Авантюрист

— Отец, Майкл Флорио и дочери еще не пришли.
Он поднял глаза, скорее шокированный, чем недовольный тем, что его прервали.
— Кто вы?
Она показала ему жетон.
— Детектив Карла Бианчи. Я веду дело миссис Флорио.
— В таком случае вам должно быть известно, что мистер Флорио и его дочери на похоронах не присутствуют. А теперь позвольте…
— Почему не присутствуют?
Он начал возбужденно перелистывать свой молитвенник.
— Пожалуйста, прошу вас. Я должен начать погребальную церемонию.
— Почему их нет? — настойчиво повторила она.
По гладким щекам священника разлилась красная краска.
— Они не захотели прийти.
— А на отпевании в церкви они были? — спросила Бианчи.
Священник покачал головой, с трудом сдерживая негодование.
— Не пожелали, — проговорил он, задыхаясь.
— Когда вам сообщили, что они не приедут?
— Вчера вечером. Теперь, будьте добры, позвольте мне продолжить службу…
— Во сколько вчера вечером?
— Примерно в десять. Эго возмутительно, я вынужден настаивать. Вы не имеете права.
— Извините, — сказала она и быстро отошла прочь.
Священник встал с раскрытым молитвенником у покрытой пологом могилы. Наступила тишина. Откашлявшись, он произнес высоким голосом первые слова молитвы. Началась служба. Присутствующие на похоронах отзывались глухим невнятным рокотом, повторяя заключительные фразы каждого стиха. Из-под черных вуалей и черных очков любопытные взгляды сопровождали пробирающуюся на свое место детектива Бианчи.
С мрачным лицом она приблизилась к группе офицеров полиции и коротко бросила:
— Его здесь не будет. Терезы и Девон тоже. Вчера в десять вечера он позвонил священнику и сказал, что не придет. Ты ведь говорил с ним сегодня утром, Эл?
— По телефону. Я позвонил, чтобы уточнить порядок проведения похорон. Но насчет того, что не придет, он ничего не сказал.
— Ты звонил ему по номеру его мобильного телефона? — спросила Бианчи.
Наступила тишина.
— Позвони ему снова, — распорядился Мур.
Рейган вынул из кармана трубку и набрал номер. На полицейских теперь уже смотрели, кажется, все, не скрываясь. Отклики паствы на слова священника стали совсем слабыми и еще более невнятными. Рейган набрал по очереди несколько номеров, пробормотал что-то в трубку и поднял голову.
— Он не отвечает ни по одному из номеров. Я попросил Вонга проверить в доме.
Священник поднял сосуд со святой водой, громко произнося по-латыни слова молитвы. Вне всякого сомнения, это должно было бы сделать погребальную церемонию сакрально-торжественной, если бы не присутствие пяти полицейских. Видимо, по этой причине голос отца Тима слегка дрожал, да и произносил он слова как-то нерешительно, без должного энтузиазма.
Служба почти закончилась. В неподвижном воздухе было слышно отдаленное лязганье фуникулеров. Где-то внизу замурлыкал двигатель газонокосилки. С океана продолжал накатывать туман. Он уже затопил мост «Золотые ворота», так что сейчас из пенного белого моря, похожего на сливки, высовывались только верхушки башен.
Гроб начали опускать в могилу. Священник произнес заключительные фразы, а затем окропил святой водой бронзовую облицовку крышки погружающегося в пучину вечности гроба.
И в этот момент зазвонил телефон Рейгана. Его трель прорезала тишину, как острый нож. Рейган поспешно выхватил из кармана трубку и быстро заговорил. Затем повернулся к остальным.
— Вонг говорит, что Флорио исчез. И девочки тоже. Их нет в доме.
— А его автомобиль?
— Стоит у дома. Они, по-видимому, исчезли ночью. Флорио вместе с Терезой и Девон.
— Панику когда будем поднимать, прямо сейчас или чуть позже? — иронически спросила Бианчи.
— Не понимаю, — растерянно проговорил Рейган, — как он мог проехать незамеченным мимо наших людей? Нужно немедленно объявить «Сигнал по всем постам»[7].
— Давайте не будем пороть горячку, — сказал Мур. — Поедем сейчас к дому и посмотрим, что там, а потом решим, как действовать.
Тело Барбары Флорио наконец-то нашло свое последнее успокоение. Первым бросить в могилу горсть земли двинулся мрачный старик в костюме английского покроя.
 
Леонард Мур перекрестился, а затем мотнул головой:
— Пошли.
Сгоревшее крыло было закрыто брезентом, значит, строители уже начали работу. Дом был настолько велик, что если бы даже сгорела его половина, то все равно оставалось бы достаточно места, чтобы жизнь продолжалась как ни в чем не бывало. Парадную дверь открыла горничная и проводила их в холл. В центре комнаты стоял длинный стол, уставленный подносами с закусками для тех, кто придет помянуть покойную, хрустальными графинами с хересом и вазами с кремовыми лилиями. Все это выглядело очень красиво, если не принюхиваться. Потому что в воздухе все еще чувствовался отчетливый запах гари.
Экономка, миссис де Кастро, вернулась с похорон, видимо, одновременно с полицейскими. Она вышла к ним, одетая во все черное, с бесстрастным лицом. Только веки были тяжелыми, опухшими от слез. Горничная — тоже, вне всяких сомнений, латиноамериканка — стояла тут же, чуть поодаль, с плотно скрещенными руками. Ее накрахмаленный передник чем-то напоминал рыцарские доспехи. Глаза у нее тоже были красные и опухшие. На заднем плане топтался садовник, на случай если понадобится.
— Во сколько они уехали? — спросил Леопард Мур, обращаясь к миссис де Кастро.
— Точно сказать не могу. Я пошла к себе в восемь тридцать, где-то до десяти тридцати смотрела телевизор, потом легла спать. Когда встала в семь, их уже не было.
— И вы не слышали никакого движения?
— Телевизор работал громко. И к тому же я на одно ухо немного глуховата.
— Мистер Флорио не говорил вам, что не собирается идти на похороны жены?
— Нет.
— Вы не знаете, взяли они с собой что-нибудь из вещей?
— У мистера Флорио, когда он вчера приехал, была с собой небольшая сумка.
— А Девон и Тереза?
Она сверкнула глазами.
— Как вы понимаете, времени проверять их вещи у меня совершенно не было, так что ничего сказать не могу.
— Может быть, вы позволите проверить нам?
— А ордер на обыск у вас есть? — тут же ощетинилась миссис де Кастро.
— Миссис де Кастро, единственное, что мы хотим сейчас, так это выяснить, не случилось ли чего с Терезой и Девон. Нас это очень беспокоит.
— Девочки с отцом, а значит, с ними все в порядке, — отрывисто бросила миссис де Кастро. — А проводить обыск в доме вы не имеете права. Особенно сейчас.
— А вы не могли бы попросить кого-нибудь проверить в комнате у девочек? — мягко проговорила Бианчи, присовокупив к вопросу милую улыбку.
Миссис де Кастро, казалось, смягчилась, правда, совсем чуть-чуть. Она слегка повернула голову к накрахмаленной горничной и что-то быстро проговорила по-испански. Та немедленно скользнула прочь.
— Она пошла проверить. Может быть, уважаемая дама и уважаемые господа соблаговолят подождать в кабинете миссис Флорио?
— Конечно, — сказал Мур. — У нас не было намерения беспокоить вас больше, чем это необходимо.
Холл начал наполняться возвращающимися с похорон. Полицейские проследовали за величественной спиной миссис де Кастро. Для Карлы Бианчи было очевидным, что эта сдержанная дама — сообщница Майкла Флорио. Без ее содействия ему с дочерьми никак нельзя было незамеченными покинуть дом, тем более что на улице постоянно дежурил полицейский автомобиль.
«Кабинет» миссис Флорио оказался скорее дамским будуаром, наполненным милыми безделушками. Собственно к «кабинету» можно было отнести письменный стол с крышкой из орехового капа и изящное бюро. Обклеенные ворсистыми обоями стены были увешаны портретами членов семьи, выполненными пастелью и подписанными самой Барбарой. Качество рисунков было высоким. Там было и несколько весьма недурных набросков Майкла Флорио. Очевидно, вначале она намеревалась изобразить мужа романтическим героем, подобным Хитклифу[8], но потом слишком плотно затенила, отчего портрет получился несколько зловещим. Через большие окна, искусно задрапированные пышными шторами из бежевого шелка, открывался прекрасный вид на аккуратно подстриженную лужайку, плавно переходящую дальше в цветущий сад.