника. И снова я в кресле подле Сверхразума, он снова полощет мне мозги и задаёт наводящие вопросы. Я уже несколько раз пожалел, что выдворил наниты из головы. Так бы посидел молча несколько минут, отстрелялся как все остальные и уже давно бы всё кончилось.
 
Но кто знал?
— Покажите улику номер один.
На столике передо мной выложили дедов боевой браслет, родимый. Я уже и забыл, как он внушительно выглядит, его закалённую оправу и пошарпанные застёжки.
— Вам знаком данный предмет?
— Да, ваша честь. Это многофункциональный браслет боевого жизнеобеспечения.
— Вы знаете, кому он может принадлежать?
— Совершенно точно знаю. Мой он.
— Вы отдаёте себе отчёт, что это устройство запрещено к использованию Всемирной ассоциацией здравоохранения и службой контроля оборота наркотиков?
— Так точно сэр.
— Вы отдаёте себе отчёт, что данное устройство было обнаружено на месте гибели членов отряда Джульетт?
— Да, мне известно об этом, ваша честь.
— Вам так же известно, что дача ложных показаний карается законом?
— Да, ваша честь…
— В прошлый раз вы скрыли от следствия важную информацию. Объяснитесь.
— Я испугался, ваша честь. Да, это мой браслет, и я не должен был привозить его на Кибер. Я заменил инжекторы и удалил весь морфий из системы и пользовался браслетом в мирных целях. До инцидента на учениях браслет всегда был у меня, но потом каким-то образом пропал. Когда я увидел его снова, то подумал, что меня обвинят в убийстве тех парней. Я струсил… и промолчал.
— Признание обрабатывается. Как вы объясните присутствие в инжекторах устройства биоматериал полковника Каташи Закиро.
— Я использовал браслет, чтобы ввести в организм интенданта транквилизатор.
В зале кто-то охнул. Репортёры учуяли очередную сенсацию и торопливо транслировали каждое сказанное мною слово в эфир. К концу заседания в продажу поступили три низкопробные виртуалки и дряная книжонка под названием «Роковой МБЖ» и моей жуткой физиономией на обложке. Я трусливо покосился на полковника, но он был непроницаемо спокоен. Но хорошо ли это? Сейчас ещё надумает невесть что…
— Расскажите суду, зачем вы это сделали.
— Исключительно для пользы самого интенданта! Дело в том, что я оказался первым, кто увидел полковника в момент… сдвига сознания. Он был в панике, громил свой кабинет и говорил бессвязно. Я решил облегчить его состояние и использовал браслет. Полковник успокоился, а я просто ушёл. После того случая я и потерял браслет.
— Как вы оказались в кабинете интенданта?
— Мне была назначена встреча. Я пришёл в условленное время… но застал полковника уже изменившимся…
— Назовите цель данной встречи.
— Полковник не предупредил меня заранее.
— Вы кому-нибудь сообщали, что сделали укол полковнику?
— Так точно. Личному секретарю господина Закиро. Мисс Акеми…
— Как развивалось ваше дальнейшее общение с полковником?
— Эм… сумбурно. Я словно говорил с совсем другим человеком. Мы виделись ещё несколько раз в роте Альфа, поведение полковника оставалось странным, но, насколько я знаю, секретарь и адъютант полковника помогали ему адаптироваться.
— Контактировали ли вы с кругом общения полковника до его ареста?
— Никак нет. Разве что… незадолго до смены циклов секретарь Акеми заходила в ремонтный док под ротой Альфа. Мы ремонтировали там наш челнок.
— Вам известно, зачем мисс Цинь вас искала?
— Полагаю, она была в отчаянии. Акеми жаждала справедливости. Она сказала, что полковник был обвинён по ошибке, и что она пыталась доказать это следствию, но её никто не слушал.
— Мисс Цинь не поделилась с вами соображениями об истинной личности убийцы?
— Нет. Но она сказала, что мистер Хатори приказал ей не лезть не в своё дело… И не мутить воду.
Шумно скрипнуло кресло в клановой ложе. Ещё один субъект торопился на выход.